Не пара (ЛП)

Я в буквальном смысле не знаю, что делать. Мне так долго говорили, что делать, и теперь мне кажется, будто я не знаю своих собственных мыслей.
Я смотрю по сторонам. Люди снуют взад и вперёд.
Моё внимание привлекает человек на противоположной стороне улицы, и я уже не могу сдержать улыбку, которая вмиг расплылась на моём лице.
Сиси.
— Си? — вскрикиваю я, захлебываясь эмоциями.
— Мэйдэй! — Она улыбается во весь рот.
Услышав, как она называет прозвище, которое дал мне Джесс, когда был маленьким, я чувствую, как во мне просыпается боль. Настолько дикая и настолько глубокая, что кажется, будто она никогда не утихнет.
Сиси отходит от машины, на которую она опиралась, и направляется ко мне. В её копне темно-каштановых волнистых волос, обрамляющих милое лицо, поигрывают пурпурные блики, а большие карие глаза наполнены счастьем.
Как только Сиси обвивает свои руки вокруг меня, сжимая в крепких объятиях, у меня перехватывает дыхание.
Она пахнет домом.
Боже, я скучала по ней.
— Я скучала по тебе, — шепчет она.
Я слышу эмоции в её голосе, и от этого моё сердце сжимается, а на глаза наворачиваются слёзы.
Я бросаю свою коробку с вещами, которую мне отдали в тюрьме, и обнимаю её.
— Я тоже по тебе скучала, Си. — Я сдерживаю слёзы. — Но что ты здесь делаешь?
— И я тебя рада видеть, — отвечает она со смехом.
— Я имею в виду, — я немного отстраняюсь, чтобы взглянуть на её лицо, — я думала, ты должна быть на работе.
— У меня теперь по понедельникам выходной. Но, даже если бы это было не так, ты действительно думаешь, что я бы не пришла и не ждала тебя здесь? — Её лицо озаряет тёплая улыбка. — Я так давно тебя не видела. Не могу поверить, что ты не позволяла тебя навещать.
Она хмурит брови, а я тяжело вздыхаю.
— Я знаю. Но так было лучше, Си. Я не хотела, чтобы ты меня видела в таком месте.
К тому же, я не могла тратить время на то, чтобы считать дни до её прихода. Мне нужно было сфокусироваться на обратном отсчёте дней до моего освобождения.
— Но ты знаешь, что я с тобой не согласилась. Для меня не имело значения...
— Я знаю, — отрезала я. Мой голос прозвучал слишком резко, поэтому я постаралась смягчить свой выпад. — Но мне это было нужно.
Она долго смотрит на меня в упор:
— Ладно. Но, если ты ещё раз куда-нибудь уедешь, я поеду за тобой. Поняла?
Я натянуто улыбаюсь:
— Поняла. Но я никуда не собираюсь уезжать.
И я действительно так считаю. Я больше никогда не стану чьей-то жертвой. Она улыбнулась.
— Ты хорошо выглядишь, — говорит она, — ты уверена, что ты была в тюрьме, а не в спортивном лагере? — Она иронично кивает головой.
— Ха-ха, смешно. – Я толкаю её в плечо. — Я занималась в тренажёрном зале каждый день. Больше нечего было делать в тюрьме.
Ну, кроме чтения, просмотра телевизора и уборки, которая являлась моей обязанностью.
— Ну, теперь ты – вылитая Лара Крофт. — Она дотрагивается до моих волос, убранных в конский хвост, и слегка их дёргает.
 
— А мне нравятся эти пурпурные прядки, — я указываю на её шевелюру.
— На той неделе они были синими, — ухмыляется Сиси.
Сиси постоянно меняет цвет волос. Это и понятно, ведь она парикмахер. Или, скорее, надо сказать – стилист. Она работает в крутом первоклассном салоне в Лондоне.
Разомкнув объятия, она берёт меня за руку.
— Пойдём, выберемся уже отсюда.
Я поднимаю коробку с вещами с земли и иду за подругой к машине.
Как только я пристегиваюсь на пассажирском сидении, Сиси вдруг поворачивается ко мне. Она покусывает нижнюю губу, а в её глазах читается взволнованность.
— Я тут кое-что сделала... надеюсь, ты будешь не против.
— Ну, посмотрим. Последний сюрприз, который мне делали, привёл меня в тюрьму. – Я смотрю на неё с невозмутимым видом.
Она слегка улыбается.
— И долго ты ещё будешь кидаться этим козырем?
— Всю жизнь. Думаю, я это заслужила.
— Верно, — кивает она.
— Итак, что ты сделала?
— Я купила нам квартиру.
 Мои глаза расширяются от удивления.
— Ты съехала от родителей?
— Уже пора. А тебе как раз негде жить. Бабушка оставила мне крупную сумму денег перед тем, как умерла, и я решила не растрачивать их попусту и купила квартиру.
Мне становится так стыдно:
— Мне жаль, что я не смогла присутствовать на похоронах.
Она отмахивается от моих раскаяний:
— Знаю, что ты пришла бы, если могла. Так вот, я купила квартиру в Суттоне. Она замечательная: три спальни, недалеко от того места, где живет Джесс, так что ты можешь часто навещать его.
— Три спальни, — я уставилась на неё.
— Ага, одна – для тебя, другая – для меня, а третья – для Джесса, когда он вернётся.
У меня в горле встает комок.
Я не могла поверить, что всё это она сделала для меня.
Она купила квартиру, чтобы помочь мне. Она знает, что мне нужно жильё, чтобы вернуть Джесса. Ведь я не могу подать заявление на оформление опекунства над Джессом, если у меня нет постоянного места жительства. Я готовилась к тому, что буду жить в хостеле до тех пор, пока не встану на ноги. У меня ушли бы годы на то, чтобы разобраться с жилищным вопросом.
— Ты, — я запнулась и прикусила нижнюю губу, — ты давно виделась с Джессом?
Она вздыхает, и я уже знаю ответ:
— Я навещала его вчера.
Джесс был помещён в дом для трудных и бездомных подростков с тех пор, как меня посадили в тюрьму.
Уж я-то знаю, что это за местечко. Каждую секунду я до смерти волновалась за Джесса, пока была вдали от него. Я молилась богу, чтобы с ним ничего не случилось, до тех пор, пока я не верну его.
Сиси обещала регулярно навещать его и докладывала мне о его делах.