Не пара (ЛП)

— Немного. Я убиралась в... эм, тюрьме.
Кожу покалывает от стыда каждый раз, когда я произношу это слово.
— В мои обязанности входила уборка библиотеки и ЗО – зоны отдыха, — поправляю я себя, — я также мыла полы коридоров.
— Мне не нужна история о твоём пребывании в тюрьме, — отрезает он.
Ладно... 
Щёки так и покалывает от смущения и, если быть честной, от злости.
Этот парень тот ещё мудак.
Прикусив губу, я складываю руки вместе, чтобы удержаться от... не знаю... от того, чтобы не дать ему кулаком в его красивое лицо.
Козел.
— Извините. Наверное, я просто не так поняла Вас. Я думала, Вы хотели узнать о моём опыте работы в качестве уборщицы.
Он вновь ничего не отвечает, а лишь буравит меня своим пугающим взглядом.
Я нервничаю.
Прочищаю горло.
Отвожу взгляд.
Но затем я решаю сменить тактику.
— У Вас красивый дом.
Я окидываю взглядом огромную прихожую.
— Это не мой дом.
Эти слова заставляют меня вновь взглянуть на него, а он, да, всё еще пристально смотрит на меня. Ну, пристально – это мягко сказано. Его взгляд свиреп.
— А чей?
— Это дом моих родителей. Я живу здесь и управляю поместьем.
— А где..?
— В отъезде, — вновь отрезает он. — Я покажу тебе остальную часть дома.
Он поворачивается на каблуках и уходит прочь.
Глава 6
Осмотр дома занял достаточно много времени. Он походил на огромную пещеру.
Я и в самом деле начала беспокоиться, что в одиночку мне не удастся поддерживать чистоту в этом доме.
Здесь много комнат.
Внизу располагается библиотека – да, библиотека. Тренажёрный зал. Крытый бассейн – господин Мэтис сказал, что у него есть приходящий работник, который чистит его. Кабинет господина Мэтиса. Самая большая кухня, которую я когда-либо видела в своей жизни, а также кладовая, где хранятся все средства для уборки. Огромная столовая, в которой стоит стол на шестнадцать персон. Полагаю, Мэтисы часто развлекаются. Гостиная, которой, по-видимому, едва ли пользуются. Зал, в котором находится огромный телевизор, выглядит более обжитым.
Наверху шесть спален с собственными ванными комнатами. Спальня Каса располагается с торца дома, и её окна выходят на загоны. У него свой балкон, и с него открывается великолепный вид. В спальне так же есть отдельная ванная комната, в которой стоит самая большая ванна, какую я только видела.
Нужно будет выяснить, какие комнаты используются чаще всего, и регулярно прибираться в них.
Он также вручил мне униформу для работы, а это значит, что мне не придётся пачкать свою собственную одежду. Это простое черное платье горничной средней длины с короткими рукавами, белым воротничком и манжетами. Он дал мне два платья, и это хорошо. Смогу носить одно, пока другое в стирке.
Переоденусь сразу же, как только мы тут закончим.
Мы возвращаемся в его кабинет на первом этаже.
Он дает мне несколько бланков для наёмных работников, в которых мне нужно указать свой адрес и подобное.
Чёрт, нужно указать реквизиты банковского счета, на который мне будут перечислять зарплату.
 
Я прижимаю ручку к губам.
— Эм, господин Мэтис... У меня нет банковского счёта.
Он отводит взгляд от своего телефона, в который пялился, и смотрит на меня. Глаза его суровы.
От его пронзающего взгляда мне становится неловко, и я ерзаю.
— Я, эм, не помню реквизиты своего старого счёта, поскольку я не пользовалась им полтора года.
Я даже не уверена, открыт ли счёт всё ещё или банк уже закрыл его.
— Выясни.
— Хорошо. Я позвоню в банк.
— Позвонишь в своё личное время, а не в моё.
Да, сэр.
Я киваю головой и завершаю заполнение бланков.
Я отдаю ему бланки и ручку. Он даже не удосуживается взглянуть на бумаги. Просто открывает выдвижной ящик в столе и сует их внутрь.
— Ну, думаю, мне пора приступить к работе.
Я начинаю вставать со стула.
— Ещё кое-что.
Его голос останавливает меня, и я снова сажусь.
Он подаётся вперед, кладёт локти на стол и пристально смотрит на меня своими жёсткими черными глазами.
— В этом доме имеются ценные вещи, но я думаю, ты уже об этом знаешь.
Да?
— И я понимаю, что искушение может быть велико. Но мне придётся попросить тебя постараться ничего не красть. Не хотелось бы мне отправлять тебя обратно в тюрьму.
Какого. Чёрта?
Ощущение такое, будто он только что дал мне пощёчину. Щёки покалывает от унижения.
Боже, мне противно от того, что этот самодовольный ублюдок может заставить меня испытывать унижение. Ну, сколько я его знаю? Час? И я уже ненавижу этого козла.
Если бы я не нуждалась в этой работе так сильно, как сейчас, и если бы нападение на него не означало бы для меня прямую дорогу обратно в тюрьму, то я бы пнула его прямо туда, где было бы больнее – то есть в его кошелёк. Я уверена, что только это смогло бы проникнуть через его толстую носорожью кожу.
Пальцы сжимаются в кулак, и боль от впившихся в ладонь ногтей немного успокаивает меня.
Ну же, Дэйзи, ты слышала вещи и похуже. Он просто заносчивый мудак, у которого явно недотрах. 
Сказала она. У самой секса не было... да уже целую вечность.
— Да, господин Мэтис, — процеживаю я.
Ну, в самом деле, что я ещё могу сказать?
Попытаться защитить свою честь? Я чуть вслух не рассмеялась от этой абсурдной мысли.
Я пыталась оправдываться в суде, и это не принесло мне ничего хорошего.
И этот высокомерный придурок считает меня воровкой, потому что это то, что ему говорит закон.
Ему всё равно, виновна я или нет.
Я бедная, да ещё и преступница, а, следовательно, я ниже его.