Знай, что я люблю тебя (СИ)

- Совсем дурак стал. Пап, мам, неужели мальчишки все с возрастом так безбожно глупеют? Ну несерьезно прям, как вы вообще умудрились сделать одну нормальную и двух бракованных детей? – возмутилась, обращаясь с сидящим родителям впереди. Кира хмыкнула, покосившись на Пашу, как раз остановившего машину на сигнал светофора. Резко повернулся назад, глаз дергался, а в голосе слышались возмущенные нотки.
- Это кто тут кровиночка, которую куда-то сдают, а?! – взвился, глядя на старшего сына, скрестившего руки. – Так ноешь будто в колонию для малолетних сдаю! Или в ссылку в Сибирь.
- А что не ссылка? Целый месяц дома родного не увидим! – отозвался ему в тон Елисей.
- Так ты ж сам ныл, что в лагерь хочешь, - резонно заметила Кира, взглянув в зеркале заднего вида на детей. – Всю зиму и весну вопил, что без лагеря спортивного - жизнь не мила, хватит меня в клетке держать.
- Что теперь поныть нельзя? – заворчал Елисей, насупившись. – Вообще у меня помутнение разума было.
- Сейчас помутнится к бабушке на дачу отправлю! Будешь там три месяца воинскую повинность на грядке с помидорами исполнять, - рявкнул Паша, трогаясь с места и перестраиваясь в дороге.
- Не, пап, давай его таки сдадим куда-нибудь. А мне новенького брата подберем, модифицированного, с мозгами, - снова подала голос Настя.
- Настя, - строгий голос матери заставил девочку фыркнуть громко и показательно.
- Да сам через неделю заноешь, что сына родного не видишь совсем, – отозвался тут же Елисей, игнорируя шиканья матери. – Нечего мне картошкой в поле угрожать, чай мы в свободной стране живем, у детей есть права!
- Ремнем твои права прописать надо было, умник!
- Вот значит, как, сразу в крайности, да? Отец еще!
- Грр, вот попробуй только позвонить и начать клянчить, чтоб приехали, привезли чего. Не приеду, сиди до конца смены, - огрызнулся Паша в ответ.
- И не буду!
- И не надо!
- Ну и все.
- Да, пожалуйста.
- Ладно!
- Ладно! – гаркнули одновременно и снова тишина наступила в салоне, прерываемая лишь тихим хрюканьем свинок в наушниках Антона. Настя ткнула брата локтем в бок, заставив оторваться от игры и тот стянув наушник, озадаченно огляделся.
- Че уже разругались? Выехали только полчаса назад, - хмыкнул весело, Кира же прыснула от смеха, а Настя громко заворчала:
- Каждый год одно и тоже. Всю дорогу ругаются, хоть бы раз в тишине доехали.
- Это сбрасывание стресса, - зевнул Антон и девочка закатила глаза.
- Еще один брат с багом. Мам, чего вы их таких бракованных то наделали? В какой момент прошивка в их мозгу сбой дала?
- Ща договоришься, вирус залетевший из ниоткуда, снесу к чертям, - вяло рыкнул Антон, игнорируя шипение сестры рядом, заведшейся от одного только факта, что ей возразили.
- Че сказал?!
- А ну тихо! – голос Паши заставил детей примолкнуть, сам же Кенар хмуро глянул на свое семейство, потом взгляд метнулся к старшему, старательно сопящего в углу. – Лисеныш, придвинься.
- Чего? – отозвался недовольно, но уже не агрессивно, заинтересованно наклонившись к отцу, вытягивая шею, вглядываясь в следующий впереди и сбоку поток машин туда, куда показывал его отец.
- Смотри чего, - кивнул Павел, ткнув пальцем в раритетный каделак, зеленые глаза распахнулись от восторга, а рядом сидящие брат с сестрой заворчали:
- Каждый раз одно и тоже. Поссорились через три минуты помирились. Чего вообще ссорились?
Оставшийся путь до автовокзала прошел в мирной беседе без склоков и ссор. Едва выбрались из машины, каждый прильнул к родителю, покосившись на собравшуюся приличную толпу из взрослых и детей у большого двухъярусного синего автобуса, на автоматическом управлении без участия водителя за редким исключением. Он-то и должен был отвезти их всех в спортивный лагерь, находящегося в Подмосковье подальше от городской суеты и пыли.
- Конфеток привези, там вечно не додают. И Настя все сжирает, троглодит, - проговорил Елисей, выпутываясь из рук отца.
- Чего за слова такие про сестру родную? – шлепнул легкий подзатыльник сыну Паша, обнимая дочь, показавшую брату язык.
 
- Врет он все, сам сожрал, - задрала нос, в отличие от Антона с Елисеем не спеша расставаться с родителями. Антон заворочался, когда Кира в очередной поцеловала того в щеку.
- Ну маа, я уже взрослый. Чего за нежности, - бурчал, но не особо ретиво вырывался, скорее так. Для виду. Как и Елисей, обнявший Киру в ответ.
- Четыре недели не увижу, - произнесла она непримиримо, продолжая их обнимать. – Мать имеет право скучать, нечего тут характер показывать.
- А Тасмановы где? – оглянулся Паша, смотря на время, отпуская Настю. Услышав знакомое имя, девчонка навострила уши, цепко осматриваясь, пока не уцепила светлые макушки, выбиравшиеся из машины неподалеку.
- Ага! – заорала радостно, помчавшись к ним раньше всей остальной семьи. – Блондинчик, стой на месте, - бросаясь на Марка точно обезьянка на пальму, повиснув на нем. Паша засопел от недовольства, Елисей фыркнул, Антон хмыкнул, а Кира с Раисой весело переглянулись.
- Так, гиена, почему твой гиененок липнет к моей дочери? – мрачно изрек Паша, стоило Ярославу подойти ближе. Тот в ответ обиженно посмотрел на друга.
- Чего это мой гиененок сразу? За дочерью своей смотри, она моего сыну грозится ноги выдрать, если на ней не жениться!
- Не знаю ничего. В вашем семействе гиен все смазливые, вот у бедной девочки дезориентация…
- Пойдемте короче, пока мамуль, - послал воздушный поцелуй матери Елисей, уже приветливо улыбаясь стоящим чуть поодаль девчонкам, придерживая за лямку рюкзак. – До колонизации Марса сейчас спорить будут, а я уже в автобус хочу. Сестра. Оторвись от моего друга. Вот будет 18, тогда приставай на законном основании.
- А ты не лезь в наши отношения вообще, - надменно произнесла девчонка, правда от Тасманова отошла, перекидывая косу через плечо, замечая уже знакомые лица девочек, с которыми ей предстояло быть в группе. – Пока, красавчик. Сильно не загуливай, я все записываю, - подмигнула Марку, удаляясь к подружкам.
- Знаешь, о чем я думаю? - потянул Антон, похлопав Марка по плечу и хмыкнул. – Что таки она своего добьется, - шагнув в сторону группы помладше, оставляя парней вдвоем. Тасманов проводил брата Елисея задумчивым взглядом, затем повернулся к другу, покосившись по сторонам и прильнув ближе, мурлыкнул, кладя руку ему на плечо:
- Знаешь, Елька. У меня тут возникла гениальная мысль, пока сюда ехали.
Елисей улыбнулся в ответ, кивая.
- Мне нравится, куда ведут твои мысли, бро.
Провожая взглядом автобус, Паша с самым печальным видом махал рукой уезжавшим детям. Видел лица парней в окне, понимал по глазам, что скорей всего через два уже позвонит директор лагеря. На секунду загрустил, но не из-за расставания и почувствовал, как рядом встал такой же махающей автобусу Ярик.
- Как думаешь, сколько у нас есть времени? – поинтересовался Кенар задумчиво, глядя в удаляющийся синий хвост транспорта с детьми. Ярослав вздохнул, сцепив пальцы в замок перед собой, отозвавшись беспечно:
- Пара дней и нам их вернут?
- Даю полтора.
- Тогда надо поторопиться. Никаких мультиков с феями, фильмов Марвел по двадцатому кругу, разбросанных вещей и криков: «папа, мама» с утра. Предлагаю начать отмечать недолгие часы свободы прямо сейчас, - заявил Ярик, подскакивая, выбрасывая вверх кулак. – Свободу отцам!
- Свободу отцам! – вторил ему Паша. – Только взрослые, только хардкор!
- Ой, идиоты, - цокнула языком Кира, качая головой.
- Судя по Марку, недолго им радоваться. Через час автобус развернут, - хлопнула ее плечу Раиса, весело усмехаясь. – Разрушим надежды?
 
- Нет. Зачем? Пусть порадуются. Недолго.
Конец