Космический роман. Сирота и гендиректор

Бедные девчонки, которые на это ведутся! Мне кажется, Зара бы точно не устояла и рванули бы в тур по Пансифу со всеми вытекающими.
Уголки губ Картера Вина поползли вверх. Они у него тоже нахальные.
Я сложила руки на груди. Хоть какая-то преграда между мной и ним.
– Мне не настолько нужен чемодан. Оставьте его себе, – сказала я.
А то представляю: начну воевать за багаж, а он меня молча погрузит в свой карт и ка-а-ак начнёт любить до рассвета. И ведь сколько не зови на помощь, всех купит своими деньгами. Никто не выручит.
Нет-нет-нет. Надо уходить с наименьшее потерями. Похоже, я здорово подергала хищника за хвост. Он принял вызов. Теперь для него дело принципа завалить меня на лопатки, доказав свою непобедимость и самцизм.
Я развернулась и постаралась уйти гордо. Не показать, как все внутри подрагивает от его слов.
Хам. Грубиян. Думает, все женщины готовы бросаться к его ногам, стоит только позвать? Не на ту напал.
Я навострила уши, но Картер Вин не звал меня. Звук шагов также не был слышен.
Мне дали уйти? Да неужели?
Я не выдержала, обернулась на выходе.
Рантарианец не двигался с места, смотрел на меня неотрывно.
Я тут же отвернулась и едва не побежала. Уносить ноги! Скорее, пока не пропала.
Зара встретила меня у входа. Ее взгляд требовал подробностей.
– Где чемодан? Все-таки в экономе?
Почему кажется, что она спрашивает обо мне?
Идем.
И да, я все еще в экономе. Мне тут вполне комфортно и предсказуемо.
Лукас Гноц ждал нас у входа в космопорт.
– А где чемодан?
– Пришлют. – Я посмотрела прямо в глаза гендиректору.
После Картера Вина он казался ничтожным насекомым, от которого можно отмахнуться ладонью.
Я быстро отвела взгляд. Мне было интересней посмотреть Рантар. У таинственной планеты, куда выдавались только рабочие визы, оказалось небо с зеленым отливом, а светило было розовее, чем на Мансоге. Деревья вдали были вдвое выше привычней, а стволы толще.
Я вдохнула полной грудью – как здесь хорошо дышится!
Гендир показал рукой на большой пассажирский карт с открытой дверью. Там уже сидела наша команда. Ждали только нас.
– Садись рядом со мной. – Лукас схватил меня за руку так неожиданно, что я оцепенела.
Он усилил хватку, потащил меня и буквально впихнул в большущее сидение у окна, а сам сел рядом. Его запах окутал меня, вызывая отвращения. Одному я была рада – Лукас быстро меня отпустил.
Как же я ненавижу это сиротское клеймо! Терпеть не могу чиновников, которые решили, что воздействие чернил сделает детей в приютах бесконфликтными. Сами бы поставили бы себе – было бы полезно.
Да. В приюте у нас не было драк между собой. Зато воспитатели позволяли себе всякое.
– Закажи на ужин местные блюда, Ланочка. – Лукас Гноц был чрезвычайно доволен положением дел, облизывал губы.
Чтобы переключиться и снять с себя оцепенение, я начала разглядывать карт. Как же хорошо, что кресла здесь рассчитаны на рантарианцев и просто огромны. Там я нахожусь от Лукаса на расстоянии вытянутой руки, а не плечом к плечу.
Я достала рабочий коммуникатор и ровным тоном спросила:
– Бюджет?
– Ни в чем себе не отказывай. Ты же голодная. А у моего лучшего инженера-конструктора должен быть полный желудок и хорошее настроение, – шепнул он.
Меня передернуло, и я не смогла это скрыть. Как же он льстит, чтобы добиться своего. Подкатывает тухлые яйца.
Карт стремительно взлетел.
Сколько мне ехать с ним рядом? Он не распустит руки?
Эта мысль так въелась мне в мозг, что я заерзала.
– Что? – с наездом спросил Лукас.
– Меня укачивает.
– Мы в носу.
– В хвосту мне легче. Я пересяду.
Лукас встал, нервно одернул пиджак и посмотрел назад. Я словно прочитала его мысли – он хочет пересадит сразу двоих.
Я юркнула мимо него, задержав дыхание.
– Ешик, не поменяешься со мной? Меня укачивает, – спросила я парня, с которым у меня было неплохие отношения.
Карт резко повернул, и я поняла одно – я лечу прямо в руки Лукасу Гноцу. Это провал!
По инерции я полетела вбок. И тут меня кто-то схватил за руку и дернул на себя. Зара! Ей досталось место сбоку в соседнем ряду.
  
Я приняла вертикальное положение
– Спасибо!
Она меня спасла. Не даром, что подруга.
Ешик протиснулся мимо в нос корабля:
– Лан, садись на мое место.
Что я с удовольствием сделала.
– А заказ выбирать? – возмутился Лукас.
– Вы же сказали, что на мой вкус, – не оборачиваясь, я прошла в хвост карта.
– А мы поможем. Да, да, выберем все самое вкусное! – поддержала меня команда.
Дальнейшая поездка прошла в прекрасной обстановке. Мы с коллегами быстро набили заказ на кругленькую сумму, а остаток пути я с удовольствием смотрела в окно на Рантар. Он был удивительным.
Мы летели невысоко над домами, но даже так чувствовалась разница с привычными мне строениями. Сама высота этажа была вдвое выше, поэтому десятиэтажка выглядела как двадцатиэтажка.
На крыше каждого магазина стояла стела с изображением товара, который продают. Это было очень удобно для навигации в воздухе.
Мы пролетели мимо ресторана, продуктового,  обувного, кондитерской. Все это было привычно и необычно одновременно. На планетах жителям всегда требовалось что есть, в чем ходить, но я не привыкла к тому, что все было таким гигантским: воздушные автострады шире, карты больше, строения выше.
– Смотри, сколько здесь парков! – удивлялся один из членов команды.
– А какие широкие реки, – замечал второй.
Мне определенно нравилась столица Рантара.
Движение в воздухе на Мансоге было левосторонним, а здесь – правосторонним, и мне часто казалось, что кто-то летит по встречке.
Интересно, я долго буду переучиваться? Права я получила пять лет назад и уверенно ощущала себя за пультом управления, всегда отключая автопилот. Мне нравилось контролировать  ситуацию, а не лететь, как сейчас, на машине с бездушным управлением.
Хотя, если бы в нашем карте был водитель, он на за что не дал бы сказать по салону и меняться местами во время пути. Например, на Мансоге карты с автопилотом ни за что не тронулись бы с места, пока каждый не пристегнулся. И они не дали бы расстегнуть ремни, пока не прибыли в пункт назначения.
Похоже, рантарские карты совсем другие.
Мы приземлились на парковке, и вся команда вздохнула с облегчением.
– Наконец-то лягу!
– Как насчет прогулки? Кто хочет размяться после еды?
– Я мечтаю только о душе.
– Нет-нет. Пожрать и спать.
Я усмехнулась. Мы такие разные. Я вот, например, хотела бы смотреться после ужина, но знала, что Зара меня не поддержит.
Мы высыпались наружу. Ветер ударил в лицо и затих, словно попытался испугать гостей. Но я вдохнула цветущий аромат и заозиралась.
– С ума сойти! Смотрите, – вырвалось у меня.
Рядом с парковкой стояли цветущие фиолетовыми звездами деревья. Запах от них был настолько пьянящим, что губы сами растягивались в улыбке.
– Я читал, что это апольтис. Их сажают в туристических районах города. Их запах вызывает выброс гормона удовольствия. Очень продуманная схема. – Ешик зажал нос.
– Так точно захочется потратить больше денег. Ставьте лимиты на траты, – заметил Лукас Гноц.
– Коварные! Они так создают уверенность, что тебе здесь нравится.
– Мне пока и без апольтиса все с высоты нравилось. А вам? – спросила я.
Команда согласно загудела.
Нашей отличительной чертой была способность анализировать. Мы могли часами увлеченно спорить об устройстве кораблей и разбирать конкурентов по частям. Или болтать о политике других планет и правильности их решений в отношении нашей.
– Наши апаты там.
– Господин Гонц, а каким составом живем? По двое?