Боец 8: лихие 90-е (СИ)
Когда-то очень давно один из моих тренеров предостерегал меня от ошибок в любовных отношениях, имея в виду, что это может ощутимо помешать спортивной карьере, а в отдельных, особо запущенных случаях — и напрочь поломать ее. Однажды в доверительном разговоре он сказал мне: «Бойся женщин, которые заполняют всю твою жизнь, при этом не давая тебе сделать то же самое по отношению к ней. Когда такая женщина исчезнет — а рано или поздно это обязательно случится, для тихого счастья до последних дней такие не созданы — в твоей жизни останется только пустота. А ее многие начинают заполнять чем попало. И кончается это очень плохо». Тот тренер был прав. Алина, по всей видимости, была именно такой женщиной. Я влюбился, слишком близко подпустил ее к себе — и вот результат. А с другой стороны, посмотрел бы я на мужика, который отказался бы от такой женщины, когда она сама буквально лезет к нему в постель! Так что о времени, проведенном с ней, я не жалею. Обидно только, что вот теперь приходится сражаться с собственными эмоциями и тратить на это свои силы, вместо того, чтобы приберечь их для дела. Хотя, наверное, без этого жизнь была бы неполной. Впрочем, это уже лишняя философия.
— Ладно, Степаныч, — я оплатил счет и не спеша поднялся из-за стола. — Мне нужно идти. Сегодня и так был не в меру насыщенный день, устал я что-то. А мне еще позаниматься надо. Турнир уже не за горами, и там никто не будет слушать, что у меня проблемы или усталость. Я должен показать результат, а для результата надо попотеть.
— Это верно, — согласился Степаныч. — Ну, мы вроде бы обсудили все, что нужно. А если вдруг что-то еще понадобится, я знаю, где тебя найти. Да, в принципе, и искать-то нечего — я все эти дни, пока турнир не закончится, здесь, рядом буду, так что из виду не потеряемся.
— Ну и хорошо, — обрадовался я. — Тогда до встречи!
Распрощавшись со Степанычем, я направился к себе в корпус. Слава богу, ему помощь с размещением точно не требовалась. Да и то, что он будет здесь постоянно, меня тоже обрадовало: я, конечно, привык справляться со всеми проблемами самостоятельно, но и надежная подстраховка от своего человека никому еще не мешала. Хотя бы за это теперь можно было быть спокойным.
По дороге я размышлял о своей сложной личной жизни. «Если по правде и без лишних сантиментов», — думал я, 'то Алину надо забыть. Уже даже пьяному ёжику понятно, что никакого ее возвращения ждать точно не стоит. Как я ни уговаривал себя, надеясь то на розыгрыш, то на случайное совпадение, то на ее плохое настроение — каждая новость, связанная с ней, слишком жестко возвращает меня в реальность. Лучше уж один раз сцепить зубы, перетерпеть и забыть ее навсегда, чем еще неизвестно сколько жить в своих иллюзиях, которые рано или поздно все равно разобьются вдребезги.
Но для того, чтобы получилось стереть ее из памяти, нужно занять это место внутри себя чем-то другим. Только вот чем? Бесси на эту роль не годится, это уже понятно. Она, конечно, классная девчонка, добрая и отзывчивая, мне очень хорошо с ней в постели, но… Молодая, взбалмошная и чересчур эмоциональная, она не идет ни в какое сравнение с опытной и умной Алиной — королевой по жизни. Значит, для меня остается только один вариант — пахать в зале до изнеможения'.
В общем, все оставшиеся дни до турнира я решил провести на тренировках. Буду безвылазно торчать в зале. Когда ты в конце дня, обессилевший, с трудом выползаешь из зала, то все твои любовные страдания как-то сами собой уходят на задний план. А когда это продолжается изо дня в день достаточно долгое время, то ты уже и не вспоминаешь о переживаниях из-за каких-то там женщин. Да и потом, если даже не брать во внимание неудавшиеся отношения, то на пресс-конференции я сделал довольно серьезную заявку на победу. Картинно выпендриться на противника и пообещать разнести всех в клочья мало. Нужно еще подтвердить свои слова делом. Иначе вместо обещанного триумфа получится малобюджетная комедия и позор.
Когда я вернулся в зал, там уже никого не оставалось — время было уже позднее, и все бойцы давно разбрелись по своим комнатам. «Тем лучше», — подумал я. «Никто не будет отвлекать своими расспросами и напоминаниями. Можно будет сосредоточиться и хорошенько поработать». Я переоделся, вытащил с собой в зал маленький приемник, стоявший в раздевалке для поднятия настроения, нашел там какую-то волну с бодрой музыкой и приступил к занятиям. Впереди были дни, наполненные практически непрерывными тренировками, а если сказать проще — жесткой пахотой. Свои намерения нельзя оставлять только на словах, иначе они не будут стоить выеденного яйца. А вместе с ними — и ты.
От автора:
Друзья! У нас с соавтором вышла новинка в жанрах АИ и НАЗАД в СССР! Роман про студенчество!
Я погиб, а мое сознание перенеслось в прошлое. На дворе 1978-й год. СССР в самом расцвете, а я семнадцатилетний абитуриент. Впереди вступительные экзамены и жизнь в общаге. А не начать ли с чистого листа? Встречай меня, студенческая жизнь! https://author.today/work/366949
Глава 21
Я принял окончательное и бесповоротное решение, что все оставшиеся дни я посвящу работе в зале, отбросив эмоции, переживания и вообще все, что способно меня отвлечь. Теперь каждую свободную минутку я отдавал тренировкам. Мою задачу облегчало то, что, поскольку моя весовая категория была открытой, мне не нужно было ни сбрасывать, ни нагонять вес. Несмотря на это, каждое утро я начинал с пробежки: это позволяло пробудить организм, взбодрить тело и в целом привести себя в нужный тонус.
Дни до турнира пролетали один за другим, и мне было бы, наверное, сложно определить, чем они отличались друг от друга. Бесконечные тренировки, легкое здоровое питание, а главное — внутренний настрой только на грядущую победу. Женщины, друзья, даже ученики — все это, конечно, замечательно, но в конечном итоге каждый из них живет свою отдельную жизнь. А моя жизнь должна быть подчинена только моим целям. Вот одной из этих целей я сейчас как раз и добивался.
Тренировки дважды в день — это только звучит легко. На самом деле они были изнуряющими по содержанию — я стремился включать в них работу над всеми группами мышц, движениями и приемами — и довольно продолжительными по времени. Теперь я приходил в зал раньше всех, а уходил позже всех.
— Слушай, Сергей, мне иногда кажется, что ты живешь не у себя в комнате, а в зале. Для чего я тебе тогда отдельную комнату выделил? — как-то полушутя спросил меня Грейси, когда мы в очередной раз встретили на входе в зал: он — закрывая свой кабинет после рабочего дня, я — отправляясь на тренировку перед сном. — Может, тебе просто поставить сюда свою койку и не мотаться зазря туда-сюда?
— Ничего, Ройс, — бодро ответил я, — вот когда мы возьмем турнире, думаю, каждый из нас сможет позволить себе личную койку пошикарнее!
Грейси только усмехался, хотя по его одобрительным взглядам я видел, что он целиком и полностью поддерживает такой подход. Он вообще, как и все суперпрофессионалы, уважал и ценил людей, серьезно вкладывающихся в свою работу, чем бы они ни занимались.Тем более что мой рабочий режим показывал и мое исключительно серьезное отношение к нашему с ним общему делу. А значит, Грейси мог быть спокоен: если в самом начале нашего знакомства его еще обуревали какие-то сомнения, то теперь он каждый день убеждался в том, что выбрал себе в деловые партнеры не случайного парня.
В зале я впахивал за троих, стараясь к началу турнира привести себя как можно более крутую профессиональную форму. Конечно, неделя тренировок — это слишком мало, чтобы можно было говорить о каком-то пике формы или полноценной профессиональной подготовке, но ведь стремиться-то к этому надо! Хотя, с другой стороны, я никогда еще и не подходил к боям на своем пике. Тем сильнее мне хотелось, чтобы этот турнир стал лучшим в моей спортивной карьере.