Боец 8: лихие 90-е (СИ)

Вернувшись в комнату в этих невеселых раздумьях, я застал там Семена, который, по всей видимости, уже закончил свои длительные деловые переговоры. Во всяком случае, его физиономия выражала полное довольство жизнью, отчего я сразу испытал некоторое раздражение.
— Серега, а почему у нас духами пахнет? — Сема втянул ноздрями воздух. — Ты сюда что, уже девушек начал водить, пока никто не видит? — заговорщицки улыбнулся он.
«Не твое дело», — сердито подумал я. «Захочу — хоть табун девок приведу, и тебя еще в коридор подвину». Почему-то меня все вокруг начало сильно раздражать. Особенно мой бестолковый «ассистент», хотя уж здесь-то он точно ни в чем виноват не был.
— Помощницу нашел, — меньше всего мне сейчас хотелось пускаться в подробные объяснения чего бы то ни было. — Пока отправил за перчатками, а там видно будет. Ты договорился насчет октагона?
— Да, — кивнул Сёма. — Сказали, что никаких проблем, все сделают и можно приезжать хоть сейчас, только с чертежом. Так что бери свои расчеты — и поехали.
Мы снова вышли на улицу и сели в автобус.
— Ты не волнуйся, все будет в ажуре. Там у них все уже поставлено на поток, — разглагольствовал Сема, пока я немного рассеянно созерцал городские улицы в окне. — Ребята — настоящие профессионалы, еще в Союзе руку набили, школа хорошая. Они тебе не то что по чертежу — по рисунку или фотографии могут любую гравицапу собрать, и от фабричного не отличишь! Поэтому, кстати, и уехали… — вдруг добавил он несколько загадочным тоном, но тут же как будто спохватился: — В общем, соберут они нам наш этот, как его… ну как он называется-то, я забыл?
— Октагон, — с легкой усмешкой напомнил я профессионалу спортивной индустрии.
— Во, точно! — просиял Сема. — Вот его и соберут. Можешь даже не сомневаться.
— А рыдван твой, на котором Элвис ездил, случайно не они тебе собрали, а? — подколол его я.
— Ну чего ты опять начинаешь-то, — насупился Сёма. — Машина как машина была, старенькая просто. Да если хочешь знать, такие со временем, наоборот, в цене прибавляют! Как раритет! У коллекционеров авто знаешь как ценятся!
«Ага», — подумал я. «Особенно если их ремонтировать кувалдой и расписывать ручкой изнутри. Потом так в цене скакнут, что на рынке, если сильно постараться навешать покупателям лапши на уши, аж целых несколько сотен баксов выручить можно. Если, конечно, повезет».
День набирал силу, и в автобусе становилось душновато. Раскалявшийся от солнца корпус машины начинала поджаривать нас, как котлету. Или это меня после разговора с Алиной так душило и бросало в жар? Хотя сейчас размышлять о личных перипетиях было, мягко говоря, не к месту, совсем не думать о ней у меня не получалось. Хорошо еще, что до цеха, где трудились Семины знакомые, ехать было не так долго. Главное — посильнее окунаться в работу, тогда на ненужные сантименты ни сил, ни времени не останется: это я знал точно.
Коллектив цеха в полном составе оказался бывшими российскими и советскими гражданами. «С ними будет проще найти общий язык», — подумал я. Как известно, наш человек с помощью кувалды и известной матери построит все, что угодно, а вот иностранцу про эти технологии еще попробуй объясни. Впрочем, халтуры мне тоже было не нужно — у нас все-таки серьезное мероприятие, а не дворовая сходка. Поэтому качество выполнения заказа я решил контролировать строго,
— Так что вам конкретно надо-то? — спросил начальник цеха после того, как мы познакомились и обменялись рукопожатиями.
— Нам нужна вот такая площадка для выступлений бойцов, — сказал я, протягивая чертеж.
— Таааак… хм… а вот это… ну, в принципе… но здесь… хотя нормально… — бормотал он себе под нос, внимательно изучая мой рисунок. Потом подозвал к себе какого-то работягу: — Слышь, Михаил, сумеешь вот такое сделать? Только срочно!
Мизансцена с разглядыванием чертежа и комментариями повторилась. Наконец работяга оторвался от бумажки и уверенно сказал, глядя в глаза начальнику:
— Обижаешь!
— Ну что ж, тогда давайте… — начал я и вдруг осекся. С улицы донеслись звуки, которые я не мог бы перепутать ни с чем. Так ревела выхлопная система мотоцикла. Точнее было бы сказать — мотоциклов, потому что он явно был здесь не один. И что-то мне подсказывало, что их появление у дверей цеха спустя десять минут после нашего — вряд ли простое совпадение.
 
— Подождите, ребята, я ненадолго, — быстро сказал я и направился к выходу.
— Сергей, может, не надо, а? — просительным тоном сказал Семен, хватая меня за рукав. — Чувствую я, добром все это не кончится…
— Если мы сейчас не выйдем, то они зайдут сюда, — объяснил я. — А может, и заедут. И тогда под ударом окажемся не только мы, но и все твои знакомые работяги. Зачем это нужно?
Семен не нашелся, что ответить, и пошел чуть позади меня.
У дверей мы действительно обнаружили большую компанию байкеров на мотоциклах. Мда, хорошенькое дело! В руке у каждого была или бейсбольная бита, или цепь, которыми они показательно потряхивали. А впереди всех с воинственным видом сидел тот самый главарь, которого я дважды уронил на пол в придорожном кабаке.
— Ну что, надоело от меня бегать? — с циничной ухмылкой спросил он вместо приветствия.
— От тебя, что ли? Больно надо, — спокойно ответил я.
— Ладно, к черту лирику, — сплюнул он на асфальт. — Догадываешься, зачем мы приехали?
— Так ты объясни, и я догадаюсь, — ответил я, глядя ему прямо в глаза.
— Слышь, ребята, ему нужны объяснения! — обернулся главарь к своей братве. — Ему, наверное, учебник нужен, по параграфам заучивать будет, как себя вести надо!
Насладившись произведенным на них эффектом, он повернулся обратно ко мне.
— Ты, парень, немного не понял, с кем ты связался. И повел себя неправильно. Обычно такие здесь даже до утра не доживают, но мне сказали, что ты приезжий и глупость сделал по незнанию. Поэтому я решил на первый раз дать тебе шанс.
— Шанс? — удивился я такой наглости. Сперва он на меня наехал, потом попер толпой на одного, а теперь он же мне еще и шансы раздает. Ну в точности как шпана с наших окраин, которая у позднего прохожего закурить требует! — Это какой же?
— Ну смотри, — байкер лениво перевел взгляд на кого-то из своих горилл, затем обратно на меня. — Во-первых, ты создал мне проблемы на моей территории, и забрал мои бабки.
— А бабки точно твои были? Не ты ли говорил, что тот, кто отвесит тебе хорошую пощечину, заберет все? — прищурился я.
— А турнир не был закончен! — рявкнул байкер. — Тебе говорили, что с тобой хотят сражаться дальше, и окончание турнира никто не объявлял! Поэтому ты взял не свои деньги — это раз. Второе. Ты меня поцарапал, и всерьез. Не подумал ты, дружок, на кого лапу свою поднимаешь. Третье — ты наделал ненужного шуму в том кабаке. Теперь у меня могут возникнуть проблемы с заработком в этом месте. И, наконец, четвертое — ты заставил меня за тобой побегать. А мое время тоже стоит денег. Видишь, сколько из-за тебя проблем? И кто все это будет мне возмещать?
Байкер недовольно пожевал губами и продолжил:
— Поэтому шанс твой будет заключаться в том, что если ты компенсируешь мне трату времени и моральный ущерб, — он снова зло осклабился, — то я сниму свои претензии и гуляй себе дальше. Только мне на глаза постарайся больше не попадаться. Второй раз я уже таким добрым не буду.
— И сколько же, по-твоему, составляет эта компенсация? — поинтересовался я.
— Новичкам — скидка, — провозгласил байкер, и вся его свора угодливо заржала. — Всего тридцать штук баксов — и мы в расчете.
Ни хрена себе! Тридцать штук! Эта сумма и в моем двадцать первом веке-то была не сказать чтобы очень маленькой, а в то время не каждый американец столько за год зарабатывал! А здесь от меня ее требуют к завтрашнему вечеру. Да, страны у нас разные, а методы наездов и разборок одни и те же.
— А не многовато ли — тридцать-то штук? — спросил я. — Это что у тебя за проценты такие?
— Проценты нормальные, — осклабился байкер. — Я бы даже сказал — дружеские, по сравнению с жизнью. Свой ущерб я тебе перечислил. И я, мягко скажем, не последний человек в этом штате, поэтому мое время и мои усилия стоят дорого. Так что это тебе будет наукой — в следующий раз подумаешь, прежде чем встревать куда тебя не просят. Сроку тебе — до завтрашнего вечера. Я сам тебя найду.