Любви и тундра не помеха... (СИ)
— Вопрос в том, что ты потребуешь за помощь, куколка.
— Ничего, котик. Напакостить Танатосу будет великолепным бальзамом на моё израненное интригами и подставами сердце.
Сациен никогда бы не подумала, что современный мегаполис таит в себе столько загадок. Отыскать ответы на многие из них ей бы не удалось ещё долго, а, может быть, уже и никогда не получится. Голубые глаза потеплели и искрились точно воды северных водоёмов в ясный полярный денёк. Хозяйка терских рек и озёр с молчаливым восхищением разглядывала освещённый ночной город. Он напоминал ей видения, он иногда рисуют полярные сияния.
Серые глаза Тиора были полны такого обожания пополам с чем-то сильно смахивающим на благоговение, что сердце северной небожительницы снова пропустило один гулкий удар. Только ей никто не позволит связать свою судьбу с местным аналогом равка, хотя и наделённым своей магией. Сациен тяжело вздохнула и опустила голову. Она совсем не хотела обидеть единственного мужчину в своей жизни, с кем ей захотелось остаться насовсем. Даже мстить Эросу уже не было совершенно никакого желания.
— Каврай никогда не позволит нам быть вместе, — наконец, выдохнула она, отчаянно краснея.
— Зевс и Гера тоже. Я — всего лишь ламий. Честно говоря, пока что, не вижу выхода. Правда, могу попросить совета у Геката и остальных. Как-то ведь Аор и Фаор стали иными. Возможно, мне тоже удастся пройти через подобное волшебство. Если, конечно, ты не против моего постоянного присутствия рядом, — взгляд кровососа выражал лишь боль и глухую тоску.
— Я тоже смирю собственную гордость и спрошу у той, что своими способностями восхищает даже Каврая и Рухтнаса. Уже и Айке скоро начнёт бредить этой женщиной.
— Только, умоляю, никогда не связывайся с Эребус и Морганой. Первая, и вовсе, на самом деле, мужчина, наказанный собственной женой за повышенную блудливость.
— Кто только придумал эти ограничения и глупые родовые законы? Почему я не могу остаться с тобой только потому, что ты — ламий?
— Потому, что я тебе — не ровня. Знаешь, сделаем вот что. Давай поговорим с феей Талеей вместе?
— Хорошо, Тиор. Может, не стоит откладывать его на потом? Только захочет ли она войти в наше положение?
— Если нет, то и к Кавраю можно обратиться. Не может быть, чтобы не было возможности переиграть всё.
Тут совсем рядом с влюблёнными соткалась Сарахкка. Она одарила парочку многозначительным взглядом и сказала:
— Сациен, никогда бы не подумала, что ты способна любить и ценить ответные чувства. Знаешь, за то, чтобы ты перестала изводить смертных саамов, я готова помочь вам в этом щекотливом вопросе. Талея совершила чудо. Ведь это её чары сделали так, что ты не устояла перед Эросом. Этот ловелас тоже в свой срок получит по заслугам, но ты полностью излечилась от каменного сердца. Только мне понадобится согласие Тиора на то, чтобы я спряла для него новую жизнь. Готов ли ты довериться мне?
— Если это разрешит наше с Саци затруднение, то да. Быть ламием в современном мире — значит, быть изгоем без права на счастье и полноценную жизнь. Очень немногим из нас случай предоставляет шанс кардинально поменять собственную судьбу. Что ещё от меня потребуется?
— Сациен, в течение года, пока я пряду особую нить для твоего возлюбленного, тебе придётся отказаться от всех других мужчин. Если ты сможешь не откликнуться на весьма настойчивые ухаживания, то ровно в этот день Тиор снова появится в твоей жизни. Тогда вы уже никогда не расстанетесь.
— А если нет? — белокурая саамская Снежная Королева прекрасно понимала, что без подвохов и испытаний такие дела не делаются.
— Он перестанет существовать. Причём так, словно такого ламия никогда и не было. Подумайте, как следует, оба.
— У меня нет выбора, моя госпожа, — вампир глубоко вдохнул и нежно посмотрел на бледную как свежевыпавший снег возлюбленную. — Попробуй, Саци. Если у нас ничего не получится, — он тяжело вздохнул, а потом взгляд его просветлел. — То, по крайней мере, никто не будет мучиться. Одним ламием больше, одним меньше, невелика потеря.
Богиня терских рек и озёр порывисто обняла своего спутника, по щеке скатилась одинокая слезинка. Потом она взяла себя в руки и выдохнула:
— Тиор доверился моему благоразумию. Сарахкка, помоги нам. Я готова целый год провести, не покидая своих чертогов и закрыв все пути-дороги к себе.
— Нет, Сациен. Этот год проведёшь в современном мегаполисе. Тебя будут искушать и бессмертные, и смертные. От того, насколько сильно ты любишь своего ламия, будет зависеть его дальнейшая судьба. Готова ли ты к такой жертве?
— Как будто у меня есть иной выбор? Тебе ведомо будущее. Никто другой нам помочь, скорее всего, не сможет, — она нежно поцеловала вампира и прошептала. — Надеюсь, что справлюсь.
— Даже если нет, я просто исчезну из ткани бытия. Ты же сможешь встретить кого-то, кто подходит тебе гораздо больше меня, Саци. Никто из нас не будет страдать. Это — самое главное. Не плачь. Надеюсь, всё окончится благополучно.
— Попрощайтесь, если вы оба согласны пройти через это испытание, — голос Сарахкки не выражал никаких эмоций, но она уже знала, чем окончатся мытарства Хозяйки терских рек и озёр на землях, которые находится под покровительством Юпитера и Юноны.
Сациен заплакала, когда увидела, как в снежных северных вихрях растворяется до срока тело ламия. Тиор сумел без всякого колдовства и обмана разбудить любовь в ледяном до этого сердце саамской Снежной Королевы. Страсть больше не привлекала её. Так как уже было с чем сравнивать. Возврата к легкомысленному и пустому прошлому больше не было. Только за те бездумные тысячелетья в случае, если она потерпит неудачу, расплачиваться придётся уже её возлюбленному.
Небесная Пряха загадочно улыбнулась и тихонечко ушла. Она оставила блондинку в плену непривычных для неё размышлений. Та усиленно думала, как теперь отшивать всех этих наглых северных и античных ловеласов. Ведь прекрасно понимала, что в покое её уже никогда не оставят. Особенно пылающий праведным, как он наивно думал, гневом Эрос.
Решила, что хуже не будет, если она займёт себя каким-нибудь полезным делом. Сама подошла к Иветте и тихо спросила. Так, чтобы никто не сумел подслушать, если б даже и очень постарался.
— Нойда. В прошлом у нас были разногласия. Надеюсь, что ты не затаила на меня зла. Слишком уж сильно приглянулся мне тогда твой Виктор. Просто… — тут она замялась, не зная, как продолжить.
— Он не похож на тех мужчин, с какими ты привыкла иметь дело. Пётр Дарович же был недостаточно молод, чтобы вызвать интерес. Я понимаю. Знаю также, что больше осложнений из-за тебя у нас не будет, — и ведьмочка притихла, ожидая, что ещё расскажет Хозяйка терских рек и озёр.
— Тиор согласился пройти через перерождение. Сарахкка сплетёт для него новую нить. Если я устою в течение года от соблазнов страсти на территории твоего родного города, мы будем вместе уже навсегда. Если же нет…
— Он перестанет существовать. Тебе придётся быть очень осторожной. Эрос попытается вернуть тебя и доказать, что лучше всех, на кого падал твой взгляд, — Иветте стало жаль сладкую парочку, которая посмела пожелать бороться за собственное счастье до последнего.
— Мне нужно заняться каким-нибудь делом. Чтобы свободного времени на обычные развлечения практически не оставалось. Только я не знаю, кому могу доверять.
— Надо подумать самим и посоветоваться с Ноксом, Гекатом, Мегером и Талеей. Они будут рады узнать, что ты больше не доставишь беспокойства в здешних краях. Только, прошу тебя, держись подальше от Эребус. Это бог мрака, наказанный собственной супругой за излишнюю блудливость.
— Быть может, в твоём учебном заведении найдётся подходящая работа для меня? Мне не следует появляться в «Смехе Феи» до конца года. Или можешь посоветовать что-то ещё?
Пока Ветка лихорадочно соображала, какой выход будет оптимальным, помощь пришла совсем уж с неожиданной стороны. Одна из её наставниц, Талея, соткалась прямо из воздуха и выдохнула, задумчиво поглядывая то на Сациен, то на одну из любимых учениц: