Звезданутые войны (СИ)

— А знаешь, я теперь тоже чувствую этот зов, — вдруг сказала Тиана. Девушка, как только они решили возвращаться на прежний курс, ушла в слияние и больше из него пока не выходила. — Такое ощущение, что зов распространяется как волны в воде. Раньше я его не слышала, потому что мы были далеко, и сигнал был совсем слабый, а сейчас приблизились, и что-то такое слышится. Действительно, знакомое — только определить, что это невозможно.
— Может, от Светлячка весточка? — уточнил Герман. Хотя откуда тут может быть весточка от Светлячка? Дракон ведь ещё долго будет оставаться на обучении. Там, где он находится, — где бы это ни было! — время течёт как минимум втрое медленнее, чем в привычной вселенной. Так что Светлячку, где бы он там ни был, ещё долго будет не до знакомцев из другой вселенной.
— Скорее уж его старшие родственники, — пессимистично предположила Тиана. — Помнишь, они хотели устроить нам несчастный случай? А потом ещё вместо того, чтобы убить всех гоблинов просто их оглупили. Наверняка решили завершить начатое и добить и нас, и зелёных. А ты нас туда тащишь, Кусто!
— Нет уж, тех жутких тварей я бы точно не забыл! — Герману показалось, он почувствовал, как по внутреннему пространству тихохода прокатилась волна едва заметной дрожи. — Они же меня своими когтищами насквозь пропороли! И собирались вообще разорвать. Я их слишком хорошо запомнил, так что нет, уверен, что это не драконы. И вообще, хватит гадать! Ещё накличете! Всего несколько часов осталось подождать. Эта штука, такое ощущение, всё время перемещается, и она не на планете гоблинов! Так что даже садиться не нужно будет. Но, вроде бы в системе. Знаете, странное такое чувство, будто мы с этим… не знаю, существом, наверное, были хорошо знакомы, но в то же время это больше не то существо. Не могу описать подробнее. Нет. Определённо, я не думаю, что это ловушка. Слишком странно.
Герман хотел уточнить у Тианы, чувствует ли она те же нюансы, что и Кусто, но не стал — если бы что-то было, девушка бы уже сказала. Решил набраться терпения и дождаться, когда они сами всё узнают. Как вскоре выяснилось, терпение — это очень нужная вещь, когда ты ищешь неизвестного, который тебя зовёт, но при этом на глаза не показывается. Спустя пару часов неспешного «плавания» караван прибыл в систему и Кусто на пару с Тианой уверенно сообщили: это здесь. Однако что именно «здесь», ни тихоход, ни девушка, сказать не могли.
— Оно совсем близко! — оптимистично сообщил ликс, — скоро найдём!
И точно так же тихоход ответил ещё через час, когда Герман уточнил — ну где уже⁈ А ещё через час оптимизм из голоса тихохода начал уходить. В конце концов, даже Тиане это надоело, и девушка вышла из слияния:
— Может, без меня он сможет точнее почувствовать? — предположила разведчица. — Может, это я ему как-то мешаю? Я тоже зов чувствую, очень отчётливо. Но в этом и проблема. Это ведь не сигнал, силу которого можно измерить по какой-то шкале. И вообще градация не такая. Там, скорее всего три уровня — совсем слабо, просто слабо, и уже не очень слабо. Вот в системе сигнал чувствуется не очень слабо. Глупо, да?
— Так может, всё-таки на планете нужно искать? — предположил Максим. — Что вы на неё так садиться не хотите?
— Да уже не очень не хотим, — пожала плечами Тиана. — Я уже посмотрела — гоблины вполне живы, и даже, вроде бы, не собираются умирать. Мусора поменьше стало, а они из больших городов немного разбрелись, машин теперь не используют. В общем, ничего страшного с ними не случилось. Но всё равно не хочется.
— А почему с ними должно было что-то страшное случиться? — не понял землянин. Он-то был не в курсе переживаний разведчицы, поэтому не совсем понял, к чему эти рассуждения о самочувствии зелёных. Герман, напротив, понял.
— Короче, надо садиться. Давайте для начала туда, где в прошлый раз приземлялись.
Тиана неохотно согласилась и снова отправилась в слияние — на всякий случай, хотя Кусто уверял, что и сам прекрасно приземлится. Однако приземляться не стали. Стоило тихоходу начать спускаться в атмосферу, как зов резко начал слабеть. Поднялись повыше — опять усилился.
 
— Да тьфу на вас! — не выдержал Лежнев. — Всё, я пошёл. А то так со скуки помру! Народ вон хоть развлекается как-то, а я только и пытаюсь что-то за вами отследить.
— Куда пошёл? — не поняла Тиана.
— На Гаврюше полетаю. Может, тоже чего почувствую. К тому же он у нас давно взаперти сидит, совсем, наверное, приуныл.
Ответом послужило неодобрительное молчание. Герман и сам помнил, что они заранее договорились не выпускать Гаврюшу, пока летят через туманность, но здесь, в этих местах, и туман уже пожиже, да и в системе-то точно не заблудишься и течением не унесёт. Вполне можно полетать, не опасаясь каких-то серьёзных последствий. Разве что нарваться на какую-нибудь гоблинскую пакость, оставшуюся от тех времён, когда коротышки ещё бороздили космос — но тут уж сам будет внимательнее.
Такой же неодобрительный взгляд встретил парня в трюме. Только повод был противоположный — ликсёныш был ужасно недоволен, что его «забыли». Вообще-то Герман его регулярно навещал — каждый день. Но Гаврюше всё равно было скучно, и даже то, что его так же развлекали другие пассажиры и сам Кусто, ситуацию не спасало. Вот и сейчас, увидев приятеля, ликсёныш изобразил тяжелейший вздох.
«Научился же как-то! — покачал головой Герман. — Подсмотрел! Самому дышать не надо, а изображает».
— Не вздыхай так тяжко, сейчас полетаем. Только не потеряться бы!
Вот теперь мелкий тихоход обрадовался. Подскочил от восторга, гордо сказал своё коронное «угу», с готовностью подставил бок Герману. Лежнев тянуть не стал. Быстро разделся, забрался в «кабину», вошёл в слияние.
«Ну посмотрим, — размышлял парень, вылетая из распахнутого трюма, — Для начала хоть понять, чувствую я что-то, или нет. Хотя вообще-то это можно было и заранее сделать, вместе с Кусто. Хорош я буду, если окажется, что не чувствую!»
Опасения не оправдались — какой-то зов определённо был. И да, он действительно казался знакомым — так бывает, когда тебя кто-то в толпе окликает, и ты определённо этот голос уже где-то слышал, но убей не вспомнишь, кто это говорит, пока не увидишь того, кто звал. «Хотя голос определённо знакомый, да!»
Принялся искать. Откуда-то была уверенность, что раз Гаврюша мельче, ему будет намного проще идентифицировать точное место, откуда зовут. Впрочем, так часто бывает, когда долго смотришь на чьи-то безуспешные попытки добиться результата. Начинает казаться: уж я-то точно справился бы. Руки так и тянутся, чтобы попытаться сделать самому. Вот и у Германа тянулись. Теперь же парень решительно не понимал, где он будет искать загадочного зовущего. Облетел вокруг каравана несколько раз по расширяющейся спирали — безуспешно. Действительно, кажется, что где-то рядом, но где именно — никак не определить. Кусто неспешно вёл корабли по орбите планеты, а Лежнев решил двинуть ближе к звезде. На секунду показалось, что зовут оттуда. Отлетел так, что Кусто начал посылать тревожные сигналы. Нечего, мол, так рисковать, я тебя уже почти не вижу. Герман караван пока видел прекрасно, всё-таки там два крупных ликса, да ещё и два корабля — более заметная цель, чем детёныш ликса. Однако спорить не стал — зачем зря нервировать товарищей. Направился обратно, повернувшись спиной к местному солнцу, и тут на окраине системы что-то сверкнуло. Совсем неярко. Даже, скорее, едва заметно. И, похоже, отражённым светом.
Герман поспешно «сдал назад» — вернулся к тому месту, откуда увидел вспышку в прошлый раз. Действительно, светится. Только увидеть это свечение можно только с одного места. Похоже, зеркало какое-то, и не слишком большое. Если бы не глазастый Гаврюша — фиг бы кто рассмотрел!
Вообще-то это штука, которая там, на краю системы отражала свет звезды, вовсе необязательно была тем же предметом или существом, что испускало зов, но Герман твёрдо решил — оно. Точнее, он решил так: — если это не оно, то и хрен с ним. Сколько можно летать по системе и искать неизвестно чего! Ладно несколько часов, но не прочёсывать же тут всё пространство днями! Они ведь, вообще-то, торопятся!