Звезданутые войны (СИ)
— Хотите восстановить какие-то человеческие органы? — спросила девушка, уже догадываясь, что услышит в ответ.
— Да. Для начала — обоняние, язык, и желудок. Остальную пищеварительную систему я хочу оставить без изменений.
— Скажите, адмирал, а вы не боитесь регресса? — прямо спросила Тиана. Сама удивлялась, насколько она рада, что адмирал захотел вернуть себе человечность, пускай частично. Пускай руководствуясь всего лишь приземлёнными желаниями. В конце концов, эти приземлённые желания и составляют изрядную часть человечности. Однако девушка очень не хотела, чтобы технофанатик в своём решении разочаровался, и поэтому решила предупредить заранее: — Насколько я понимаю, ваше тело очень сильно оптимизировано для того, чтобы терпеть сильные перегрузки. Именно из-за таких модификаций ваши корабли могут развивать лишь немногим меньшее ускорение, чем ликсы, которые гораздо лучше защищают от перегрузок своих пассажиров.
— Я полностью осознаю риски, — заверил адмирал. — И, поверьте, моё желание продиктовано не сиюминутным капризом. Беседы с уважаемым Кусто навели меня на мысль, что полный отказ от человеческой природы невозможен, и поэтому не нужен. Соединиться с богом — машиной можно лишь в смерти. А значит, при жизни лучше получать максимум возможностей, предоставляемых своей природой. Что касается регресса… По моим расчётам потеря сопротивляемости нагрузкам составит не более трёх процентов, и эту потерю легко компенсировать, если пользоваться слиянием. Я планирую по возвращении в нашу галактику просить у вашего руководства ликса в пользование. Хочется лично оценить преимущества пилотирования живого существа. Как показывает практика, ликсы пока имеют значительные преимущества перед техническими кораблями.
Тиана постаралась не показать, насколько она шокирована. Вот уж чего-чего, а желания получить в пользование ликса девушка от адмирала точно не ожидала. «Однако Кусто на него очень положительно влияет! С ума сойти!» Удивление не помешало Тиане уложить адмирала в капсулу. Для начала совсем ненадолго — получить образцы тканей для подготовки подходящих органов. За пару дней они должны вырасти, а уж потом можно будет встраивать. Разведчица вдруг поняла, что ей ужасно интересно провести эту операцию. Не только увидеть результат, но и посмотреть, как технофанатик выглядит изнутри. Как у него там всё устроено. Капсула, безусловно, не сможет досконально разобраться, как работает почти полностью искусственный организм, но общие принципы понять будет возможно. «Любопытно, получится ли у меня всё состыковать, как положено? — размышляла девушка. — Определённо, это будет очень интересный опыт!» Страха, что что-то не получится, не было — ничего ведь не помешает установить те органы, какие есть сейчас на место. В конце концов, адмирал может и до возвращения потерпеть — там, на Родине, есть профессиональные хирурги, которые, безусловно, смогут всё сделать качественно и надёжно.
«К тому же это будет неплохой тренировкой. Кусто ведь хотел себе дополнительное тело? Нечто подобное, только в больших масштабах, нам с Германом однажды всё равно придётся делать».
Пока же медицинские проблемы пришлось отложить — близилось время, когда ликсы окажутся в системе, где обосновались земляне. Тиана с некоторым беспокойством ждала встречи с соотечественниками Германа. Вроде бы совсем не о чем беспокоиться — они уже набрали достаточно наёмников, несколько десятков землян ничего не изменят. Однако разведчице почему-то очень хотелось, чтобы земляне согласились ей помочь. Отчасти из чисто меркантильных соображений. Если посмотреть, как отличаются Герман и Максим даже от военных Содружества, невооружённым взглядом видно, что пользы они могут принести больше, чем десяток обычных вояк. Более хитрые, ловкие, инициативные. Да и более храбрые, если уж на то пошло. Однако кроме обычного расчёта, было ещё что-то. Как-то так вышло, что девушка привыкла доверять именно землянам. Да, Герман не раз утверждал, что не только во всём мире, но даже в его родной стране люди разные. Есть и те, кому он бы руки не подал. Однако тех, кто сейчас живёт на планете, к которой они приближаются, выбирал именно Максим. Он ведь не стал бы звать в новую жизнь плохих людей? И этим людям очень хотелось понравиться. Такое вот нелогичное желание — Тиана сама понимала, что глупость, но ничего с собой поделать не могла.
Естественно, когда чего-то боишься и нервничаешь, начинаешь придумывать всякие глупости. К тому времени, как ликсы подошли к планете, девушка успела представить себе, что ей чуть ли не экзамен придётся держать перед знакомыми Максима. На деле всё оказалось не просто проще — вообще как-то буднично. Ликсы приземлились на краю купольного посёлка — так ей показалось в первый момент, когда увидела эти сооружения издалека. Потом, правда, выяснилось, что это не вовсе не купола. Герман назвал эти сооружения теплицами, и тоже ошибся. Оказалось, назначение этих зеркальных полусфер прямо противоположное — внутри поддерживается более низкая температура, чем снаружи и немного меньшая освещённость. В этих «холодницах» местные жители выращивают привычные продукты — исключительно для себя. Но далеко не все — только самые капризные. В остальном вокруг множество засеянных полей с самыми разными культурами.
— Ну вы даёте, ребят, — удивился Максим. Для него, видимо, тоже местные виды стали сюрпризом. — Стоило переселяться на другую планету, чтобы устроить здесь такой же колхоз, как на Земле!
— А чем, по-твоему, мы должны были заниматься? — Встречающие ещё не все собрались — слишком быстро приземлились ликсы. Пока гостей ждали только несколько человек, и вот один из них и вышел навстречу. Молодой, бодрый мужчина с повисшей как-то неестественно рукой. Тиана сначала удивилась — как это так? Он явно совсем недавно вышел из капсулы. Почему у него больная рука? Потом только сообразила — мужчина просто ещё не привык. Руку вырастили совсем недавно, а он за много лет привык пользоваться только одной, вот и не научился пока применять обретённую конечность. Она ему сейчас кажется лишней, просто забывает ей двигать и использовать. Мужчина, между тем, продолжал отчитывать друга:
— Притащил неизвестно куда, высадил, пообещал вернуться в ближайшее время, и пропал на несколько месяцев. Без связи, между прочим! И чем мы должны были заниматься? Чилить, как молодёжь говорит? Ты ещё хрен знает, вернёшься, или нет, мало ли, что там с тобой в глубоком и неизведанном произошло? Вот и решили хоть себя обеспечить чем-то. Хорошо хоть, ты инструмент кое-какой оставил, да семена у нас были! Ладно, не о том. Лучше скажи, время собраться есть, или сразу валим?
— И что, даже не спросишь, куда и зачем? — ухмыльнулся Максим. — И хоть скажи, кто летит, а кто остаётся.
— Это, ты, наверно, отупел слегка, друг ситный. Никто не остаётся. Валька твоя рассказала, что ты куда-то там воевать отправляешься — что, думаешь, тут найдутся те, кто скажет: нет, Максимка, старый друг, мы лучше грядки копать продолжим?
В общем, уговаривать никого не пришлось. Тиана даже разочаровалась немного. Готовилась, боялась, переживала, а её даже ни о чём не спросили!
24. Герман Лежнев, Сусанин
Улетать из Содружества было страшно. Причём не из-за головоногих — Лежнев всё-таки надеялся, что киннары продержатся, и компания вернётся не к руинам. Германа страшила дорога. Бывает такое — увлечёшься, начинаешь обсуждать приключения, вспоминать забавные и страшные моменты. Троица путешественников во время долгих гиперпереходов частенько устраивала такие вечера воспоминаний, это получалось как-то само собой. Но вот к путешествию через загадочную туманность возвращались редко. Кусто очень не любил вспоминать тот момент, когда его чуть не сожрали загадочные космические медузы. Только однажды сказал, что всякий раз, когда вспоминает, на него накатывает ужасное чувство бессилия. Любой опасности можно сопротивляться, но для этого нужно хотеть сопротивляться. А когда эти страшные, но такие прекрасные медузы оплели его своими щупальцами, сопротивляться совсем не хотелось.