Ненавижу Волкова! (СИ)

Макс подхватил меня на руки, не прерывая головокружительного поцелуя. Я обвила ногами его талию, прижалась всем телом, насколько позволял уже заметно округлившийся живот. Чувствовала, как его возбужденная плоть упирается мне в бедро через одежду. Боже, как же я скучала по этим ощущениям!
Через несколько секунд я почувствовала, как мягко спружинил подо мной матрас. Макс бережно опустил меня на постель, навис сверху, стараясь не придавить растущий животик. Принялся покрывать мое лицо и шею легкими, дразнящими поцелуями. От его прикосновений по телу прокатывались волны мурашек, дыхание сбивалось.
— Ника, любовь моя… — хрипло шептал он, лаская мою кожу губами. — Я так долго ждал, когда смогу снова прикоснуться к тебе. Узнать твое тело заново, доставить невероятное удовольствие. Ты даже не представляешь, насколько желанна…
Я застонала в ответ, выгибаясь навстречу его рукам. Зарылась пальцами в волосы, притянула к себе для очередного жаркого поцелуя. Терлась о него всем телом, сгорая от страсти. Как же я истосковалась по его ласкам!
Одежда полетела на пол, обнажая пылающую от возбуждения кожу. Мы не могли оторваться друг от друга, исследуя, лаская, дразня. Руки Макса скользили по моему телу, оставляя за собой обжигающий след. Каждое прикосновение отдавалось сладкой истомой внизу живота.
Когда он накрыл ладонью мою грудь, я чуть не задохнулась от ощущений. Соски мгновенно затвердели, отозвавшись на ласку. Беременность сделала их особенно чувствительными, буквально ноющими от желания.
Почувствовав мою реакцию, Макс хищно улыбнулся. Обвел большим пальцем вершинки, чуть сжал. Я вскрикнула, комкая простыни, почти теряя сознание от острого наслаждения. Еще никогда мое тело не было настолько отзывчивым!
Будто услышав мои мысли, Макс опустился к груди. Втянул сосок в рот, принялся посасывать и облизывать. Я забилась под ним, постанывая сквозь стиснутые зубы. Казалось, что еще чуть-чуть, и я кончу только от этой восхитительной пытки.
Но у любимого были другие планы. Оторвавшись от моего бюста, он продолжил исследовать тело губами и руками. Ласкал живот, уже заметно округлившийся. Трепетно целовал, поглаживал, будто здороваясь с нашим крохой. От этой невинной ласки у меня защипало в глазах.
Спустившись ниже, Макс устроился между моих раздвинутых бедер. Провел языком вдоль набухших складочек, посылая волну дрожи по позвоночнику. Меня будто молнией прошило от этого легкого касания.
— Ника, ты просто невероятная… — выдохнул он, раздвигая меня пальцами. — Такая горячая, влажная. Хочу попробовать тебя на вкус.
Дождавшись моего стона-всхлипа, Макс припал к истекающему соками лону. Втянул клитор в рот, принялся ласкать его умелым языком. Обводил, посасывал, надавливал — дразня и распаляя еще больше. Чувствовал, как я подаюсь бедрами навстречу, умоляю не останавливаться.
Удовольствие накатывало волнами, скручивало внизу живота тугим узлом. Мышцы напряглись, лоно запульсировало, готовое вот-вот взорваться. Макс почувствовал это и с удвоенным рвением продолжил ласки.
Оргазм накрыл внезапно, обрушился ослепительной вспышкой. Я вскрикнула, выгибаясь дугой, цепляясь за плечи любимого. Забилась в сладких судорогах, изливаясь в его жадный рот. Волна за волной ошеломительного экстаза захлестывала, лишая связных мыслей.
Спустя долгие мгновения я обмякла на постели, часто дыша. Тело звенело от пережитого удовольствия, кожа покрылась испариной. Макс выцеловывал мой живот, поглаживая бедра, помогая прийти в себя.
— Ты в порядке? — спросил с улыбкой, заметив мой расфокусированный взгляд. Поднялся выше, устраиваясь сбоку. — Малыш не беспокоит?
С нежностью погладила округлый живот, прислушиваясь к ощущениям. Нет, все было хорошо. Наш кроха мирно спал, позволяя родителям насладиться близостью. Видимо, чувствовал, как счастлива его мама.
— Все отлично, — прошептала, притягивая Макса для поцелуя. Обвила руками шею, зарылась пальцами в волосы. — Просто безумно хочу тебя. Прямо сейчас.
Он хрипло застонал, вжимаясь в меня возбужденным членом. Перекатился, увлекая меня за собой. Теперь я оказалась сверху, упираясь руками ему в грудь. Идеальная поза, учитывая мое положение.
 
— Я весь твой, — выдохнул он, сжимая мои бедра. Потянул на себя, направляя. — Возьми меня. Хочу видеть, как ты любишь.
Дрожа от вожделения, я приподнялась и опустилась на его восставшую плоть. Вскрикнула, ощутив, как он заполняет меня, растягивает упругие стенки. Замерла на мгновение, привыкая и смакуя ощущения. А потом начала двигаться.
Сперва плавно, почти лениво. Покачивала бедрами, скользила вверх-вниз, вырывая у Макса хриплые стоны удовольствия. Постепенно наращивала темп, сжимала его внутри себя. Упиралась руками в грудь, запрокидывала голову, полностью отдаваясь ощущениям.
Руки Макса блуждали по моему телу, лаская и распаляя. Обводили припухшие соски, стискивали ягодицы. Поглаживали чувствительные бедра и ложбинку между ног. Гладили округлый живот с такой неизбывной нежностью, что щемило сердце.
Толчок за толчком, я приближалась к пику. Казалось, весь мир перестал существовать за пределами нашей спальни. Были лишь мы двое (вернее, трое, учитывая малыша), соединенные самой интимной, самой прекрасной связью на свете.
— Макс, я… Сейчас… — выдохнула, насаживаясь до упора и сжимая его внутри. Содрогнулась всем телом, застонала протяжно. — Вместе, давай вместе…
Еще несколько глубоких, резких движений, и любимый последовал за мной. Впился пальцами в бедра до синяков, выгнулся, запрокинул голову. Излился в мое пульсирующее лоно, продлевая острое, почти невыносимое удовольствие.
Обессиленная, я рухнула на Макса, уткнувшись лицом ему в шею. Он тут же обнял меня, прижал к себе, осыпая лицо невесомыми поцелуями. Перекатился на бок, устраивая меня рядом. Погладил округлый живот, с любовью и затаенным восторгом.
— Невероятно, — пробормотал тихо, не сводя глаз с моего лица. Убрал влажную прядь, заправил за ухо. — Ника, ты подарила мне целый мир. Я так люблю тебя… Вас обоих. Вы — мое все.
У меня по щекам покатились слезы нежности и благодарности. Господи, чем я заслужила такого потрясающего мужчину? Любящего, заботливого, понимающего. Самого лучшего отца для нашего еще не родившегося ребенка.
— И я тебя люблю, — прошептала дрогнувшим голосом. Погладила его по щеке, коснулась губ своими. — Больше жизни. Ты — мой защитник, моя опора. Не представляю, как жила без тебя раньше…
Макс крепче прижал меня к себе, зарылся носом в волосы. Я знала — он чувствует то же самое. Переполняющее сердце, щемящее чувство единения, родства душ.
45
Следующие несколько дней мы с Максом буквально летали на крыльях счастья. Постоянно обнимались, целовались, обменивались влюбленными взглядами. Не могли насытиться друг другом, хотелось как можно больше времени проводить наедине.
Иногда, когда желание становилось нестерпимым, мы занимались любовью прямо на кухне или в гостиной. Срывали одежду, целовались как одержимые, сплетались в жарком танце страсти. И каждый раз это было как в первый — ярко, чувственно, до звездочек перед глазами.
Но чаще наша близость была неспешной, трепетной. Макс подолгу ласкал мое тело, доводя до исступления одними прикосновениями. Целовал каждый сантиметр кожи, шептал нежности, гладил округлившийся животик. А потом, бережно и осторожно, входил в меня, замирал, давая привыкнуть. И начинал двигаться так сладко, что хотелось кричать от переполняющих эмоций.
В общем, плавали мы в облаках эйфории, не замечая ничего вокруг. Даже на работу ходить не хотелось — лишь бы подольше побыть вместе, насладиться обретенным счастьем. Но увы, реальная жизнь никуда не делась. Приходилось с неохотой выныривать из любовного дурмана и заниматься обыденными делами.
Как-то вечером, когда мы сидели на кухне и пили чай, Макс вдруг огорошил меня неожиданным предложением:
— Ника, а давай рванем куда-нибудь на море? Развеемся, отдохнем пока можно. Все равно работы не слишком много сейчас, начальство отпустит. Да и тебе нужно побольше расслабляться, набираться сил перед родами.