Танцующая для инкуба (СИ)
Почувствовала, как горят щеки и подавила желание побиться головой об стену. Вот зачем я с ним переписываюсь? Руки будто не мои, сами тянутся набрать ответ, а ничего хорошего из этих сообщений не выйдет…
Приставун Дранбергский:Вита? Уже спишь?
Я:Нет.
Приставун Дранбергский:Как подготовка? Я знаю, что ты лишилась тренера. Хочешь, я найду для тебя самого лучшего?
Я:Даже если найдешь – как ты заставишь его меня тренировать?
Отправила и от досады закусила губу – сама не заметила, как перешла на «ты». Кажется, это не лечится…
Приставун Дранбергский:О, я дождался… Приятно как. Заставить – уже моя забота. Главное, чтобы ты смогла готовиться в нормальных условиях, а не в гимнастической школе.
Я:Маркус, не надо. Я справлюсь и так. А вот если займу хорошее место, тренер найдётся сам… Только не вздумай давать взятку судьям, чтобы они завысили оценки, я так не хочу!
Приставун Дранбергский:Обещаю этого не делать, слово инкуба!
Успокоил. Я слышала, что обещания инкубы держат несмотря ни на что. Уже легче.
Приставун Дранбергский:Пообещаешь мне тоже кое-что?
Я:В обмен?
Приставун Дранбергский:Нет, просто так. Если захочешь.
Я:Что?
Приставун Дранбергский:Всегда мечталпочувствовать себя обладателем четырех стихий. Проведёшь меня по блату на арену с дорнами?
Я:Мне кажется, вам мой блат совсем не нужен для этого.
Приставун Дранбергский:Опять на «вы»!Без личного тренера – это не то. А ни у кого другого я учиться не хочу. Покажешь мне мою мечту?
Тяжелый вздох вырвался помимо воли. Тут уж у меня даже совесть не позволит отказать, учитывая, что Маркус для меня сделал.
Я:Хорошо
Приставун Дранбергский:*танцует грит-шо, дрыгая ногами и руками*
Я:*засыпает*
Приставун Дранбергский:Спокойной ночи, сладкая.
Закусила губу. Нужно сухо потребовать, чтобы меня так не называл! Палец застыл над сенсорной клавиатурой, а в мыслях предстал Маркус, как он произносит эти слова интимным полушепотом…
Со стоном упала лицом в подушку. Хорошо, что меня и мои горящие щеки никто сейчас не видит…
Глава 6
День конкурса наступил поразительно быстро. Кажется, буквально вчера я переписывалась с Маркусом, а тут уже — хлоп, и Кубок наступил.
С инкубом я больше не общалась, хотя руки иногда тянулись к телефону. Всё также получала пожелания сладких снов на ночь и цветы с угощениями курьером.
Совесть жрала за то, что я всё это принимала, не отправляла назад... По факту Маркус всё-таки вынудил меня согласиться на его «ухаживания», и меня это сильно напрягало.
Но чем ближе был Кубок, тем меньше я думала об инкубе — нервничала жутко.
Илона несколько раз пыталась меня «образумить», уговаривала не позориться на выступлении, ведь номером я подведу и её саму. Как же, Илона столько лет тренировала меня, значит, так и не научила выступать по правилам...
Я не подавалась, но моральные силы таяли на глазах. Боялась, что воля подведёт, но почему-то больше всего меня поддерживали не родные, не собственные мечты, а короткие «Сладких снов» в сообщениях. Сама не понимала, что творится в душе, а тут еще Кубок...
С утра я несколько раз прогнала номер, выдохнула и направилась за платьем, а потом в центр спорта, где проходит конкурс. Приехать нужно за несколько часов до начала, чтобы девочки-визажисты успели навести красоту. Ну и, конечно, разминка, организационные вопросы, размещение...
Подъехав к зданию, я на секунду испугалась, что меня просто не пустят. Что Илона подсуетилась и по своим связям закрыла для меня возможность выступить. Но ничего подобного, стоило протянуть охране приглашение, как меня спокойно пропустили и передали в руки девочек-координаторов.
Часы перед номером пролетели стремительно, размышлять было некогда.
Я стала единственной гимнасткой без тренера, на меня поглядывали кто с презрением, кто с недоумением, но я не показывала волнение, старалась выглядеть максимально равнодушной.
Поразительно, но поддержала меня Беата. Под неодобрительным взглядом Илоны девушка подошла ко мне и спросила негромко:
— Как ты?
— Нормально, — ответила, стараясь спрятать изумление. От неё точно не ожидала подобного вопроса.
— У нас столько слухов про тебя ходит, — понизив голос, прошептала она. — Даже грязные сплетни слышала. Но я с тобой общалась, не верю во всю эту ерунду.
— Какие сплетни? — спросила, чувствуя, как сердце леденеет.
— Что тебе приглашение досталось через постель, ну и... — Беата замялась.
Я же, на удивление, успокоилась. Прекрасно понимаю сплетников, со стороны действительно может так показаться.
— В общем, — Беата замолчала, набирая воздух. — Я хотела тебе сказать, чтобы ты не переживала. Всё получится. Ты очень талантлива.
— Спасибо, — пролепетала я, и девушка, кивнув, направилась к уже совсем недовольной Илоне.
Телефон пиликнул о приходе сообщения, и я почему-то сразу поняла, кто это. Но достала трубку и убедилась, что права.
«Ты выступишь отлично. Не думай ни о чем, просто танцуй так, как мечтала».
Спасибо, Маркус.
Объявили о выходе гимнасток на разминку. Потом мы разойдемся по специальным ячейкам с диванчиками возле арены.
Набрала воздух в легкие. Вот и началось...
***
Трясти меня начало уже после выступления. Когда я спустилась с арены, взяла от кого-то чуть влажное полотенце и какую-то мягкую игрушку, и меня провели на прежнее место — огороженную ячейку с диванчиком. Села, выдавила улыбку в камеру подошедшего журналиста, а сама напряженно ждала своих оценок.
И чуть не упала, когда их объявили! О таком я и не мечтала. Просто подумать не смела. Тут-то и начался отходняк.
Не знаю, как просидела оставшиеся номера, в себя более-менее пришла, когда выступала последняя гимнастка.
Отборочные закончились, настала пора уходить. И я не просто в десятке, я третья! Это невероятно!
Шла по проходу вместе с остальными девочками, а меня то и дело гладили по плечу и кричали «Вита, ты молодец!». Кто все эти люди, почему они решили поддержать именно меня? Я ведь не выиграла еще, впереди финал, хотя обычно отборочные показывают, кто какое место займёт, и сюрпризы на финале бывают редко.
Меня даже Дана и Янира, девочки-близняшки, занявшие первое и второе места, поздравили! Я в шоке.
Оглушенная, добралась до раздевалки и первым делом достала телефон. Сотни сообщений! Друзья, родные, даже просто знакомые из стаи сегодня решили меня поддержать. На глаза навернулись слёзы, и какое-то время я так и стояла возле своих вещей, отвечая на многочисленные поздравления.
— Это ведь ты Виталина Шрекинбер? — подошла ко мне девочка-координатор.
— Да, — я спрятала телефон в сумку.
— Пойдём, с тобой хочет познакомиться Ильяс Гринберийский.
Что?!
Смятение я спрятала глубоко в душе и молча последовала за координатором. Хорошо, что еще не успела переодеться и смыть макияж — встречать друга Маркуса хотелось в приличном виде.
Но интересно, что ему понадобилось? Я знала, что Ильяс — инкуб, как и Маркус, и думать не хотелось о постельном интересе. Гринберийского я уважала всегда, сколько себя помню. Всей душой желала, чтобы он не оказался подонком, который, увидев красивую девушку, предложит ей постельно-денежные отношения. Хоть Ильяс и инкуб, он не такой! Или мне просто очень хотелось в это верить...
Меня провели в специальную комнатку-гримёрку, наверное, в ней обычно готовятся какие-нибудь звёзды высшей категории. Дорогая обстановка, всего одно кресло с зеркалом, масса средств для укладки и макияжа, отдельно зона отдыха...
Координатор оставила меня одну, но садиться я не стала — нервно ожидала гостя. Дверь открылась, и вошёл мужчина. Властный, подавляющий своей аурой, безумно красивый, впрочем, все инкубы красивы. Хотя Маркус, например, чисто внешне нравится мне больше...