Шатун

– А почему тогда только бумага? Сами ордена где? – не понял Руслан.
– Начальству передали, – коротко пояснил Рязанов. – Вечером привезу.
– А чего с такой тайной? – не унимался Руслан.
– Награды эти князь нам своей волей присвоил. Имеет такое право. Вот и решил, что наши усилия надо поощрить. И то сказать, за неделю почти весь город перевернули. Вон, ночью последних добили. Точнее, ты добил. Так что все верно. А шума раздувать не стали, думаю, потому, что не по своему ведомству работали. Да и немного чести для боевых офицеров с каторжными биться.
– Странно это все, – проворчал Руслан, почесывая в затылке.
– Уймись, – отмахнулся граф. – Князь все правильно сделал. И наградил, и внимания лишнего не привлек.
– А ежели спросит кто, за что награды? – не сдавался Шатун.
– А то мало у нас всяких случаев, когда награду заслужить можно, – ехидно усмехнулся граф. – Вспомни, как мы графиню у абреков отбивали.
– Ну, тоже верно, – вздохнул Руслан, сдаваясь.
– Ты только из-за этого меня искал?
– Угу. Ты как тут, закончил?
– Да, все уже вывезли. Должен сказать, что эти твои гранаты страшная штука. Даже санитары из покойницкой едва сдержались, когда увидели, что тут творится.
– Зато надежно, – нашелся Руслан. – Чем теперь займемся?
– Будет день, будет и пища, – тихо рассмеялся Рязанов. – Нам теперь еще несколько дней отчеты генералу писать.
– А зачем? По нашему ведомству клиентов не было. А работали мы в помощь полиции. Ему-то это все зачем?
– Затем, что с местными полицмейстерами ему частенько приходится спорить. А так будет вещественное доказательство, что мы свой хлеб недаром едим. Даже на их полянке пастись успеваем, – ехидно усмехнулся граф.
– Опять интриги, – скривился Руслан. – Терпеть не могу политику.
– Увы, друг мой, политика это часть нашей с тобой службы, – понимающе вздохнул Рязанов.
Подскакавший к лабазу уже знакомый корнет заставил Руслана вскинуться и тихо выругаться.
– Знаешь его? – тут же спросил граф.
– Посыльный Тарханова, – коротко пояснил Руслан.
– Господа, – оживился корнет, увидев сослуживцев. – Его высокопревосходительство князь Тарханов желает вас немедля видеть.
– Он у себя, в городской управе? – быстро уточнил штабс-капитан.
– Так точно, ваше благородие.
– Мы скоро будем, – решительно кивнул граф и, повернувшись, пронзительно свистнул, подзывая свою коляску.
– Удачно, что я решил мундир надеть, – проворчал Руслан, усаживаясь на сиденье.
Спустя сорок минут коляска подкатила к крыльцу здания, и офицеры направились в уже знакомый кабинет. Едва увидев их, секретарь вежливо кивнул и, не произнося ни слова, поднялся. Выйдя из кабинета князя, он придержал дверь, жестом разрешая друзьям войти.
– Рад вас видеть, господа, – поднялся навстречу Тарханов. – Расскажите, что у вас произошло ночью и что это за переполох на базаре?
– …в общем, теперь криминала в городе вообще не осталось. Так, мелочь одна, – закончил Рязанов, быстро изложив их ночные приключения.
– И как же так случилось, господа, что вы громили их малины, а «Иваны» сумели уйти и даже организовали нападение на вас? – помолчав, мрачно спросил князь.
– У полиции знания были не полными, – пожал штабс-капитан плечами. – Мы-то по долгу службы с этими господами вообще дел не имели. Вот и пришлось на знания полиции опираться. Они список тех злачных мест и составляли. И то сказать, ваше сиятельство, обычные дознатчики о тех местах и знать не могли, ежели криминал такую протекцию над собой имел, – закончил он, намекая на полицмейстера.
– Понимаю, – мрачно кивнул Тарханов, барабаня пальцами по столешнице.
* * *
Получение орденов было решено отметить в лучшем ресторане города. Уже знакомый друзьям метрдотель, едва завидев Руслана в мундире и при наградах, испуганно хрюкнул и, словно джинн, испарился. Руслану всегда был интересен этот фокус местного персонала. Вроде вот только тут стоял, а уже нет. Вместо метрдотеля их в дверях встретил официант и, почтительно поклонившись, шустро повел к столику.
 
Сделав заказ, офицеры огляделись. Заметив рядом с небольшой эстрадой уже знакомые физиономии, Руслан про себя ехидно усмехнулся и, кивая в ту сторону головой, поинтересовался, азартно блестя глазами:
– Рожи сегодня бить будем или мирно посидим?
– Поединщика своего увидел, – понимающе усмехнулся Рязанов. – Бог с ними. Не полезут, так и пускай живут.
– Фи, граф. Офицер, дворянин, орденоносец, и вдруг такая тяга к банальному мордобою, – светски выпрямившись, фыркнул Руслан, не скрывая издевки.
– А то дворяне не дерутся, – рассмеялся в ответ штабс-капитан. – Уж поверь, мон шерами, за закрытыми дверями рожи друг другу полируют так, что только юшка по сторонам летит. Просто об этом говорить не принято. К слову, ты и сам не так давно про английский бокс поминал. Еще скажи, что этим самым боксом всякие лорды с баронами не занимаются.
– Занимаются, – вынужден был признать Руслан.
– Вот и не капай мне на мозги. Наливай, – скомандовал Рязанов, заправляя салфетку за воротник.
– Что-то мне твое настроение не нравится, Миша, – насторожился Руслан, наполняя бокалы. – Слишком шалое. Чего опять придумал, рассказывай? И не говори мне, что это не так.
– Ничего. Откровенно сказать, я всю прошлую неделю только об одном Бога молил. Чтоб авантюра твоя удалась и без лишней крови все обошлось, – вдруг признался граф. – Ты пойми, голубчик, не наше это дело. Не контрразведки.
– Миш, ну вот скажи, мог ты Тарханову отказать? – иронично поинтересовался Руслан. – Тем более что он имел на руках прямой приказ нашего генерала.
– Не мог.
– Вот и не рви себе сердце. А что до авантюры, так это и не авантюра была вовсе. Я точно знал, что делал. Заодно и казачков наших новым приемам боя обучил. Им бы потренироваться еще малость, и вообще цены не будет. Любую цитадель возьмут. Поверь, друг мой, подобные умения им в будущем очень даже могут пригодиться.
– Погоди, так ты их учил тому, чему тебя самого учили? – вскинулся Рязанов.
– Конечно. А чему еще? Я вообще хочу на основе этой команды отдельный взвод под наши задачи сделать. А еще лучше два. Один как охрану об учить, а второй именно для штурмов всяких ухоронок и малин.
– Как ты думаешь, как быстро у тебя эти взводы заберут? – хмыкнул в ответ граф. И сам же ответил: – Мяу сказать не успеешь. А потом еще потребуют, чтобы ты сразу три таких же вчера обучил.
– Я на тебя плохо влияю, – усмехнувшись уголками губ, высказался Шатун.
– С чего бы?
– Да ты уже моими же словами со мной говорить начал, – поддел парень приятеля.
– Ну, с кем поведешься…
– На того и дети похожи, – не дал Рязанову договорить Руслан.
– И ты хочешь, чтобы я это не запомнил? – рассмеялся штабс-капитан.
– А вообще, согласись, мысль-то дельная, – отсмеявшись, спросил Шатун.
– Еще бы не дельная. Нам такие бойцы очень даже нужны. Но вся беда в том, что я не шутил, когда говорил, что их сразу же заберут. К тому же ты станешь их сам вооружать?
– А иначе и смысла нет все это затевать, – кивнул Руслан. – Превосходство над противником в огневой мощи при штурме – это одна из ключевых позиций.
– Что-то я не слышал, чтобы ты большое наследство получил, – ехидно отозвался Рязанов. – Будь ты даже миллионщиком, все одно никаких средств не хватит – всех сменных казаков вооружить. А меняют их нам регулярно.
– А если с атаманом сговориться? – не сдавался Руслан. – Вот к примеру. У нас сейчас отлично вооруженный десяток есть. К нему еще один прибавить, и на этом шабаш. Будет десяток охраны и штурмовая группа. Мы их вооружим, но с атаманом уговоримся, что людей этих он за нами закрепляет постоянно. Основание? Да самое простое. Мы контрразведка, и многие дела у нас с особым грифом секретности проходят. А чтобы сами казаки за нас держались, все, кто выбывает по ранению или, чего хуже, инвалидности, должны от службы пенсию получать. Ну, или службу какую, попроще, но уже с жалованьем.