Шатун

Его подельник, замерев от неожиданности, быстро оглянулся и, увидев кровь под пальцами приятеля, начал затравленно озираться. Решив не церемониться с непонятными посетителями, Шатун чуть повел стволом и снова выстрелил. Теперь во дворе завывали двое. Выскочившие из флигеля казаки подбежали к раненым и, моментально скрутив их, поволокли куда-то к сараю. Казаки дежурили на подворье постоянно, меняясь каждые сутки. Как объяснил Руслану Рязанов, это было требование службы.
За бумаги, лежавшие в его сейфе, многие заклятые друзья вырезали бы половину города не задумываясь. Убедившись, что неизвестные обезврежены, Руслан привычно перезарядил револьвер и отправился досыпать. Пленников и без него допросят.
Проснулся парень от солнечного луча, светившего ему прямо в глаз. Зевнув и сладко потянувшись, Шатун не спеша поднялся и, не одеваясь, отправился умываться.
Приведя себя в порядок, Руслан спустился в столовую и, получив от Матвеевны свой завтрак, поинтересовался, прихлебывая крепкий чай:
– А что там с теми двумя, что во двор под утро влезли?
– Ой, не поверите, ваше сиятельство, – всплеснула женщина руками. – Каторжные ограбить решили. Хватило ума в офицерский дом влезть.
– Что, просто каторжные? – удивился Руслан.
– Они, окаянные, – закивала Матвеевна. – С этапу бежали и сюда подались. У нас-то каторжников отродясь не бывало. Их ведь завсегда в Сибирь шлют. А эти к нам полезли. Своих бандитов словно мало.
– Полиции их уже сдали? – на всякий случай уточнил Руслан.
– Так с рассветом и сдали, – заверила женщина. – Его сиятельство, Михаил Сергеевич лично околоточному их сбыл.
– Ну и ладно, – отмахнулся Шатун.
– Руслан Владимирович, это выходит вы их так? – не сдержала любопытства Матвеевна.
– Как? – не понял Шатун.
– Ну, подстрелили.
– Угу. Дождь начался, я от грома и проснулся. Решил окно закрыть. Смотрю, а они от забора к дому бегут. Ну, я и подранил их, на всякий случай.
– А чего ж насмерть не стрелили?
«Добрая тетушка», – усмехнулся Руслан про себя.
– Подумал, что это, может, кто Михаила Сергеевича по службе побеспокоить решил, – ответил он, пожимая плечами. – Сами знаете, служба у него непростая.
– Это уж точно, – закивала Матвеевна, приосанившись.
Вошедший в столовую вестовой из казаков лихо откозырял Руслану и, вежливо поклонившись Матвеевне, доложил:
– Ваше благородие, господин штабс-капитан велели передать, что для ваших дел кислоту привезли. И этот, как его, спиритус.
– Где выгрузили? – тут же подскочил Руслан.
– Так на склад наш.
– Знаешь, где телегу взять? – быстро спросил Шатун.
– Так у нас и возьмем, ежели надо.
– Тогда езжай обратно и прикажи телегу запрячь. Все привезенное сюда, на подворье пусть везут.
– Сделаем, ваше благородие, – кивнул казак и, развернувшись, широким шагом вышел.
– Матвеевна, – повернулся Руслан к женщине. – В каком из сараев меньше всего народу бывает? Мне особые жидкости сохранить надо так, чтобы ни одна живая душа к ним не сунулась. Опасно это.
– Это чем же? – моментально насторожилась женщина.
– Обжечься сильно можно.
– Тогда это в дальнюю сараюшку надо, – чуть подумав, решительно заявила Матвеевна. – Мы там старье всякое держим. Туда окромя меня и не ходит никто.
– А он запирается? – уточнил Руслан.
– Имеется у меня замок. Надо, так запрем.
– Надо, Матвеевна. Так что, как казаки бутыли привезут, вели их сразу в сараюшку и на запор. Уговор?
– Добре, ваше сиятельство, сделаю, – решительно кивнула женщина.
Руслан только благодарно кивнул в ответ. Если уж этот пучок энергии обещала что-то сделать, значит, сделает. Матвеевна контролировала весь дом и держала прислугу в ежовых рукавицах. Ее даже казаки побаивались, уж очень решительная она была женщина. Покончив с завтраком, Руслан выскочил во двор и, подозвав сидевшего на завалинке следопыта, спросил:
– Есть где рядом с городом сарай или дом какой старый, но каменный?
– А чего не в городе? – удивился казак.
– Дело у меня будет опасное. Ошибусь, рванет так, что мало никому не покажется. Не хочу греха на душу брать, – напустил Руслан туману.
 
– Имеется один, – подумав, не очень уверенно начал казак. – Сарай старый, из камня речного сложенный. Только там теперь ни окон, ни дверей не осталось, да и крыша уже худая.
– А хозяин кто? – быстро спросил Руслан.
– А нет хозяина, – развел казак руками. – Убили.
– И с кем тогда договариваться, чтобы сарай этот занять?
– Не знаю. Вы с господином штабс-капитаном погуторьте.
– Тоже верно. Добре, седлай коней, – решительно приказал Руслан. – Поедем сарай тот смотреть. Если подойдет, сразу к графу отправимся. Договариваться.
– Сей момент спроворю, – быстро кивнул казак и метнулся к конюшне.
Спустя десять минут они верхами короткой рысью двигались к окраине города. Выехав за заставу, следопыт свернул вправо и, углубившись немного в лес, вывел Руслана на широкую поляну, посреди которой стоял большой каменный сарай. Крыша у него и вправду прохудилась и заметно провисла. Спрыгнув с коня, Руслан обошел здание и, заглянув внутрь, задумчиво почесал в затылке.
По удаленности от жилья и прочности стен сарай подходил прекрасно. Но тут требовалось делать капитальный ремонт. Перестилать полы, менять крышу и вставлять окна с дверьми. К тому же еще требовалось поставить в самом сарае небольшую печку, и обнести всю эту роскошь забором. Кто это будет делать и во сколько это все встанет, Шатун и понятия не имел.
– Ну как? – осторожно поинтересовался казак.
– Сам сарай словно под меня и сделан. Но его ремонтировать надо. А вот кто это делать будет, ума не приложу, – честно признался Руслан.
– Так то невелика беда, – хмыкнул следопыт. – Есть у меня артель знакомая, добре делают. Могу сговориться.
– Спроси, во сколько встанет, – подумав, кивнул Руслан. – А пока поехали к графу. Будем выяснять, чей сарай и как его к рукам прибрать.
– Так говорил же, убили хозяина, – хмыкнул следопыт.
– Горцы?
– Да бог его знает. Может, и горцы. Бают, он с контрабандой дело имел. Однажды кинулись его искать, а он у сарая своего простреленный лежит, а вокруг вся земля перекопана.
– Давно это было?
– Два года уж.
– И что, никто на наследство не претендовал?
– Чего?
– Детей у него, говорю, не было?
– А, нет. Бобылем жил. Он этот сарай сам и построил. А жил в городе. Туда только товар возил. Помню, смеялись над ним. Мол, горцы прознают, ночью все вывезут, а ты и знать не будешь. А он только усмехается. Ко мне, говорит, ни один даже самый глупый горец не сунется.
– Странно это все, – задумчиво проворчал Руслан.
Но в сложившейся ситуации это был самый удобный вариант. Крепкий сарай, в удалении от любого жилья. Нитроглицерин штука опасная, от любого резкого движения взорваться может. Так что искать подобное здание в черте города – означает подвергать жителей опасности.
Всадники въехали в город и направились в центр. Где именно находится служба контрразведки, Руслан так и не выяснил. Его почему-то старательно держали в стороне от общения с другими сослуживцами.
Впрочем, Руслан отлично понимал, почему и для чего это делается. Как ни старался он походить на местных жителей, но все равно отличался от них, как ворон от павлина. Рязанов был абсолютно прав, говоря, что опознать в нем иностранца проще простого. Слишком неправильно он строил фразы, произносил некоторые слова, да и вообще держался. Все это ему еще предстояло изучить и принять на вооружение. Но в данном случае время было дорого.
Но доехать до нужного здания им было не дано. Из-за поворота выкатила пролетка, и Руслан чуть в голос не застонал, увидев графиню, с которой его так сильно хотел познакомить штабс-капитан. Едва увидев его, графиня Ухтомская что-то скомандовала кучеру, и тот направил пролетку прямо к всадникам. Следопыт, моментально сообразив, что у господ состоится сейчас серьезный разговор, не спеша отъехал в сторону и остановился, готовясь к долгому ожиданию.