Шатун

– А вам это не нравится? – с интересом спросил Руслан.
– Откровенно говоря, мне это в делах мешает, – чуть поморщился Рязанов. – А вызывать солдат из центральных губерний долго и бессмысленно. Вот вы их рубаками назвали, а ведь ежели сравнить этих башибузуков с той же гвардией, то и не знаешь, на кого ставить. Вы что-нибудь знаете о том, какие испытания их молодежь выдерживает, чтобы стать реестровыми казаками?
– Знаю, – спокойно кивнул Руслан, про себя подумав: «Это ты, мил друг, еще не слышал, какие экзамены в нашем времени бойцы сдают».
– Занятно, – оживился штабс-капитан. – И многое из такого вам известно?
– Очень. Как я уже говорил, по местным меркам я командир взвода пластунов. И уж поверьте, далеко не всякий пластун из знакомых вам сможет противостоять мне.
– Ну да, ну да, – задумчиво кивнул штабс-капитан. – В вашем умении владеть белым оружием я уже убедился.
– Не совсем так, – качнул Руслан головой. – В рубке я вашим казакам уступлю. Нас другому учили. А вот что касается ножевого боя, да драки на кулаках, вот тут я всем вашим бойцам могу фору дать.
– А стрельба? – тут же последовал вопрос.
– А вот со стрельбой все сложно. Оружие у нас другое. Совсем. Так что, чует мое сердце, что придется мне привыкать к вашим грохоталкам. Ну, или что-то переделывать так, чтобы было ближе к привычному мне.
– А это так сложно? – быстро спросил штабс-капитан.
– Сложно, – решительно кивнул Руслан. – И тут беда не в том, что вы дурнее или неграмотнее. Нет. Вся беда государства в том, что промышленность тут почти не развивается. Вы же сырьем торгуете. Если сталь, то в слитках, если воск, то бочонками. А если хлеб, то зерном. А сами и не пытаетесь все это перерабатывать. Не хотите своими товарами торговать. Отдаете сырье, а потом из него же сделанные товары втридорога за границей закупаете.
– И не поспоришь, – снова скривился Рязанов. – И что вам нужно, чтобы подходящее вам оружие сделать?
– Ну, кое-какое железо я трофеями взял. Сейчас поедим, и пойду их разбирать. Отберу то, что переделать можно, и подумаю. А нужен мне будет толковый литейщик и хороший кузнец и механик. Тут еще кое-что пересчитать надо будет. Вы же только дымным порохом пользуетесь.
– А что, еще какой-то бывает? – подобрался штабс-капитан.
– Можно сделать. Но производство это весьма опасно. Одна искра, и взрыв будет такой, что полгорода снести может. Утрирую, конечно, но там все серьезно, – быстро добавил Руслан, сообразив, что перегибает палку.
– И что требуется для изготовления нужного вам пороха? – тут же последовал очередной вопрос.
– Очищенный хлопок, спирт и кислота, – пожав плечами, перечислил Шатун.
– Шутить изволите? – посуровел Рязанов. – И что там будет вспыхивать?
– И не собирался, – качнул Руслан головой. – А вспыхивать будет то, что получится из хлопка после обработки его кислотой и спиртом. Уж поверьте, самый первый бездымный порох именно так и был сделан.
– Удивительно, – качнул штабс-капитан головой. Их беседу прервал половой, подавший тарелки с наваристыми щами и плетеную корзинку с ноздреватым свежим хлебом. Отложив обсуждение дальнейших дел, собеседники взялись за ложки, отдавая должное искусству местной стряпухи. Следом за щами на столе появился заяц, тушенный в сметане, и миска местных солений, от которых во рту разгорался пожар. Наевшись до сонной одури, Руслан откинулся на стену трактира и, обведя зал ленивым взглядом, проворчал:
– Удивительно, но продукты тут очень вкусные.
– Обычные, – пожал штабс-капитан плечами, отодвигая пустую тарелку.
– Для вас, но не для меня. Уж поверьте, мне есть с чем сравнивать, – вздохнул Руслан, припоминая список всяких нитратов и нитритов в колбасе.
– Ну, уже что-то хорошее для вас, – улыбнулся в ответ Рязанов.
– Пожалуй, – кивнул Руслан, поднимаясь. – Если позволите, то чаю у себя в комнате попью. Заодно и оружие трофейное разберу.
– Конечно, – быстро кивнул офицер. – Я зайду к вам чуть позже, если позволите.
– Извольте. Спать я пока не собираюсь, – кивнул в ответ Руслан, направляясь к лестнице, ведущей на второй этаж.
 
Но вернуться в свою комнату парень не успел. Сидевшая за длинным столом крепко подгулявшая компания принялась о чем-то спорить, и одному из спорщиков оппонент крепко дал в рыло, отшвырнув прямиком на Шатуна. Перехватив летящее на него тело, Руслан утвердил его на ногах и, иронично хмыкнув, посоветовал:
– Аккуратнее надо быть, любезный.
– Да ты хто такой, морда?! – взвыл ударенный и, от души размахнувшись, попытался врезать ему в челюсть.
Ловко пригнувшись, Руслан пропустил удар над головой и, разгибаясь, всадил кулак в пьяную рожу. По всем правилам, от бедра. Бедолагу аж подкинуло. Грохнувшись на пол, пьяный буян раскинул конечности в разные стороны и резко прикинулся половиком, потеряв сознание.
– Братцы, наших бьют!!! – раздался вопль, и в следующую минуту на Руслана нахлынула лавина из шести тел, старательно размахивавших кулаками.
Стремительно метнувшись в сторону, Шатун парой десятков ударов раскидал эту толпу и, оглядев стонущие тела, презрительно фыркнул:
– Не умеете пить, дерьмо через тряпочку сосите.
Эти слова были встречены громким, одобрительным смехом. Рязанов и вскочившие из-за своего стола казаки не успели даже по паре шагов сделать, как все было кончено.
– Однако ловок ты, ваше благородие. Шестерых угомонил и не запыхался, – одобрительно высказался обладатель могучего баса. – Любо.
– Любо! – дружно поддержали его казаки.
– И правда лихо, – присоединился к ним Рязанов.
– Думаю, теперь вы понимаете, о чем я говорил, – пожал Руслан плечами.
Вернувшись в свою комнату, он развязал тюки с оружием и взялся за осмотр. Из всей кучи доставшегося ему железа Шатун отложил только пару капсюльных револьверов, богато украшенный по ложу и прикладу штуцер и пять кинжалов с характерным узором на клинках. Настоящую сталь ни с чем не перепутаешь. Все трофейные сабли оказались из слабого железа. Увязав все отложенное в отдельную вязку, Руслан, чуть подумав, принялся чистить остальное. Благо масло и ветошь нашлись.
За этим занятием его и застали казаки, вежливо постучавшиеся в двери комнаты. Увидев, чем он занят, опытные бойцы в очередной раз переглянулись и, одобрительно покивав, чинно расселись, кто где сумел пристроиться. Пара самых молодых казаков уселись прямо на пол, сложив ноги по-турецки.
– Выбирайте, кому что глянется, – предложил Руслан, указывая ладонью на оружие. – Хотя, по чести сказать, тут и смотреть особо не на что.
– Не скажи, ваше благородие, – ответил обладатель баса, вертя в руках ружье. – Вот у этого, к слову, и ствол не сильно изношенный, и отверстие для капсюля не сильно горелое. Послужит еще ружьишко. Новое червонец бы точно стоило. А так шесть рублей смело просить можно.
– Ну, шесть так шесть, – отмахнулся Руслан, заканчивая вычищать очередной ствол и берясь за следующий. – Ты их все осмотри и цену скажи. А дальше видно будет. Что осмотришь, вон, на столе раскладывай.
– Добре, – кивнул казак и принялся деловито оценивать предложенные трофеи. – Ваше благородие, а чего ты их чистить-то взялся? – спросил он, не удержавшись.
– Так раньше некогда было, – пожал Руслан плечами. – А оружие без ухода продавать, себя не уважать.
– Любо, – дружно отозвались казаки.
В итоге, после долгих споров и осмотра оружия, у Руслана разобрали почти весь огнестрел. Казаки все были семейными и готовились отправлять сыновей в полевые лагеря, где их будут обучать премудростям казачьей службы. Так что толковое оружие им было просто необходимо.
* * *
– Ох, и ловок ты, благородие, – восхищенно протянул пожилой казак, попыхивая небольшой трубочкой. – Это где ж такому учат?
– Нашлись добрые люди, научили, – хмыкнул в ответ Руслан, выдергивая из полена все, что с таким старанием в него вбивал.
А выдергивать было что. Тут и длинный, миллиметров в сто пятьдесят, кованый гвоздь, и старый серп, и небольшой плотницкий топор, и пара ножей, и даже лопата без черенка. И все это он, согласно правилам, всадил в полено диаметром примерно в двести миллиметров, лежавшее на поленнице дров. Такие тренировки он начал практиковать ежедневно с того дня, как кавалькада въехала в Пятигорск, и коляска остановилась на подворье дома, где и проживал штабс-капитан Рязанов.