Хозяйка дома у озера (СИ)

Как назло, среди гостей оказался именно он. Хотя, влюбленная в графа Даниэла умудрилась унизить с десяток женихов знатного происхождения. И зачем, спрашивается, она это сделала? Неужели нельзя было просто отказать им и все? Зачем она втоптала в грязь их достоинство и честь?! Но, бесспорно, больше всех досталось Гарольду I…
И теперь этот молодой король, которого все уважительно называли Волкодавом, находился со мной под одной крышей! Лучше бы сюда приехал сам дьявол, но только не он!..
Я терла огромные сковородки какой-то непонятной смесью на основе древесной золы, от которой у меня нещадно щипало пальцы, и вспоминала лицо Гарольда.
И как только у Даниэлы язык повернулся сказать ему, что он не вышел лицом для такой красавицы как она?! Инфанта тогда совсем что ли ничего не соображала?! Ведь он настолько хорош собой, что только слепой мог этого не заметить!
Причем, я успела рассмотреть и то, что его лицо так и не изменилось. Оно у него не превратилось в страшную звероподобную маску, как то случилось с некоторыми в зале.
Но я понятия не имела, что это обозначало, и почему у некоторых гостей неожиданно менялись лица. Особенно это было заметно, когда те начинали разговаривать. Они подходили к Гарольду, мило ему улыбались и… на лице благородного на вид кортеса вдруг появлялся хищный оскал. Но молодой король, видимо, этого не замечал, поэтому в ответ он лишь улыбался и качал головой…
Страшная догадка полоснула мне мозг. Я быстро вытерла руки о фартук и подошла к пожилой посудомойщице.
Та, в отличие от меня, занималась более ответственной работой — мыла дорогую фарфоровую посуду. Наверное, поэтому она посматривала на меня свысока и делала вид, что меня здесь нет.
— Уважаемая, я в Итее совсем недавно, и мне бы очень хотелось увидеть вашего короля… — начинаю я издалека. Про остальное я вообще молчу, потому что если я спрошу у неё его имя, то она точно примет меня за сумасшедшую.
— Кто ж тебя к нему пустит?! Вот если бы ты разносила кортесам еду… Говорят, сюда пожаловал сам король! — отвечает та, снисходительно на меня посматривая. — Но если ты управишься здесь раньше времени, то сумеешь подсмотреть за кортесами в замочную скважину. Там есть небольшая дверь для прислуги.
— А как я его узнаю?
— Гарольда трудно с кем-то спутать. Как увидишь статного красавца, от которого твое сердечко забьется сильнее, то это точно будет наш король.
От знакомого имени мое сердце не то чтобы забилось сильнее, да оно у меня чуть не остановилась от ужаса!
Но ведь знала же, чувствовала, что королем Итеи окажется именно он, но все равно не была к этому готова. Я просто не могла переварить эту новость, поэтому стояла и смотрела сейчас на женщину так, что та молча перекрестилась и вернулась к своим тарелкам.
Я же принялась с каким-то остервенением драить жаровни, словно это они были повинны во всех моих бедах. Отчего вскоре почувствовала в руках обжигающую боль…
Я с удивлением смотрю на свои пальцы и вижу, что мои костяшки стерты в кровь. А это странное средство, которое мне выдали для чистки жаровен, разъедает мои ладони с таким же успехом, как и застарелый жир.
— Откуда ты такая взялась? Ты что, никогда посуды в своей жизни не мыла?! — с возмущением спрашивает у меня пожилая работница, разглядывая мои руки. Я же молчу, с трудом проглатывая в себе обиду.
Не могла же я ей сказать, что никогда не была белоручкой, и что на кухне у меня всегда все блестело от чистоты. Правда, кастрюли я всегда чистила в резиновых перчатках, а тарелки мыла средством для мытья посуды с алое вера…
— Где эта неумеха?! — раздается вдруг из коридора раздражительный голос экономки. После чего появляется она сама, и мне хватает одного только взгляда на неё, чтобы испытать новый шок.
Бог мой, разве к этому можно привыкнуть? Почему у неё опять такое лицо?!
— Кортеса Виолетта, девушка очень старается. Ей совсем немного осталось, — неожиданно хорошо отзывается обо мне пожилая посудомойщица, чего я от неё совсем не ожидала.
Но экономка, будто её не слыша, подлетает ко мне и смотрит на меня своими маленькими поросячьими глазками.
 
— Снимай фартук и иди за мной! Ты будешь прислуживать в зале… одна неуклюжая служанка умудрилась оступиться! Теперь она даже на ногу встать не может, поэтому её заменишь ты. И только попробуй что-нибудь уронить, я с тебя тогда кожу живьем спущу! Ведь сегодня мы принимаем самого короля!!
Не успела я опомниться, как экономка крутанулась на каблуках и быстро пошла к двери. Я же сделала за ней пару шагов и в ужасе остановилась.
Нет, нет, только не это!! Мне туда никак нельзя, ведь он же меня сразу узнает!
Но пожилая работница расценила мое замешательство как ступор от радости. Наверное, поэтому она подтолкнула меня вперед со словами:
— Что стоишь столбом?! Счастливая ты… не успела появиться, как уже будешь прислуживать самому королю!
Неожиданно она толкает меня в спину так, что я пулей лечу вслед за экономкой, обливаясь холодным потом. Ведь только сейчас до меня доходит, что мой палач неспроста привез меня именно в Итею.
Неужели все это ради того, чтобы меня наказать? Но ему-то какое дело до этого Гарольда?.. И тут меня снова осеняет, и я с предельной ясностью понимаю, что палач всего лишь выполняет чей-то приказ, и я даже догадываюсь чей…
От этой догадки мне и вовсе становится плохо. Настолько, что у меня заплетаются ноги, и я готова умереть прямо сейчас, лишь бы не идти навстречу своему позору.
— Такое хорошенькое личико и такое неуклюжее тело! А что у тебя с пальцами?! Это же кошмар какой-то! — причитает экономка, и я сразу же прячу свои израненные руки за спину. Затем она бросает мне белые перчатки, и я с трудом их натягиваю на дрожащие пальцы. — Имей в виду, кортесы любят, когда им улыбаются… — поучает она меня, выбирая сервированный поднос. — Смотри, ты должна выполнять каждую их прихоть… После таких приемов некоторые счастливицы сразу же становятся содержанками знатных кортесов.
— Что?! — выдыхаю я, не веря своим ушам. — Вообще-то, у меня есть муж!
— И что из этого? Муж тебе только спасибо скажет, ему таких денег за всю жизнь не заработать!
Окончательно раздавленная такими возможностями, я с опаской беру поднос с фруктами и подымаю его так, как мне показывает экономка. Ни жива ни мертва от страха, я вхожу в зал и несу блюдо к столу со всевозможными закусками. Но увидев неподалеку от себя Гарольда, я тут же перекладываю поднос в другую руку. И все ради того, чтобы закрыть свое лицо за горой фруктов.
Теперь он меня точно не узнает. Во всяком случае, пока.
Но не успела я сделать и нескольких шагов, как увидела в зале того единственного на свете человека, который мог бы спасти меня от этого кошмара.
Фрейг де Белларди!
Он меня все-таки нашел! Неужели еще немного и я буду вспоминать своё нелепое замужество как страшный сон?!
Гарольд I
  
Глава 15
 
Я ставлю поднос с фруктами на сервированный стол. Мое лицо сейчас ничто не прикрывает, и Гарольд запросто может меня узнать…
Невольно втягиваю голову в плечи, как будто это может меня спасти. Отворачиваюсь от короля и молю Бога, чтобы меня заметил Фрейг. Но ему, кажется, сейчас не до меня. Граф разговаривает с молодой кортессой, и судя по её раскрасневшимся щечкам, они разговаривают совсем не о погоде.
Разве может мужчина, влюбленный в одну девушку, бросать такие взгляды на другую? Неужели граф приехал сюда не для того, чтобы спасти Даниэлу?!
Мое сердце грохочет в ушах так, что я почти ничего не слышу. От волнения меня лихорадит, я иду на ватных ногах между богато одетых людей, ощущая себя среди них нищенкой. Но вскоре я с удивлением понимаю, что до меня здесь никому нет дела. Я для них будто пустое место!
Понятно теперь, почему экономка советовала мне больше улыбаться и всячески обращать на себя внимание…
Я кручу головой и замечаю в зале еще несколько служанок с подносами. Но выглядят они не так как я, и волосы у них почему-то не спрятаны под дурацкий чепец. Вместо этого убожества у них прически. Конечно, не такие шикарные как у кортесс, но локоны так мило обрамляют их красивые девичьи личики… Да и платья у них симпатичные, не то что мое жуткое одеяние. Которое, кстати, мне велел надеть палач.