Танец смерти: контрабандисты и загадочные убийства. Часть 1 (СИ)

— Что, по-твоему, заставило её действовать так? — спросила она, ожидая ответа.
Оливер на мгновение отвёл взгляд, словно ища правильные слова:
— Возможно, Эмма хотела узнать больше о моей расе, поэтому и подружилась со мной. Мне показалось, что она была в отчаяние… — он замолчал, словно слова застряли в его горле.
Елизавета откинулась на спинку стула, взвешивая каждое слово Флейма
— О твоей расе? Не понимаю, зачем ей проходить через такие сложности? Есть же книги.
— Судя по всему, Эмма искала, недоступную для неё информацию. Может быть это моя вина… Я как-то обмолвился…, — сказал он и резко оборвал себя, — хотя… это не важно.
Этот ответ породил новые вопросы. "Что за информацию Эмма могла искать, которой не было в книгах?". Елизавета отчетливо видела, что Флейм винил себя в происшедшем.
— Может быть, это связано с зельями? Ведь Эмма увлекалась зельеварением? — предположила она пытаясь перевести тему.
Оливер удивлённо взглянул на неё.
— Да, это правда. — задумчиво сказал он, — Может быть, она хотела отыскать редкий рецепт или противоядие, и это связанно с нашими духами или оракулами.
— Духами? Или оракулами? Почему ты объединил их в контексте с зельеварением?
Оливер задумался:
— Домашние духи имеют особое значение для нашей культуры. Они — символ связи между прошлым и настоящим, хранители мудрости и наследия наших предков.
— И как в эту картину вписываются оракулы? — пыталась понять Елизавета.
— Оракулы — это мудрейшие существа, обладающие даром проникновения в тайны Вселенной. Они служат мостом между человеческим миром и загадочным миром духов. Посредством оракулов мы можем узнать глубокие истины или получить ответы на непостижимые вопросы.
Елизавета, погрузившись в размышления, произнесла:
— Получается, что домашние духи хранят знания и мудрость, а оракулы помогают вам их интерпретировать на более глубоком уровне.
Оливер улыбнулся в ответ:
— Точно так. Точно так. Они дополняют друг друга, помогая нам сохранить связь с прошлым и лучше осознавать настоящее.
— Тогда мне стоит не просто узнать какой именно рецепт или метод могла искать Эмма. Нужно понять, что действительно она хотела найти, — решительно заключила Елизавета.
— Я бы порекомендовал вам поговорить с Викторией. Она глубоко погружена в изучение магических трактатов. На первом курсе академии она и Эмма соперничали за звание лучшего ученика.
— О… Лилиан говорила мне о ней. Именно она отправила меня к тебе, — заметила Елизавета. — Спасибо за рекомендацию.
— Я надеюсь, вы понимаете важность сохранения нашего разговора в тайне?
С серьезным выражением лица Елизавета кивнула:
— Ты можешь доверять мне. Где я могу найти Викторию сегодня?
— Она, возможно, в саду академии или в лаборатории. Советую поговорить с другими студентами или преподавателями. Они могут знать больше.
Елизавета благодарно кивнула.
— Оливер, спасибо за всё, что ты сделал для меня.
Он слегка наклонил голову в знак уважения.
— Не за что. Мне всегда нравился ваш брат, — ответил Флейм с умиротворенной мудростью в глазах. — Учитывая вашу решимость, я уверен, вы найдете способ помочь ему.
Он взял со старого деревянного стеллажа мрачный, обшарпанный фолиант, обложка которого была украшена неизвестными символами, и передал его Елизавете.
— Эта книга может вам пригодиться. Но будьте осторожны. Некоторые знания могут оказаться опасными.
Елизавета опустила взгляд на вещь в своих руках. Она осознавала, что впереди её ждёт непростое задание, но была готова узнать истину. От этого зависела судьба Алекса. Взяв старинный фолиант, она покинула комнату, молча обещая себе вернуться и встретиться с Оливером еще раз. Её шаги тихо скрипели на деревянном полу.
  
Глава 25. Скрытые Истины
 
 
"Мы склонны судить о других по их поведению и о себе по своим намерениям."
 
С мягким щелчком дверь приоткрылась, и Елизавета вошла в закрытую зону библиотеки. Пространство вокруг казалось отдельной вселенной. Ароматы магических трав смешивались с запахом старой, пергаментной бумаги, создавая особенную атмосферу. Книги и старинные артефакты, лежали на полках за защитными стеклами.
 
В центре, за массивным столом, в лучах света из окна, сидела девушка, погруженная в чтение. Густые, темные волосы были собраны в аккуратный хвост. Миниатюрные серебряные серьги и безупречный маникюр нежно-розового оттенка подчеркивали ее естественную красоту. Она была так поглощена чтением, что не заметила прихода Елизаветы.
— Добрый день, вы леди Виктория Лакруа? — тихо спросила Лиза, нарушая идеальную тишину комнаты.
Девушка вздрогнула, подняв взгляд от книги. Удивление в её зеленых глазах сменилось интересом.
— Прошу прощения, я вас не услышала. Да, это я. Чем могу помочь? — её голос был спокоен, но взгляд оставался настороженным. — Присаживайтесь.
— Меня зовут Элизабет Блэквуд, — ответила Лиза, пытаясь сохранить спокойствие.
Виктория кивнула, словно приглашая её продолжить.
— Мне хотелось бы задать несколько вопросов о смерти Эммы, — мягко сказала Елизавета.
Лицо леди Лакруа слегка изменилось, однако она продолжила вести себя сдержанно, словно ничего не произошло.
— Невероятно грустная новость, — едва слышно произнесла она, отводя взгляд, словно пытаясь избавиться от внезапно нахлынувших воспоминаний.
— Виктория, — начала Елизавета, — я слышала, что между вами и Эммой были непростые отношения. Вы с ней соперничали.
Леди Лакруа взглянула на неё, сложив руки на коленях.
— Эмма всегда была талантливой и умной, — начала она, вздохнув. — Мы соперничали с момента поступления в академию. Сначала это было похоже на дружественное соревнование, но мы не переходили грань. Позже… со временем что-то изменилось.
— Вы чувствовали к ней агрессию или неприязнь? — уточнила Елизавета, пронзительно смотря ей в глаза.
Виктория задумалась.
— Иногда, возможно, — признала она, слегка покраснев. — Но я уважала её и никогда не позволила бы своим чувствам взять верх.
Елизавета кивнула, ценя её честность. Она хотела понять, что привело к такому резкому изменению в отношениях между девушками. Понимая, что каждая мелочь могла привести к правде, которая поможет ей спасти брата.
— Вы могли бы рассказать, из-за чего соперничество стало враждой? — Вероятно, из-за амбиций Эммы, — задумавшись, сказала леди Лакруа. — Её агрессивность стала беспокоить и раздражать меня, поэтому я старалась держаться от неё подальше.
— У вас были отношения с моим братом Алексом? — задала неожиданный вопрос Елизавета, следуя своему плану.
— Алекс и я были близки. Я всегда уважала вашего брата поэтому, хочу помочь вам. — А у Эммы тоже были чувства к Алексу. Это повлияло на ваше отношение с ней?
— Да…, Эмма… Эмма не смогла понять моих чувств к нему, — голос её немного дрогнул. — Возможно, это стало началом нашего соперничества.
Елизавета почувствовала горечь в её голосе, но продолжила:
— Виктория, расскажите мне больше о вашем отношении с Алексом и Эммой.
— Спрашивайте, — спокойно ответила Виктория, но в её взгляде промелькнуло беспокойство.
Елизавета осознала, что, когда речь идет о близких, сложно сохранять самообладание. Она глубоко вздохнула и задала вопрос.
— Виктория, не могла ли Эмма использовать зелье на моём брате? Чтобы отдалить его от вас и привлечь к себе?
Цвет лица леди Лакруа стал бледнее.
— Я слышала, что Эмма занималась любовными зельями. Лилиан тоже упоминала об этом… Но про Алекса мне ничего не известно.
Елизавета внимательно посмотрела на неё.
— Существует ли вероятность, что Алекс мог подвергнуться воздействию её зелья?
Виктория на мгновение задумалась.
— Не могу сказать наверняка, но, учитывая все, что происходило вокруг Эммы, я бы не исключила такого.