Запретная любовь (ЛП)

Правой рукой Грейсон скользит к основанию моей шеи, и с моих губ срывается легкий вздох. Спина изгибается, будто живет своей жизнью, а я сминаю простыни. Грейсон коварно улыбается, сжимая мою шею крепче. Между ног влага буквально разливается, и я начинаю цепляться за его руку. Мне нужно больше. Эту сторону себя я не знала. Грейсон ослабляет хватку, и я не могу сдержать разочарования.
— Интересно, — говорит он.
Врывается в меня своим стволом, я хватаю его за зад, побуждая проникнуть глубже. Он хотел, чтобы я сексуально раскрепостилась, вот она я.
— Пожалуйста, не останавливайся, — умоляю я.
— Ни в коем случае, любимая. — Потом снова обхватывает руками мою шею, и я начинаю дрожать от желания.
— Пожалуйста, Грейсон. Сделай это. — Мне не нужно объяснять, что «это».
— Малышка, ты должна будешь похлопать по моим рукам, если будет слишком. — Я киваю, соглашаясь, но его это не устраивает. — Нет. Мне нужно, чтобы ты словами сказала, что поняла, — настаивает он.
— Я понимаю. Я похлопаю по твоим рукам, если будет чересчур, — убеждаю я.
Хищный блеск в глазах Грейсона возвращается, а улыбка становится шире. Он сжимает мою шею и яростно трахает меня. Чередует интенсивность нажатия с каждым толчком. Впечатление такое сильное.
Поначалу ощущение от нехватки кислорода — неопределенное, но, прежде чем я начинаю паниковать, Грейсон слегка ослабляет хватку. И, черт возьми, за моими закрытыми глазами начинают танцевать звезды, и меня накрывает ощущение падения. Грейсон продолжает это эротическое удушение и вколачивается в меня до умопомрачения. Чувствую, как зарождается оргазм, я никогда раньше такого не ощущала. Оргазм проносится по мне, и меня накрывает полнейшая эйфория. Грейсон кончает, и мы вместе раскачиваемся на этих волнах. Не знаю, что, черт возьми, это было, и меня пугают последствия. Не могу поверить, что попросила Грейсона душить меня. Кто этот человек, которым я становлюсь? Мне так стыдно. Когда Грейсон выходит из меня, я поворачиваюсь на бок спиной к нему.
— Это было просто охрененно сногсшибательно, любимая. — Грейсон заставляет меня повернуться к нему лицом. — Не прячься от меня. Ты исследуешь свою сексуальность, и все. Узнаешь, что заводит тебя. Если тебе нравятся игры с дыханием, все в порядке. Я прослежу, чтобы ты была в безопасности.
— Что, черт возьми, такое — игра с дыханием? Как мне может нравиться что-то такое, если я даже не знаю, что это?
— Игра с дыханием — то, что мы сейчас делали. Это также называется эротическая асфиксия. По факту, модное название для целенаправленного лишения доступа кислорода к мозгу для сексуального возбуждения. Это может быть достаточно опасно, если делать неправильно. Тебя естественным образом тянет к такому типу игры от одного прикосновения моих рук к твоей шее, и в этом ничего страшного. — Грейсон убирает мокрые от пота прилипшие к моему лицу волосы.
— Ха. Ты не сказал, что это абсолютно нормально. Ты считаешь меня чокнутой. Кто, черт побери, в здравом уме согласится, чтобы его душили? — Из сексуально неопытной, за время наших отношений, я превратилась в порочно сексуальную.
— К черту нормальность, малышка. Мы сами создаем нормальное для себя, а остальное неважно. Мне нравится, что ты достаточно мне доверяешь, чтобы быть сексуально свободной. Я не дам тебе упасть. Никогда.
Его обещание защищать меня греет мне сердце, но в то же время пугает его опыт в этой области.
— Грейсон? Как так вышло, что ты так уверен в этих играх с дыханием?
Улыбка пропадает с его лица в то же мгновение. На мгновение он смотрит в сторону, затем поворачивается ко мне лицом. Изучает мою реакцию, аккуратно подбирая слова.
— Шивон, моя сексуальная история — насыщенная, кое-чем я не горжусь. Я экспериментировал с различными видами секса, и у меня исключительный вкус. Мой сексуальный аппетит очевиден, а выносливость пугает. Это мое прошлое и часть нашего будущего. Мои прошлые сексуальные связи никак не влияют на наши отношения, я чист и всегда регулярно проверяюсь. Мне хочется показать свои предпочтения в сексе, но действовать я буду медленно. Сейчас у тебя свое путешествие.
 
Меня слегка беспокоит его признание в своей насыщенной сексуальной истории, но это то, что есть — история. Но этот акт не мешает мне копать глубже.
— Это поэтому твой терапевт считает тебя сексоголиком?
Грейсон садится и притягивает меня себе на колени.
ГЛАВА 10
— Я не какой-то типичный сексоголик, не то, что ты себе представляешь. Мое либидо не влияет на мою работу. У меня нет огромной коллекции порно, и секс не занимает все мои мысли. Эти сексуальные желания ненавязчивые или неконтролируемые. Такое звание мне обеспечили мои гиперсексуальность и подавление эмоций, связанных с проблемой секса. Существуют различные степени сексуальной зависимости, но это все равно зависимость. — Ясно видно, что Грейсону неловко. Он беспокоится, что я могу сбежать. — Я очень тебя люблю, Шивон. И не изменю тебе, не бойся, но не могу обещать, что не испорчу тебя и не познакомлю с разнообразными извращенными способами, — подмигивает он, пытаясь сгладить щекотливую тему, но меня трогает его искренность.
В этот момент понимаю, что с радостью перейду на распутную сторону секса с этим мужчиной.
— Впусти меня, Грейсон. Я хочу узнать эту часть тебя. Хочу всего тебя.
Сияние его лазурных глаз заставляют меня замереть на месте.
— Убедись, что готова к тому, что просишь, любимая, — предупреждает он.
— Я уверена. Никогда не была настолько уверенной ни в чем.
Грейсон начинает медленно целовать меня, и я понимаю, что разговор окончен. Мы переворачиваемся так, что он лежит на спине, а я сижу на нем сверху. Охотно вставляю в себя его член и начинаю размеренно двигаться. Он доводит нас обоих до последнего оргазма, и мы засыпаем от изнеможения.
***
Я резко просыпаюсь от того, что Джордан садится на край моей кровати.
— Вставай моя новоиспечённая подруга-нимфоманка, — хихикает она. — Мне пришлось слушать ваш секс-марафон всю ночь. Святой боже, ну и выдержка у этого парня. Мне даже стало жаль, что Тревор уехал из города в гости к брату. Твои женские местечки должны ужасно болеть после такого.
Я оглядываюсь, но сторона кровати Грейсона пуста. Судя по холодным простыням, он ушел уже давно.
— Джордан, — стону я. Мне не хочется говорить о ночи горячего секса с Грейсоном, хотя она права. Между ног все болит.
— Что? Никогда не слышала, чтобы Лиам доводил тебя до такого. Этот мужчина заставил тебя кричать его имя. Это было охрененно горячо. Я могу лишь представить его в чертовом полотенце, как вода стекает каплями по его прессу из восьми кубиков. Черт, ты счастливица. После такого я бы тоже его простила.
— О. Мой. Бог. Ты невыносима. Смотри на своего мужчину, — смеюсь я.
— Эй, как я могу сдержаться, если у меня есть глаза и уши. Кстати, Грейсон ушел часа два назад. Сказал, что позвонит тебе позже. Он не хотел будить тебя после такой ночи.
— Последнего предложения он не говорил, дурында, — хихикаю я.
— Нет, но это было и так понятно. Вы уснули только около часа ночи.
— Не могу поверить, что ты не спала и проверяла по часам, во сколько мы занимались сексом, — говорю я, качая головой.
— Будто у меня был выбор, — фыркает она. — А теперь о серьезном. Бэйли реально взбесилась, что ты не рассказала ей о своих отношениях с ее братом. Она и на меня злилась, но потом поняла, что не я должна была ее просвещать об этом.
— Ага, она вроде как с катушек слетела вчера на парковке. — Я морщусь от воспоминания.
— Ну, я организовала девичник для нас в пятницу в «Drai’s», чтобы разрулить эту драму. Не могу же я позволить, чтобы моя подруга и лучшая подруженция были на ножах. — Джордан кладет руку на бедро, так она неосознанно делает, когда настроена серьезно.
— У меня с ней никаких проблем нет. Я хочу все исправить. Это она защищает отношения Грейсона с Ванессой.
— Мы дойдем до этого в эту пятницу, — настаивает подруга.