Отблески света (СИ)

– Остановим, не сомневайся, – самоуверенно усмехается Альрайен.
Бесконечный людской поток, огибающий наших фоаров, но после этого сразу снова смыкающийся, наконец начинает истощаться. До сих пор мы не можем даже пошевелиться, не рискуя кого-нибудь задавить, но зато верхом на фоарах мы, в некотором роде, продолжаем оставаться в стороне от сумасшедшей толпы, вернее, над ней.
Дым грязными серо-черными клубами поднимается в воздух, превращая его в едкую отраву, от которой першит в горле и слезятся глаза. С помощью ветра Альрайен отгоняет от нас большую часть удушающего дыма, но как с этим борются сами поджигатели, можно только догадываться.
Подпуская их чуть ближе, мы с Альрайеном, не сговариваясь, почти одновременно атакуем магией. На самом деле, это довольно просто. Рынок пуст, по крайней мере, основная его часть, а сектанты открыто идут по освобожденному от людей ряду, вооруженные лишь факелами. Нам даже не нужно сходиться с ними в ближнем бою, все же магия – великая вещь!
От луча света большинство противников успевает увернуться. Серьезно задевает только одного. Зато ветер застает их врасплох, раскидывая в разные стороны, как бумажные фантики. Несколько факелов при встрече с ветром вспыхивают ярче и плюются искрами, но остальные, вываливаясь из рук сектантов на каменную мостовую, быстро затухают – пламя сбивает слишком сильный порыв ветра.
На этом противники еще не повержены и активно начинают подниматься на ноги, обнажая клинки взамен бесполезных факелов. Я собираюсь повторить атаку светом, но Альрайен меня останавливает, сообщая, что его посетила гениальная идея. Ветер взвывает с новой силой и, закручиваясь вокруг озлобленных сектантов, напускает на них беспросветное едкое облако. Противники скрываются за серыми клубами, невозможно даже различить их силуэтов, но надрывный кашель, который сначала усиливается, а потом резко стихает, свидетельствует, что задумка аллира удается. Когда дым немного рассеивается, больше не сдерживаемый стараниями Альрайена, взору открываются шесть бессознательных тел.
– А теперь пора отсюда уходить, пока нас не постигла та же участь. Я не смогу долго отгонять дым.
– Подождите, я хочу кое-что проверить! – восклицаю я, когда Тэан и Альрайен уже поворачивают фоаров, намереваясь отправить их в противоположную от распространения огня сторону. Поразительно устойчивые к различного рода потрясениям животные все-таки начинают проявлять нетерпение, нервно перебирая лапами и помахивая хвостами. – Не беспокойтесь, это быстро.
Выбираю один из горящих прилавков, тот, который к нам не слишком близко. Запускаю в него лучом света, заранее готовясь к непредсказуемым последствиям. Однако ничего особенного не происходит. Свет проходит сквозь огонь, как самый обыкновенный свет, а не великая и неповторимая сила Хранителя! Я разочарованно взираю на дело своих рук, вновь размышляя, что Тьма мне все-таки нравилась больше. Она могла уберечь от чего угодно, а что же свет? Я ожидала взрыва, фейерверков, затухания пламени, любой другой магической реакции, но никак не полного равнодушия со стороны огня!
– Не знал, что сила Хранителя не способна справиться с обыкновенным огнем, – удивляется Альрайен.
Что ж, придется смириться с этим неприятным открытием. Теперь, по крайней мере, я знаю, что даже укутанной светом в огонь лезть не стоит.
– Возможно, ты просто неправильно используешь свет, – задумчиво предполагает Тэан.
С моих губ едва не срывается признание, что тьма намного лучше какого-то там света, но я вовремя прикусываю язык. Не стоит напоминать Тэану о прелестях Тьмы.
За пределами рынка творится еще большая неразбериха. То здесь, то там вспыхивает огонь. Каменные дома, в отличие от деревянных прилавков, не спешат загораться – горят люди. Среди обезумевшей от страха толпы носятся всадники с факелами, поджигая все и всех, мелькают и пешие сектанты, но здесь их намного меньше, чем всадников на фоарах.
Покидая рынок, я надеялась вдохнуть свежий воздух, однако здесь еще хуже. Хлопья гари кружат вокруг, словно стараясь забиться в легкие. Едкий дым клубится над головами и опускается вниз удушливыми облаками, а запах сгоревшей плоти щекочет ноздри, вызывая волны тошноты. Повсюду слышатся крики – испуганные или полные боли, но их перекрывает знакомый гул голосов. Сектанты, как один одетые в невзрачные черные плащи, читают заклинание, призывая Первозданную Тьму. В отсутствие темной атмосферы подземного зала, странный ритуал теряет часть своей мистичности, но на фоне сгорающих заживо людей выглядит не менее жутко и даже отвратительно.
 
Бросаю взгляд на Тэана. С ужасом понимаю, что Тьма откликается и приходит за душами отданных ей жертв. Но пока Тэан держится, почти хладнокровно сражаясь с ближайшим противником.
Раздумывать некогда. Надеясь, что с Тэаном все будет в порядке, я спешу на помощь женщине, к которой несется клинок одного из всадников. Да, есть и такие, не с факелами – с мечами, безжалостно рассекающими людей.
Женщина неуклюже спотыкается и падает, что совершенно случайно спасает ей жизнь. Второй взмах меча я успеваю остановить, запуская в убийцу сгусток света. Мужчина оказывается неожиданно крепким и даже не теряет равновесия. Лишь со злостью усмехается, подмечая меня в качестве следующей жертвы. С женщиной разобраться он все же не успевает, вынужденный отражать посыпавшиеся на него удары моего меча. Краем глаза отмечаю, что женщина отползает в сторону, и яростно продолжаю наступление.
Неожиданно клинок противника устремляется вниз, намереваясь пронзить шею моего фоара, и почти достигает цели, когда я, разозленная столь нечестным приемом, отвечаю вспышкой света. В одно мгновение магия поглощает человека. Обугленное тело черной, распадающейся на части грудой вываливается из седла ничуть не пострадавшего животного. Ну надо же, как я, оказывается, могу!
Однако отвлекаться не стоит, о чем красноречиво напоминает мелькающий сбоку меч очередного противника. Спасает меня лишь реакция фоара, испуганно рванувшего в сторону. Бедное животное, до сегодняшнего дня на редкость флегматичное, уже потихоньку начинает нервничать, видимо, наконец заподозрив что-то неладное.
К сожалению, сражение в седле не входит в число моих навыков, а потому действовать, сидя на фоаре, крайне неудобно. Создается впечатление, будто теряется значительная доля маневренности и ловкости. Фоар наотрез отказывается приближаться к противнику и даже пятится назад, когда тот сам пытается ко мне подойти. Поняв, что таким образом можно долго играть в догонялки, я запускаю лучом света в сектанта. Очередная смерть от моей руки тоской отзывается в душе и всплеском отвращения ко всему происходящему вокруг.
Передергивая плечами, я оглядываюсь в поисках врагов. Помимо нас троих, с сумасшедшими сектантами сражается местная стража, выделяясь матовыми доспехами на фоне остальных. Сквозь толпу к нам прорывается даже один Красный Ворон.
– Они окружили весь город! – кричит он, обращаясь к Тэану, которого принимает за своего. – Нужно пробить дорогу, чтобы местные могли выбраться отсюда!
Нехорошее предчувствие леденящей волной проходит по всему телу. Окружили город?! Неужели сектанты решили принести в жертву Тьме весь город?!
Однако на раздумья, как обычно, не остается времени. Среди сектантов все же обнаруживаются маги, и теперь все четверо с разных сторон приближаются к нам с Альрайеном, зажимая в кольцо. Похоже, они сами заметили нас среди оказанного нападающим сопротивления и посчитали, что мы можем представлять угрозу их кровожадному плану.
От ближайшего мага ко мне устремляются странные фиолетовые искорки. Они сверкают и вспыхивают звездочками, напоминая маленький фейерверк. Красивое зрелище. Даже как-то жаль его уничтожать, но проверять магию противников в действии на себе не хочется, а потому я растворяю фиолетовые звезды в потоке света. Альрайен, с превосходством ухмыляясь, разбрасывает всех четверых магов ветром, захватывая еще парочку случайно подвернувшихся сектантов.