Отблески света (СИ)

Массивный камень, возвышаясь над землей на несколько метров и протягиваясь насколько хватает глаз в обе стороны от дороги, угнетает и давит.
Как не душно людям находиться за этими стенами, как будто в тюремном заточении? Серые, шершавые, неровные, но крепкие, они вызывают тоску.
Однако удивляться, наверное, не стоит. В средневековье люди часто строили стены вокруг городов, чтобы защититься от диких зверей, которые всегда жили поблизости в лесу, еще не истребленные и не вытесненные обнаглевшим человечеством. Да и в случае нападения соседнего государства так проще держать оборону.
Мы приближаемся к раскрытым воротам, а Тэан с каждым шагом становится все более напряженным. Он внимательно осматривается по сторонам и как будто к чему-то принюхивается, стараясь уловить в воздухе неясный аромат, заметный лишь ему одному.
– Что-то не так? – тихо спрашиваю я, с беспокойством глядя на Тэана. Он переводит на меня отстраненный взгляд, до сих пор находясь в раздумьях и прислушиваясь к собственным чувствам.
– Пока не разобрался… этим веет от города, нужно войти туда.
Возле высоких деревянных ворот стоят стражники в количестве трех штук. Одеты они в массивные серые доспехи, давно утратившие блеск, но не прочность. При виде Тэана стражники быстро переглядываются. Чуть склоняя головы в приветствии, пропускают нас в город без единого вопроса.
Альрайен, надо заметить, все-таки переоделся и теперь облачен во все синее: штаны прежние, а серебристая рубашка сменилась на светло-синюю. Как считает аллир, если нельзя сочетать два цвета, отличающих его в качестве Повелителя Ветров, то пусть останется хотя бы один, но также характерный для клана.
Однако так быстро нас пропускают исключительно благодаря форме Красного Ворона, в которой Тэан выглядит настолько представительно и властно, что вряд ли найдется человек, кто осмелится не то что ему возразить, но и просто обратить на себя внимание и отвлечь от важного дела. Остальных же, тех, кто проходит через ворота перед нами или после нас, стражники останавливают на долгие расспросы.
Уже в городе Тэан с судорожным вздохом замирает посреди дороги. Пугаясь, я резко останавливаюсь рядом с ним и цепляюсь за его предплечье, желая привлечь к себе внимание и вывести из странного оцепенения.
Что может так на него подействовать?!
– Высшие… наглые интриганы, – цедит Тэан сквозь зубы, не глядя на меня. – Манипуляторы!
Расслышав в этом восклицании яростные нотки, я сжимаю руку Тэана сильнее и тяну на себя:
– Что случилось?!
Он переводит ошеломленный взгляд на меня. Наконец приходит в себя и быстро говорит:
– Все объясню потом. Нужно найти какую-нибудь гостиницу.
На первый взгляд в городе нет ничего странного. Довольно опрятные, вымощенные каменной брусчаткой улицы, немного кривоватые, но для средневековья вполне приемлемые. Серые дома, высота которых не превышает двух-трех этажей, разбросаны в беспорядке, совершенно не соблюдая никаких стандартов в расстоянии между собой. Порою дома прилегают настолько близко друг к другу, что невозможно протиснуться в узкие улочки даже ребенку, зато местами образуются пустые пространства, где толпятся люди. Неподалеку от входа в город их особенно много, каждый норовит что-нибудь предложить, расхвалить и продать тем, кто только прибыл сюда. Чем-то неуловимо эти люди напоминают мне старушек на привокзальной площади.
Горожане не выглядят особо обеспеченными, но по мере нашего продвижения вглубь обстановка постепенно меняется. Если сначала нас встречают люди в грубой мешковатой одежде неопределенной формы какого-то грязного цвета, то ближе к центру и дома аккуратней, и горожане определенно более зажиточные. В одеждах из качественных тканей появляются яркие цвета и приятные силуэты, что частично избавляет от ощущения глухого средневековья. Похоже, все зависит от толщины кошелька. Стоило об этом догадаться и раньше, ведь одежда встреченных нами у входа горожан не идет ни в какое сравнение с формой Красных Воронов, также раздобытой именно в Дэатоне.
 
Временами кажется, будто люди бросают на нас странные взгляды, но стоит, почувствовав один, посмотреть в ответ, как прохожие отворачиваются. А я уже сомневаюсь, не мерещится ли мне. К тому же, не оставляет в покое странное поведение Тэана. Периодически я с тревогой посматриваю на его непроницаемое лицо.
Пряча глаза, нам уступают дорогу даже те, кто явно из местной знати. Но в спину вновь неизменно упираются эти взгляды, вызывая желание передернуть плечами. Тэан же целеустремленно идет вперед, ни на кого не обращая внимания.
Альрайен расспрашивает, где можно найти гостиницу. Вскоре мы упираемся в невысокое здание, радующее своим видом. Ничего особенного, все тот же серый камень, но аккуратно обработанный, а главное – окна! Своими размерами они не походят на узкие бойницы, как в большинстве домов. Несмотря на то, что до современных окон им далеко, все же они пропускают внутрь комнат достаточно света. При желании сквозь них может выбраться на улицу худой, узкий в плечах человек. Как и наоборот – с улицы проникнуть в дом. Ни стекол, ни слюды, ни прочих аналогичных материалов здесь нет. Потому, наверное, люди предпочитают окнам подобие замковых бойниц, которые служат гарантом безопасности хозяев.
Почему в гостинице окна – действительно окна, я вскоре узнаю. Все-таки Дэатон – магический мир. С помощью магии как раз и соблюдается безопасность. Отдавая ключи от номера, хозяин гостиницы уверяет, что ни один грабитель не заберется внутрь.
Обстановка общей комнаты оставляет желать лучшего, но на данный момент меня мало волнует. Бросая на пол сумки, мы закрываем на ключ входную дверь. Я поворачиваюсь к Тэану, намереваясь наконец разобраться, что же все-таки произошло.
– Я пока точно не знаю, – произносит Тэан, замечая вопрошающий, полный нетерпения взгляд. – В некоторых местах города, как например, у ворот… – немного помедлив, он в растерянности опускается на скамью со спинкой заместо дивана, и неуверенно продолжает: – Возникает ощущение присутствия странной силы, похожей на… Тьму.
Произнося последнее слово, Тэан смотрит мне прямо в глаза. Я мгновенно начинаю жалеть, что не додумалась тоже присесть. Кажется, мир переворачивается.
– Тьма? – восклицаю потрясенно. – Но это невозможно! Откуда?!
– Это может быть и не сама Первозданная Тьма, – спешит заметить Тэан. – Темнота в аллирском лабиринте, который ты уничтожила, тоже имела нечто общее с Тьмой, но ею не являлась. То, что я чувствую здесь, намного больше походит на Первозданную Тьму. Но сейчас, находясь в человеческом теле, к сожалению, я не могу сказать ничего конкретного.
– Ясно одно – здесь творится что-то неладное, – заключает Альрайен, который все это время стоит возле входной двери, прислоняясь к ней спиной. – Сила, похожая на Тьму, не появляется просто так. Этому должны предшествовать некоторые события.
Слова Альрайена заставляют задуматься. Да, действительно, вспомнить хотя бы даже рассказы Тэана, как души проваливаются во тьму. Умирая неестественной смертью, в муках, люди испытывают ненависть и проклинают весь мир, тем самым толкая себя во Тьму. Она ведь всегда откликается на зов и потому приходит за ними, забирает их к себе.
Или храм, встреченный нами во время путешествия по Аль’ерхану. Тот храм был создан с единственной целью – чтобы достучаться до Первозданной Тьмы, а для этого принесли множество жертв. Смерть, убийства, страдания – вот что должно предшествовать появлению Тьмы, пусть только по той причине, что сами люди считают, будто так оно и есть, будто Первозданная Тьма откликается лишь на подобные эмоции, хотя на самом деле это далеко не так. Мне ли не знать, мне ли не помнить дивных мест в мире Тэана, наполненных спокойствием и восхитительной красотой. А впрочем, я отвлекаюсь…
– Почему ты упоминал Высших? – спрашиваю, вспоминая восклицание Тэана на входе в город.
– Ты уже представила, что здесь может твориться, – говорит Тэан, внимательно наблюдая за мной. Все размышления наверняка легко читаются по моему лицу, по крайней мере, для него. – Если все действительно серьезно, то Высшие могли отправить нас в Дэатон не только за Хранителями, но еще и для того, чтобы мы разобрались в этом.