Девочка сталкера (СИ)

Остальные нападающие замирают и смотрят на главаря.
В этот момент в зал врывается наш охранник на пару с администратором и боевой задор парней, который и так дал слабину из-за того, что главарь находится сейчас в незавидном положении, сразу сходит на нет.
— Полицию вызовите, — подает голос кто-то из посетителей.
— Уже вызвали, быстро всем на пол! — орет охранник, а парни кидаются к выходу.
— Пусти, пусти, задушишь, падла, — продолжает извиваться в захвате незадачливый грабитель в полуметре от меня и так надсадно дышит, что мне становится чуточку его жаль. Лицо скрыто, но по остальным признакам понятно, что это очень глупый парень.
— Пусти его, — прошу Демида, — ведь и правда задушишь. Пусть с ним полиция разбирается.
Мажор слушается, как ни странно, отпускает, и парень валится на пол. Тут же сгибается пополам и пытается отдышаться.
Но уже в следующий момент подбирается, вскакивает и пытается сбежать точно так, как его подельники. Ему это не удается и он оказывается остановлен за шкирку вышедшим из спячки охранником.
— Ага, попался, — радостно вопит тот.
Парень начинает вырываться, но Гена скручивает его и утаскивает из зала. Администратор Антон выходит на видное место и начинает всех успокаивать.
Я собираюсь сбежать от всего этого в подсобку, чтобы перевести дух, но Демид нагло хватает меня за руку.
— Стой, я тебя еще не отпускал.
Черт, он снова за свое. Этот парень просто терминатор какой-то. Машина для убийств с манией преследования.
— Мне не нужно твое разрешение, чтобы уйти, — бросаю резко.
Вырываю свою руку и несусь между столиками к подсобке.
Но лишь только добегаю до двери, понимаю, он следовал за мной.
Парень не дает мне открыть дверь, чтобы укрыться за ней. Вновь хватает за запястья, прижимает к стене и заставляет поднять руки над головой, удерживая их одной рукой. Второй он ухватывает меня за подбородок, требуя тем самым смотреть на него.
— Говоришь, не нужно мое разрешение? Что ж, мы это исправим. Совсем скоро ты будешь спрашивать у меня разрешение даже на то, чтобы дышать.
Паника. Страх и липкий пот, струящийся вдоль позвоночника. Со мной еще ни разу никто так себя не вел.
— Кто ты черт возьми такой и что тебе от меня нужно? — выкрикиваю я, но из моего рта вырывается только надсадный хрип.
— Я тебя не знаю, отстань от меня!
— Я тот, кто может превратить твою жизнь в ад, если ты не станешь послушной, — ухмыляется он, скривив дерзкой формы губы, — заодно и познакомимся поближе.
— Ты ненормальный! Почему именно я?
— Мне нравится твое сопротивление. Мне нравятся твои глаза и твой запах.
На этих словах он приближает свое лицо к моему и шумно втягивает воздух рядом с моими волосами. Жадно. Словно дикий безумный зверь.
— А еще мне понравилось, как сидело на тебе то платье.
— Какое платье?
— Белое, расшитое жемчугом.
— Что? Откуда ты…
— Будешь со мной и у тебя появится сотня таких платьев.
— Ни за что, катись со своими предложениями!
— До встречи, Ульяна. Жду не дождусь момента, когда ты станешь послушной.
Я хочу выкрикнуть новое проклятие, но парень неожиданно отпускает меня и уходит в зал.
  
Глава 4
 
— Уль, и как только у тебя сил на это хватает, — бормочет Маша со своей кровати и зевает.
Мы с ней не только подруги по универу, но и соседки по комнате в общежитии. Правда, в отличие от меня, Маша не столь впечатлительная. А может с ней просто не произошло сегодня столько волнительных событий, сколько со мной.
Она уже собирается засыпать, а у меня сна и близко нет, даже несмотря на то, что отработала полную смену в кафе.
Стою в планке под счетчик секундомера и комментарии подруги, пытаюсь собрать мысли в кучу.
После ограбления кафе гудело целый час, словно потревоженный улей, администрация сбилась с ног. Я делала вид, что переживаю вместе со всеми, но на самом деле, меня волновали совсем не горе-грабители.
Когда я вошла в зал, компания с мажорами уже испарилась, а столик заняли другие посетители. Но легче почему-то не становилось.
 
Мне так и казалось, будто за мной все время кто-то наблюдает. Не кто-то, а он. Прожигает этим своим невозможным взглядом, под которым не то, что думать или что-то делать, дышать страшно.
И эти его слова про платье. Они просто не выходят из головы.
Таймер срабатывает, я поднимаюсь и расслабляю мышцы. Сорок пять секунд работы, пятнадцать секунд отдыха. И так по кругу.
Сейчас на очереди отжимания. Потом снова отдых и опять в планку.
Всего я делаю обычно шесть подходов.
— Ты бы еще на пробежку отправилась на ночь глядя, — ворчит Маша.
Я бы побежала, да вот после случая на прошлой неделе, я больше не бегаю по вечерам. Только утром или днем, если выдается время.
Снова встаю в планку и мысли мгновенно возвращаются в прошлое. Сначала. В события трехмесячной давности, в конец мая.
Когда мы с семьей еще жили не здесь, не в этом городе, а за триста километров отсюда.
В тот день, когда моя школьная подруга Злата уговорила меня поехать с ней в один из самых модных бутиков, расположенных в центре, и примерить платья для выпускного.
***
— Уль, — это полный улет, на выпускном ты будешь самой красивой девчонкой вечера, просто королевой школы, — восклицает Злата.
— Да, точно, — подыгрываю подруге.
Еще раз прокручиваюсь перед зеркалом, оценивая свой внешний вид. Не первая красавица, конечно, как бы не нахваливала подруга, но и не серая мышь, какой меня привыкли видеть все окружающие и я сама, когда смотрюсь в зеркало.
Без очков, с распущенными по плечам волосами и одетая в это дорогущее платье какого-то модного Итальянского дома моды, которое уговорила примерить подруга, я действительно выгляжу не так невзрачно, как обычно.
Да что там, хорошо. Именно так. Я выгляжу хорошо. Даже отлично.
— Уль, ты глянь, на тебя даже парни начали засматриваться, — громко и возбужденно шепчет подруга, — да еще такие классные, что дух захватывает.
— Не придумывай, — отмахиваюсь я, но становится любопытно.
Поворачиваю голову в сторону, куда косится Злата и вижу через витрину компанию, состоящую из нескольких человек.
Правда без очков все расплывается перед глазами, и я не могу разглядеть лиц.
— Вон тот, самый красивый, прямо глаз с тебя не сводит, — снова подзадоривает Злата и подмигивает мне.
— Ничего не вижу, но поверю тебе на слово.
— Поверь, поверь.
Отворачиваюсь от компании, и мы снова начинаем прикалываться на тему того, как всех парней нашего класса на выпускном хватит удар, лишь только они увидят меня в таком наряде.
Когда мы выходим из бутика, на мне уже надеты очки и я вижу хорошо. Невольно ищу взглядом компанию, но ее уже и след простыл. Чего и следовало ожидать.
— Уль, все же зря ты не стала покупать это платье, — дундит подруга.
— Злат, у меня денег нет, — в сотый раз повторяю я, — я же просто так пошла с тобой, за компанию, и ты об этом прекрасно знаешь.
— Я бы тебе одолжила, говорю же. Родители решили не скупиться, выпускной все же, раз в жизни бывает. А тебе оно так шло, просто улет.
— Нет, Злат. Спасибо, но нет.
— Ох уж эта твоя упертость, просто бесит. Родители твои ни в чем вашим младшим не отказывают, а ты…
— А я старшая, значит, могу обойтись без платья. Злат, не начинай. Ты же знаешь, как у всех тяжело сейчас с работой. Папа еле справляется, а мне нет еще восемнадцати, я не могу нормально подрабатывать.
— Я не начинаю, просто так не честно. Все твои нормально упакованы, кроме тебя. В конце концов, пусть Елена ваша выходит на работу.
— У мамы сердце, ты же знаешь.
— А у тебя выпускной. И если не может сделать для тебя даже такого подарка, значит, никакая она тебе не мать.
— Злат, давай оставим тему.
Это правда, что папина жена мне не мать. То есть не биологическая мать. Но она с нами с тех пор, как мне исполнился год, а потому я привыкла называть ее мамой. Как бы она себя со мной не вела. И упреки Златы больно ранят меня.