Девочка сталкера (СИ)

— Демид не знает тебя также хорошо, как я. Уверен, нашей силы, если мы объединим ее, будет достаточно, чтобы справиться с любыми защитными чарами.
— Я… я не знаю.
— Ты сильнее, чем думаешь. Чем мы все думаем. Просто делай, как я скажу, поняла?
— Да, — киваю я.
— Приложи ладонь к замку и повторяй за мной.
— Хорошо.
— Готова?
— Да, — подтверждаю я и снова киваю, хоть Кристиан и не может этого видеть.
Несмотря на то, что мы стоим очень близко к друг другу, дверь слишком мощная, чтобы мы могли даже слышать друг друга без помощи телефона.
Кристиан начинает нараспев произносить какие-то непонятные слова, а я старательно повторяю за ним. Тарабарщина на неизвестном мне языке, но каждое слово, каждая интонация отзывается во мне. Срабатывает нечто сродни узнаванию и… принятию.
Будто когда-то давно, в другой жизни, я знала этот язык или же просто слышала.
Звучание набирает обороты, энергия вибрирует во мне все сильнее, пока, наконец, я не улавливаю тихий щелчок.
Когда это происходит я толкаю дверь, она открывается, и я оказываюсь на лестничной площадке.
Попадаю прямо в объятия Кристиана.
— У нас получилось! — выдыхаю я и парень улыбается мне.
— Ты молодец. Но мы не должны терять ни секунды. Как только дверь открылась, Демид получил оповещение об этом. Мы должны смыться быстрее, чем он примчится сюда и вновь запрет тебя в клетке. Или же попытается заблокировать твои магические способности.
Я киваю, и мы несемся к лифтам. Я даже не думаю о том, чтобы собрать свои вещи, так велико мое желание сбежать от Демида.
Впрочем, ничего ценного там все равно нет. Главное, мы уберемся подальше отсюда.
Потому что Кристиану я верю в тысячу раз больше, чем остальным.
Потому что еще тогда, в том темном парке я почувствовала некую незримую связь между собой и тем парнем в надвинутом на лицо капюшоне.
Тогда меня пронзило уверенностью, что я не одна. У меня есть ангел-хранитель и он никогда не оставит меня в беде.
  
Глава 29
 
У подъезда припаркован неприметный черный Джип. Неприметный настолько, насколько в принципе может оказаться машина такого размера и класса.
— Сюда, — направляет меня Кристиан и мы резво подбегаем к автомобилю.
— Ульяна, скорее внутрь, — командует Кристиан и распахивает передо мной дверь.
Я быстро запрыгиваю в салон, Кристиан делает то же самое.
Мы срываемся с места, едва моя попа касается сиденья.
— Куда мы едем? — додумываюсь спросить я, не забывая оборачиваться назад и посматривать по сторонам.
Мне кажется, что не успеем мы проехать и ста метров, как машина Усманова повиснет у нас на хвосте.
Ведь если все так, как сказал Кристиан, и, если добавить к этому мои собственные впечатления о Демиде, тот примчится сюда со скоростью света. В том, что парень способен реагировать мгновенно, когда ему надо, я ничуть не сомневаюсь.
Но, слава богу, время идет, а никто так и не сел нам на хвост.
— Куда мы едем? — повторяю свой вопрос.
— В безопасное место, — отвечает Кристиан, — туда, где он не сможет тебя достать.
Парень, как и я, зорко следит за окружающей нас обстановкой.
— А что будет с моей семьей? Ты сказал, что сможешь решить этот вопрос. Демид крупно подставил отца, и потом угрожал. Я не могу допустить, чтобы кто-то из моих близких пострадал.
— Не волнуйся, они в полной безопасности. У меня тоже есть кое-какие связи в высших кругах.
Мысленно я хлопаю себя по лбу.
Конечно, Кристиан чем-то напоминает Демида. Почти такой же высокий и смуглый, у них одинаковые тату и браслеты. Он в курсе событий. Вполне естественно, что они принадлежат к одному кругу. Возможно, эти двое даже родственники, например… братья?
Странно, что такая простая мысль не приходила мне в голову раньше.
— Вы с Демидом случайно не…, - начинаю я, но Кристиан меня перебивает.
— Не братья, — говорит он, будто прочитывая мои мысли, — но мы… скажем так, похожи.
— Ага.
— Да. Только преследуем разные цели.
— Ясно.
И все же мне очень неспокойно на душе.
 
Я достаю телефон с тем, чтобы набрать отцу и убедиться в том, что у них все хорошо, но мой мобильный полностью отключен.
Неудивительно.
За всеми этими событиями я совершенно забыла, что аппарат нуждается в регулярной подзарядке, и вот теперь мне приходится пожинать плоды своей безалаберности и забывчивости.
— Где именно находится твое безопасное место? — спрашиваю я, наблюдая за тем, как городской пейзаж постепенно сменяется на ландшафт сельской местности.
— За городом. Там есть безопасное жилье, где никто не сможет тебя отследить и где мы смогли бы скрываться достаточно долгое время. До того момента, пока ты полностью не придешь в себя и не выяснишь все о своих способностях. Особняк с кучей свободных комнат, удобной мебелью и холодильником, под завязку забитой едой.
И где я, наконец, избавлюсь от навязчивого и выбивающего почву из-под ног внимания Усманова, напрочь пропитанного желанием то и дело прикасаться ко мне. Избавлюсь от его огненных рук на мне и его горячего дыхания рядом с моим ухом. Вдохну полной грудью. Перестану ощущать непонятную тянущую боль внизу живота и мурашки, то и дело пробегающие по спине, стоит ему оказаться в одном помещении со мной.
Мне очень хочется оказаться в таком месте.
— Ну как? — спрашивает Кристиан.
— Звучит заманчиво, — соглашаюсь я.
— Еще как заманчиво, — смеется он, подмигивает мне и сворачивает на проселочную дорогу.
Я улыбаюсь в ответ, еще не зная, что вижу улыбку этого парня в самый последний раз.
Потому что дальше происходит то, во что я просто не могу поверить, как бы не пыталась.
Но ведь события происходят вне зависимости от того, верим мы в них или нет. Неприятности не спрашивают нашего разрешения, чтобы обрушиться на нас. Они просто накрывают, подавляя под гнетом страха и ужаса, нарастают словно снежный ком. И мы уже ничего не можем с этим поделать.
Визг шин и режущий слух звук автоматной очереди, точно такой, как обычно показывают в боевиках, раздается неожиданно. Джип резко уводит вправо, отчего меня с силой впечатывает в дверцу машины.
Кристиан дает по тормозам и пытается вывернуть руль. Ему бы удалось, но выстрелы повторяются вновь, а потом снова.
В ужасе я наблюдаю за тем, как на виске Кристиана появляется кровь. Еще одно кровавое пятно расползается прямо на его груди.
— Нет, Кристиан, — ору я, а в следующий момент машина замирает, и парень заваливается вперед, прямо на руль.
Я слышу вокруг себя целую какофонию звуков.
Окрики, щелчки распахивающихся и закрывающихся дверей. Глаза ослепляет свет фар.
Но я вижу перед собой только парня, что умирает прямо у меня на глазах.
Не медля ни секунды, и не боясь сделать еще хуже, потому что хуже просто некуда, я тянусь к Кристиану, отодвигаю его обмякшее тело от руля и прикладываю к нему ладони.
Одну к груди. К месту, насквозь пропитанному кровью, а вторую к голове.
Мне тяжело смотреть на него, меня просто трясет. Но я должна. Я должна попытаться ему помочь. Сделать все возможное и невозможное, чтобы он выжил.
Не знаю, хватит ли моих способностей на то, чтобы вернуть человека к жизни после таких ран, но я надеюсь. Я так надеюсь, что это окажется возможным.
Я обязана его спасти.
— Ну, давай, давай, — ору я и направляю всю энергию своего тела в ладони. Чувствую, как она концентрируется там и перетекает в безжизненное и безвольное тело Кристиана.
— Пожалуйста, пожалуйста.
Впиваюсь глазами в его посеревшее лицо, прислушиваюсь к его дыханию, которого почти не ощущаю.
— Крис, ну же, — молю я.
Эти люди уже совсем близко. Я слышу их голоса и вижу свет фонариков, что прорезают успевшие сгуститься сумерки.
Я бы могла попытаться сбежать, но я не могу оставить здесь Кристиана. Не могу оставить его умирать, как бы мне не было страшно.