В плену его желаний (СИ)

Вместе с возможностью двигаться ко мне вернулся и рассудок. И теперь я отлично понимала одну простую истину: нужно бежать отсюда, и как можно скорее.
Даже думать не хочется о том, какими неприятностями для меня может обернуться пребывание здесь. Если Его Гадейшество узнает — беды точно не миновать.
Именно поэтому я прибавила скорости. С максимальным рвением ступила на лестницу и даже успела начать спускаться, как вдруг услышала приближающиеся шаги и голоса.
Черт!
Вниз нельзя, придется развернуться.
Вернувшись назад на площадку, осмотрелась — к величайшему сожалению, лестница, воспользоваться которой я теперь не могу, была единственным путем к отступлению. Нет, конечно, имелся еще способ, который выбрала Элизабет, но сами понимаете.
Хотя… Вспомнив о выступе на стене за окном своей комнаты, сделала над собой усилие и подошла к краю балкона. Ничего. Абсолютная гладкость.
Черт! Черт! Черт!
Наверное, я бы попыталась придумать еще какой-нибудь способ спастись, но буквально в следующую секунду раздался звук открываемой двери.
И вот уже я, потревоженная посторонним шумом, должна посмотреть, кто пришел.
— Месси, что произошло? Мы слышали крик, — раздался за спиной обеспокоенный голос. Теперь уже точно пора повернуться.
На балконе возле двери обнаружилась пара служанок, которые выглядели не на шутку перепуганными и растерянными.
И что мне им ответить? Сперва я блуждала по какому-то магическому коридору, затем имела не слишком приятный разговор с младшим братом вашего главного, а затем чисто случайно увидела, как одна из невест решила покончить с собой? Удачно, кстати, покончить.
Да уж, такая правда звучит менее убедительно любой даже самой плохо придуманной лжи.
Пока я рассуждала над ответом, на балконе появились новые действующие лица, и я сразу поняла: ответ больше не нужен.
В отличие от безобидных служанок, императорские гвардейцы выглядели устрашающе. Девушкам, нашедшим меня, хватило пары секунд, чтобы сообразить: пора уходить. Это они достаточно быстро и сделали. К тому моменту, когда стражники окружили меня, служанок на балконе уже не было.
Подтянутые, как один, мужчины в идентичной форме не спешили завязывать разговор. Несложно догадаться почему — не было приказа. Вести беседу со мной собирался совсем другой человек. Ну, как человек…
И вдруг так обидно стало. От того, что было, от того, что будет дальше. От того, что вся эта чертовщина вообще со мной происходит.
На глаза навернулись слезы, но я не позволяла себе расплакаться. Несмотря на обиду, несмотря на страх. Сильно-сильно впивалась ногтями в чувствительную кожу запястья и терпела. Я просто не могла разреветься в такой ситуации.
Не скажу даже приблизительно, сколько времени продолжалась эта молчаливая пытка тяжелыми взглядами. Может, несколько минут. Может, часов. Одно я знала точно: ждать осталось совсем недолго.
Приближение Моррея я почувствовала еще до того, как он вышел на балкон. Воздух вдруг стал тяжелей, гуще. И без того тусклые звезды вовсе пропали с небосвода на несколько секунд. Мир словно погрузился во тьму. А затем появился он.
Глаза Темного Принца полыхали гневом. Каждое его движение показывало, насколько мужчина зол.
Ему хватило одного взмаха руки, чтобы та часть гвардейцев, которая мешала ему нормально видеть меня, отошла в сторону.
Когда мы встретились взглядами, я еле сдержалась, чтобы не отвернуться. Выстоять мне помогло лишь осознание того, что отведенный взгляд станет признанием моего поражения. Поражения в войне, в которой я совсем не хотела участвовать.
— Ты… — прошипел мужчина, заставив поежиться. Надеюсь, это было не очень заметно.
Столько раздражения, столько злости в голосе. Наверное, еще больше, чем во взгляде. И так противно от этого, больно. Приходится еще сильнее надавливать на запястье.
В тот момент, когда мне так сильно необходима поддержка, когда я нуждаюсь в том, чтобы мне поверили, я слышу лишь этот ледяной режущий голос. Хотя, от кого тут поддержки ждать?
Не от кого.
 
Темный Принц продолжает буравить меня взглядом, словно пытается просканировать, докопаться до истины одними лишь глазами. Было бы хорошо, если бы этот способ сработал. Словам-то моим он явно не поверит.
Однако, видимо, подобная магия Его Темнейшеству не под силу, потому что уже через пару секунд мужчина очень тихо, но таким тоном, что по коже пробегают мурашки, говорит:
— Ко мне в кабинет. Быстро!
Я следую за Морреем молча. Сбегать нет никакого желания. Во-первых, это бесполезно. Во-вторых, грядущего разговора точно не избежать. Я даже не отстаю от него, несмотря на то, что один его шаг равен, наверное, трем моим. И дело вовсе не в вооруженной до зубов страже, идущей за нами.
Гвардейцев Его Темнейшество оставляет за дверью кабинета, куда сперва пропускает меня, а затем заходит сам. Ну вот, добрались, и что дальше?
А дальше я даже вздохнуть не успеваю, потому что оказываюсь накрепко прижатой Темным Принцем к стене. Он опасно нависает надо мной, замерев в нескольких сантиметрах.
В его руках я чувствую себя совершенно беспомощной. Его грубое движение — и меня больше нет. Думаю, ему хватит одной руки, чтобы свернуть мне шею.
— Это ты ее убила? — здесь от его взгляда не спрятаться и не скрыться. Я уже готова проиграть, лишь бы не видеть Его Темнейшество. Не видеть этого холода, раздражения, гнева. Всех негативных эмоций, обращенных ко мне, за поступок, которого я не совершала.
— Нет, — говорю четко, хоть и понимаю, что от моего ответа ничего не зависит. Моррей уже сделал свои выводы, и ему совершенно наплевать, что я скажу в свое оправдание.
— Не ври мне! — его слова бьют больнее пощечины, и я больше не в силах терпеть это унижение.
Первая слезинка скатывается по щеке, но я, не обращая на нее внимания, вновь отвечаю:
— Я ее не убивала! — делаю глубокий вдох, прикрываю глаза, собираюсь с мыслями, затем поднимаю веки и со всем тем спокойствием, на которое способна, говорю: — Отпустите меня. Мне больно.
Я даже на вы перехожу, очень надеясь, что это сработает, что мы вроде как в относительно цивилизованном мире.
Несколько секунд Моррей не шевелится, а затем все-таки отступает. Отступает настолько резко, что я с трудом удерживаю равновесие — приходится ухватиться за спинку стоящего рядом кресла.
Его Темнейшество занимает место за массивным столом и жестом приказывает мне сесть в кресло напротив. Я не спорю. Все-таки это лучше, чем быть в шаге от свернутой шеи.
— Расскажите мне, что произошло и как вы оказались в башне, — по голосу слышно, что Темному Принцу с трудом удается сохранять спокойствие, однако он хотя бы пытается. Сразу понятно: мужчина явно привык докапываться до правды другими способами.
Мне вот проверять эти способы на себе совсем не хочется, поэтому я начинаю рассказывать.
Я рассказываю ему обо всем — о волшебном коридоре, о встрече и разговоре с Версом, опуская лишь суть этого разговора. Судьба младшего брата Моррея меня сейчас меньше всего интересует, пусть за такую выходку старший темненький его хоть как Тузик грелку порвет. Ограничиваясь общей фразой о том, что мы с Версом не смогли найти общий язык, и перехожу к рассказу о том, как встретила Элизабет.
Последние предложения даются невыносимо тяжело. Я словно вновь переношусь на балкон, чувствую холодный колкий ветер и слышу собственный крик.
— Ложь! — раздается через несколько секунд после того, как я заканчиваю рассказ.
— Ложь? — я даже собственным ушам поверить не могу.
Я рассказала ему чистейшую правду от и до, а все, что я слышу, — “Ложь”?!
Почему-то в этот момент мне совершенно не страшно смотреть на Моррея, я настолько недоумеваю, что чувство страха вместе с инстинктом самосохранения, взявшись за ручки, удаляются в неизвестном направлении.
Интересно, если перед ним душу наизнанку вывернуть, он выдаст что-то типа “Не верю!”?