Игра в бессмертие (СИ)

Оценив масштаб паники, я глянул на Цолфи:
— Вот теперь пора. Взлетаем!
Поднявшись, она зашла мне за спину и подхватила меня под мышки. В тот же миг исчез купол: как я и планировал, магов отвлекло стихийное бедствие.
— Давай, Цолфи, — поторопил я гарпию, — поднимай меня в воздух!
Браслет заставил её подчиниться, и мне в уши ударило хлопанье крыльев. Мы секунды за три вознеслись метров на двадцать.
Я повис в руках Цолфи, болтая ногами. Должно быть, выглядел я жалко — было бы куда эффектней оседлать того же дракона. Но им пришлось бы управлять, что не так уж и легко (особенно с непривычки), а с Цолфи мои руки свободны — и я легко сорву яблоко. Главное ведь не зрелищность, а результат.
— Ещё выше! — крикнул я. — Нужно пролететь над помостом!
Не отвечая, гарпия понесла меня к площади.
У меня захватило дух, подмышки пронзила боль — Цолфи обхватила их сильнее, чем следовало. Но направление она выбрала верное, так что я её похвалил:
— Да, отлично… Только нужно набрать высоту!
Цолфи как–то странно дёрнулась, но затем устремилась к вершине помоста, где угадывалась яблоня.
Меня обдало лёгким жаром: это три файербола пронеслись мимо нас. Просвистевшая стрела чуть не воткнулась мне в ногу. Но если бы и воткнулась — что с того? Потеря здоровья уже не важна, поскольку во «Фрее» я больше не появлюсь: мне не только доступ сюда закроют, но и штрафанут из–за вируса.
— Выше, Цолфи! — крикнул я. — Надо медленно пролететь мимо кроны!
Она вновь дёрнулась, будто в судорогах. Я хотел спросить, в чём дело, но тут дракон, разинув пасть, дохнул огнём в стражников. Ослепительное пламя сожгло с десяток энписи.
Я вдруг обнаружил, что файерболы до нас уже не долетают и с жужжанием проносятся где–то внизу. А Цолфи всё набирала высоту: вверх, ещё вверх, ещё…
— Достаточно, — крикнул я, — выше не надо!
Но она продолжала взмывать над площадью, быстро уменьшающейся в размерах.
— Стоп, Цолфи! — заорал я. — Не надо выше! Снижайся к помосту!
Однако гарпия упорно воспаряла над городом.
— Цолфи, какого чёрта?! — я сорвался на хрип. — Ты обязана подчиняться! На тебе Браслет!
Но я уже понимал, что что–то пошло не так: Браслет не дал бы ей вытворять такие фокусы. Он либо не действует, либо…
И тут Цолфи запела — негромко и пугающе беззаботно.
Я оцепенел от ужаса — но даже не потому, что площадь под нами стала не больше ковра; не потому, что сам я висел в когтях чокнутой гарпии; не потому, что внизу бесновался дракон и свистели посылаемые в него стрелы.
Мой ужас вызвала песня, которую Цолфи вдруг вздумалось напевать.
Это было «Чёрное солнце» группы «Би‑2». Песня очень старой группы, которую я люблю. Я вообще люблю старый рок.
И последним, что я слушал как раз на днях, было «Чёрное солнце».
Оборвав пение, гарпия заговорила… но не своим, а чужим голосом. Вероятно, изменённым — и пугающе мягким:
— Какая досадная неожиданность… Правда, ментор?
В мою спину будто ткнули ледяным пальцем.
Ну а Цолфи продолжала — точнее, продолжал тот, кто её взломал:
— Думаешь, ты хорош? Что ж, может быть… Ты и правда хорош, но лишь в играх. А это не игра, ментор. Ты встрял в то, что тебе не по зубам.
Цолфи взмыла ещё выше, будто возомнив себя ангелом.
— Некоторые яблоки лучше оставлять на деревьях, — сказал обладатель изменённого голоса. — А иначе всё в этой жизни перевернётся[1].
И Цолфи меня отпустила.
Свист в ушах.
Мой долгий вопль.
Хлопанье крыльев.
Не успел я удивиться (чьи это крылья, если дракон остался ниже, а Цолфи — выше?), как чьи–то когти меня вновь подхватили.
— Дракон Гая — просто жуть! — весело крикнула Кэсс. — Потом скажете, где вы нашли некромантов?
— Какого… — начал было я — и умолк.
Кто сказал, что обрывать листья фиалки Кэсс будет сама?
Она была не на мели — просто откладывала деньги. Вряд ли накопила много, но и этого хватило, чтобы нанять какого–нибудь дурачка. Он задействовал мой вирус и лишился аватара, а Кэсс в это время была у площади. Она дождалась дракона и подземных толчков; дождалась, пока Цолфи меня поднимет… Дождалась сотворённого мною хаоса — и ловко им воспользовалась.
 
Дракон и мы с гарпией стали мишенями, а Кэсс прибегла к способностям дрессировщицы.
«…могу хоть сейчас призвать гигантского горного орла. Хотите покажу?»
Вот она и показала: меня нёс гигантский орёл.
Рискуя вывернуть шею, я глянул вниз и назад. С высоты нашего полёта яблони не было видно, но мне было уже ясно, что яблока там больше нет.
[1]«Если взорвётся чёрное солнце, всё в этой жизни перевернётся. Привычный мир никогда не вернётся, он не вернётся». «Би‑2», «Чёрное солнце».
  
Глава 8
 
Прыгать метров с трёх на крышу мне, конечно, не хотелось, — но орёл меня не спрашивал, чего я хочу: он меня просто отпустил.
Кое–как сгруппировавшись, я упал у дымохода. Орёл грациозно приземлился на кровлю — бурый, с жёлто–серым клювом. В общем–то орёл как орёл, только раз в десять больше.
Кэсс спрыгнула с его спины и (вот уж чего я не ждал!) подбежала ко мне:
— Простите, что он отпустил вас так рано — я высоту не рассчитала, — Кэсс протянула мне ладонь: — Я помогу вам…
Но я и сам уже поднялся, хоть и не без труда: ныло левое колено. Не отключи я уведомления, видел бы цифры, знаменующие потерю здоровья.
Кэсс опустила протянутую мне руку:
— Яблоко у меня… В инвентаре.
Я уязвлённо промолчал. В её инвентаре — не в моём.
Орёл, чистивший перья позади Кэсс, вдруг пропал. На миг обернувшись, она пояснила:
— Его можно призвать всего на пару минут — хорошо хоть до крыши дотянули… Я же не думала, что вас придётся спасать.
— Я тоже не думал, что Цолфи взломают.
Глаза у Кэсс округлились, но я упредил её вопросы:
— Приват–зона, код КЛ–два–ноль-два–два.
Оставаться на крыше было нельзя: если сюда сбежится стража, в приват–зону уже не войдёшь. Кстати, в большинстве сегментов мы и сейчас бы туда не вошли — пришлось бы скрываться до отмены тревоги. Но «Фрея» в этом смысле даёт поблажки — видимо, из–за отсутствия воскрешений.
Я вошёл в возникшую рядом дверь. Шагнув за мной, Кэсс быстро заговорила:
— Знаю, вы на меня злитесь…
— С чего бы? — с сарказмом оборвал её я. — Вы мне солгали всего–то дважды за сутки. Не три раза, не пять — всего дважды.
Насупившись, Кэсс заметила:
— Не только солгала, но и спасла…
— Чтобы задобрить. Без меня вам не добраться до куклы с биноклем.
Кэсс умолкла и не стала отрицать очевидное.
— Кажется, мне теперь ясно, почему вы любите карты, — я смотрел на неё в упор. — Нравится выстраивать комбинации?
Она уставилась на свои ноги.
— Перестаньте притворяться, — поморщился я. — Вы сконфужены не больше, чем стриптизёрша у шеста!
Кэсс от такого сравнения вздрогнула, но глаза подняла.
— Ладно, притворяться не буду, — она с вызовом поймала мой взгляд. — Мне нужны эти предметы: кукла, яблоко, бинокль. Чувствую, что нужны — но не знаю, зачем. И я на всё пойду, чтобы их получить.
— А тот, кто хочет помешать вам, тоже пойдёт на всё?
— Что?..
— Цолфи кто–то взломал, пытаясь не дать мне добраться до яблока… или пытаясь не дать вам до него добраться. Просто он всё внимание сосредоточил на мне, а ваша выходка с орлом для него стала сюрпризом.
Кэсс замотала головой:
— Я не знаю, кто это был.
— И не знали, что Цолфи могут взломать?
— Нет. Клянусь вам, не знала!
 
Я усмехнулся — мне ли верить её клятвам? Она уже дважды обвела меня вокруг пальца.
Усевшись за стол, я попытался упорядочить мысли.
Взлом энписи уровня Цолфи (не говоря уже о преодолении защиты «Фреи») по силам лишь асу; не просто хакеру, а гению. Хотя было ли это взломом? Может, действовал не хакер, а всего лишь админ?.. Ведь их доступ позволяет следить за игрой; достаточно было прослушать наш с Ферзюбрем разговор — и стало бы ясно, что в кражу яблока я вовлеку гарпию.