Доктор и Апокалипсис: Бугай (СИ)
Приподнявшись, Бугай начал молотить врага своими кулачищами по голове. Удар за ударом. Пол вмялся, голова врага превратилась в кашу. Спустя какие-то секунды дело было закончено.
+2000 единиц опыта
Получен новый уровень!
Бугай поднялся, вытер кулаки об ошмётки одежды своей жертвы, надел помятую фетровую шляпу, увидел лежащие под жертвой разбитые солнцезащитные очки, недовольно прорычал что-то и пошёл по спортзалу.
Зал завален костьми и залит чёрной кровью. Кости преимущественно детские, так как очень маленькие, но попадаются и взрослые. Ближе к каморке физрука встречаются относительно уцелевшие тела. Бугай начал подходить к каждому телу и всматриваться в лица. Или в то, что от них осталось.
— Нет, — после изучения лица девочки-конкурента со сломанной шеей, заключил Бугай.
Следующее. И следующее.
Где-то в душе Бугая, или в том, что её заменяло, зарождалось новое чувство. И имя этому чувству — отчаянье.
— А-а-а-а!!! — закричал он, отбрасывая очередное неправильное тело. — А-а-а!!!
Из каморки физрука раздался какой-то звук. Бугай вскинулся и бросился туда. Дверь не выдержала даже одного удара, он оказался внутри и в неверном свете почти разрядившегося фонарика, лежащего на окровавленном полу, увидел напугавшую его картину: конкурент грыз внутренности лежащей на полу девочки. Его дочери.
— Р-р-р-ах!!! — прорычал Бугай и схватил не думающего ни о чём конкурента за затылочную часть черепа.
Бросок. Тело конкурента, одетое в спортивную форму, врезалось в полку с кубками. Пока конкурент отходил от шока, Бугай поднял гирю на тридцать два килограмма и с размаху опустил её ему на голову. Треск костей.
+200 единиц опыта
Бугай посмотрел на неподвижно лежащую дочь. Появилось не новое, знакомое чувство. Горечь утраты. Он ещё кого-то недавно терял.
Сев на кровавый пол, он закрыл свой единственный глаз и начал медленно раскачиваться, тихо поскуливая.
Смысл его нынешнего существования, из-за которого он вообще начал совершать хоть какие-то осмысленные действия, державшийся на хрупкой надежде, только что пропал.
Бугай так бы и сидел на полу каморки физрука, если бы не звуки. Шорох одежды об покрашенный пол, неприятные даже для Бугая звуки волочения мяса по тому же полу, а затем треск плоти, раздираемой зубами…
Он открыл глаз и уставился на убитого им конкурента-физрука. К глотке его присосалась Лера, активно высасывающая чёрную кровь.
Ещё одно новое чувство, даже два: радость и облегчение. Он бросился к Лере, а та, не обращая ни на что больше внимания, продолжала пить кровь и жевать шею мёртвого конкурента.
Бугай решил дать ей время наесться.
Испуганный вопль из спортзала. Встав и выйдя наружу, он увидел Нету, которая пятилась к выходу, неотрывно глядя на ползущую к ней верхнюю половину тела конкурента. Бугай прошёл по залу и без затей раздавил череп этого калеки.
+50 единиц опыта
Нета сдавила себе рот левой рукой и с ужасом смотрела на него, особенно на отверстие от выколотого левого глаза. Бугай сделал шаг к ней.
— Не подходите! — воскликнула Нета, выставляя перед собой.
Бугай хрипнул и направился обратно к кабинету физрука. Из зала раздались частые шаги. Сбежала.
Войдя в кабинет, он подхватил дочь, которая яростно зарычала, когда не сумела удержать во рту лоскут кожи, а затем направился на выход.
Лера билась у него на плече, царапалась, но Бугай не реагировал.
До дому идти было недалеко, он пробежал это расстояние в рекордные сроки. Пройдя через выломанную подъездную дверь, он наткнулся на конкурентов, скопившихся возле семидесятой квартиры, дверь которой ожесточённо бил крепкий третий ранг.
Бугай положил Леру на пол и бросился в атаку.
Кулак снёс голову ничего не подозревающей нулёвке, затем правое колено сломало позвоночник второй нулёвке, потом молниеносная серия убийственных ударов — ещё пять конкурентов упали замертво.
+350 единиц опыта
Никто ещё не успел среагировать на угрозу, а Бугай уже схватил третьего ранга за ворот олимпийки и впился в его затылок зубами. Позвонки оказали сопротивление, но затем хрустнули и конкурент обмяк.
Остальные конкуренты отступили. Бугай посмотрел на дверь: массивная толстая дверь была в полном порядке, тем более не очень умный третий ранг бил в самый центр, то есть в наиболее прочную её часть. И даже если бы он её пробил, то что дальше? Планировал просочиться в дырку размером с кулак?
Бугай поднял пытающуюся уползти Леру и начал подъём.
Отперев квартирную дверь одной рукой, что было довольно непросто, он занёс Леру, положил её на пол и закрылся.
Посмотрев на собственную дочь, которая упорно пыталась куда-то уползти, он почти по-человечески вздохнул, снова поднял её и понёс в гостиную, где положил на диван. Направившись на кухню за мясом, он услышал глухой удар, но решил вернуться и выяснить, что случилось, но уже с мясом в руках.
Чёрное мясо он ей давать не собирался, так как понимал, к чему это в итоге приведёт: она станет ещё тупее, злее, увеличится в размерах, обрастёт твёрдой бронёй и вообще лишится каких-либо человеческих качеств. А Бугай всё ещё смутно понимал, кто он. Человек. Абсолютной уверенности в этом он не имел, но своё «Я» он осознавал. А ещё у него были уровни, как у живых.
Человеческое мясо, как откуда-то знал Бугай, тоже способно превратить поедателя в чудовище, но будет делать это несколько иначе, нежели чёрное…
Вернувшись в гостиную с мясом уборщицы, Бугай обнаружил, что Лера лежит на так и не убранной им полиэтиленовой плёнке и слизывает подсохшую кровь.
— Р-р-р-ах! — рыкнул он на неё с намерением привлечь внимание.
Лера неожиданным рывком подпрыгнула вверх и отскочила от пакета, видимо, посчитав, что более сильный претендует на кровь. Бугай кинул ей оба человеческого мяса, которые держал в руках. Она долго не думала и принялась его жрать. Неаккуратно, жадно, с возбуждённым выражением окровавленного лица.
Бугай снова сходил на кухню, уложил на поднос восемь кусков мяса, четыре человеческих, четыре конкурентских. Вернувшись в гостиную он увидел Леру, которая снова пыталась слизать кровь с пакета.
— Р-р-ах! — рыкнул он на неё.
Лера вернулась к дивану и опустила взгляд, украдкой поднимая его чтобы посмотреть на поднос с манящим мясом. Бугай подошёл к ней и протянул один шмат. Лера не двигалась, боялась.
— Р-р… — требовательно рыкнул Бугай, вкладывая в рык свой приказ.
Лера тут же выстрелила руками и схватилась за мясо, а затем начала его жадно есть.
То, что он сейчас видел, вызвало у него новое чувство — расстройство. Ему печально было это видеть, но он не знал, что можно поделать…
Единственное, что приходило ему на ум: кормить её исключительно человеческим мясом, с как можно более высоким уровне, в надежде на иной исход.
Настала пора ужинать самому. Отдав все куски человечины Лере, он сходил на кухню за столовыми приборами, взял бутылку водки и стакан.
Усевшись за стол, он начал есть. Была надежда, что водка вызовет хоть какие-то вкусовые ощущения. Пригубив из рюмки, Бугай начал гонять жидкость по рту, она отдавалась какими-то отдалённо знакомыми ощущениями, неприятными, но ощущениями. Это его обрадовало. Он допил содержимое рюмки и начал есть мясо, аккуратно нарезая его острым ножом. Старые воспоминания говорили ему, что так еда лучше усваивается и организм извлекает из неё больше пользы, так как ему требуется куда меньше усилий для её переработки.
Лера сидела у дивана и пристально смотрела на Бугая.
— Дочь, — произнёс он. — Я — папа.
Никакой реакции.
— Сиди здесь, — велел он ей. — Еда будет.
Окровавленная школьная форма требовала замены, но Бугай решил отложить это на потом, когда она станет разумнее. Или это вообще не будет иметь никакого смысла.