Доктор и Апокалипсис: Бугай (СИ)

Подхватив тело с раздавленной грудью, он двинулся назад, по пути подняв также тело азиата.
Оставляя кровавый шлейф, он вернулся к дочери, которая всё так же лежала на полу. Ярость схлынула и появился страх. Бугай отпустил тела и кинулся к дочери. Осторожно подняв её голову, он посмотрел ей в лицо.
Лера медленно открыла глаза и уставилась на Бугая.
— Папа? — спросила она.
— Да, это я, доча, — заговорил Бугай. — Ничего не болит? Как ты себя чувствуешь?
— Ничего не болит, — ответила Лера, пытаясь приподняться.
Бугай осмотрел её голову. От удара прикладом кожа на затылке Леры лопнула и повисла лоскутом, но череп не был повреждён. Она зашевелилась и попыталась подползти к ближайшему телу. Бугай не стал ей мешать, более того, подтащил труп азиата поближе.
Ранения, полученные в ходе расстрела из автоматов, требовали восстановления, поэтому Бугай достал из кармана складной нож и посмотрел сначала на свои многочисленные раны, а затем на труп в сером дождевике…
Спустя минут сорок, когда застрявшие пули были извлечены, а плоть поглощена, настала очередь очков навыков и способностей, полученных за обретённые уровни.
Суммарно он получил двадцать три тысячи единиц опыта, что подняло его уровень до сорокового.
«Путь: Инфильтрационный» инициирован на 9/20
У него имелось 50 очков навыков и 5 очков способностей. Все без исключения очки навыков он решил вложить в «Холодное оружие», что, собственно и сделал.
Тягучее воспоминание бросило его в странное место: покрытое выгоревшей чёрной травой поле, где имелись мишени, манекены, какие-то мешки, а также один-единственный человек. Или не человек. Сразу сказать было сложно, но затем он приблизился и открыл взору Бугая свой облик: высушенная мумия в поддоспешнике.
— Приступаем! — выхватил сушёный человек меч из ножен. — Для начала испанская школа!
Вечность. Будучи бесконечно резанным, рубленным, заколотым, Бугай испытывал на себе всю гамму неприятных ощущений, которые может доставить холодное оружие. В родном мире он снова упал на пол канализационной шахты, но тут его прокалывали копьями, он пытался защищаться, было по-настоящему больно, но он ничего не мог с собой поделать.
Росла сложность, но закреплялись навыки. Бугай сомневался, что когда-нибудь появится потребность искать способ пробития толстой пуленепробиваемой кирасы, но тренер считал иначе. Также Бугай сомневался, что будет когда-нибудь стрелять из осадного скорпиона или из баллисты, но его мнения никто не спрашивал. Все знания плотно, через боль и страдания, накрепко оседали в его мозге.
Наконец, мучительные годы колюще-режуще-дробящего безумия спустя, Бугай вернулся в канализацию. Он поднялся на ноги. Прошли секунды реального времени.
Очки способностей применить, помимо «Бармаглотоцида» некуда, всё заблокировано. Но он не отчаивался, потому что понимал, что при инициации Пути он будет сильно походить на человека. Причём чем дальше продвинется по нему, тем сильнее будет походить, вплоть до полного соответствия.
Пока же он вложил два очка навыков в «Бармаглотоцид».
«Бармаглотоцид» — при использовании меча с щитом +90 % к скорости нанесения ударов мечом и эффективности блокирования щитом. Точность орудования мечом и щитом увеличивается в два раза.
Одежда пришла в полную негодность: пиджак и рубашка чем-то напоминали решето, мало того, их залило кровью и заляпало различными канализационными жидкостями.
— Пап, у тебя на плече туалетная бумага… — ткнула в него пальцем Лера. — Б-у-э-э…
Снова чёрная жижа, как и в прошлый раз. Бугай привёл себя в относительный порядок, экипировался дополнительными магазинами к АК74 и вооружился относительно целым образцом, а затем терпеливо дождался, пока дочь проблюётся.
— Можешь идти? — спросил он для проформы.
— Могу, — кивнула Лера.
— Это не последние обитатели канализации, пойдём дальше, но держись за мной, — Бугай взвёл затвор своего автомата.
 
У Леры нет никаких навыков, только характеристики и способности. То есть оружием она как по мановению волшебной палочки лучше владеть не станет, поэтому ей придётся в самом деле учиться всему с самых азов.
Тем не менее, она была вооружена, хоть Бугай и видел, что её навыки стрельбы заключаются в бессмысленном поливании пространства спереди пулями до полного исчерпания магазина. Это накладывает некоторые ограничения на её боевую эффективность. Впрочем, он и так понимал, что преимущества Леры заключаются не в этом. В будущем будет больше ясности, ей надо просто правильно питаться и убивать.
Уцелевшие после кровавого пиршества тела были оттащены в технический тупичок, где закрыты за металлической дверью. Когда они закончат тут все дела, придёт их время.
Подсвечивая дорогу для Леры фонариком, Бугай двигался вперёд, держа автомат наготове. Впереди их ждала жилая часть канализации, которую так яростно защищали ныне покойные бедолаги.
Эти совсем вроде бы не бомжи устроили здесь настоящий притон для бомжей: натаскали фанеры и собрали кое-как держащиеся короба с матрасами, столы и стулья из пустых фанерных ящиков, пищу хранили в таких же коробах, электроснабжение производилось с помощью десятков аккумуляторов, к которым были подсоединены десятки светодиодных лампочек максимум на 12 Ватт. Достаточно ярко, но многое говорит об их организованности. Даже не совсем живой Бугай в первые же дни умудрился обеспечить надёжное энергоснабжение своей квартиры с помощью электрогенератора, а тут аккумуляторы…
Шорох, Бугай навёл в ту сторону автомат. Испуганный мужской вскрик, а затем выстрел. Бугай выстрелил в ответ.
Дробь выбила ему левую руку, скорее всего, с переломами, ещё и мясо содрала, а вот стрелок лишился половины затылка.
+2500 единиц опыта
Поморщившись от так не к месту активировавшихся болевых ощущений, Бугай подошёл к мёртвому телу и ногой оттолкнул выпавшую из его рук ТОЗ-54.
Лера ничего не говорила, лишь выглядывала из-за его спины, глядя на растекающиеся по полу мозги с кровью.
Процесс регенерации повреждений шёл полным ходом, Бугай это чувствовал. Пока есть мясо — есть регенерация. Причём однозначно установлено, что конкурентское мясо подходит хуже. Неинфицированная плоть же восстанавливает повреждения феноменально быстро. Правда, «сгорает» эта плоть точно так же быстро…
Бугай пошёл дальше.
Где-то вдалеке раздавался звук, напоминающий позвякивание цепей. В целом картина происходящего ему была отчётливо видна: выжившие бежали, прихватив с собой всё ценное, а кто-то прикованный цепями остался.
— Сядь за эту штуку и сиди тихо, — Бугай указал дочери на выкрашенный в синее фекальный насос.
— Нет, я пойду с тобой, — заупрямилась Лера.
— Это опасно, — вздохнул Бугай.
— Я пойду с тобой, — стояла на своём дочь.
— Ладно, — уступил Бугай. — Но держись строго за спиной.
Впереди был поворот осушенного местными обитателями канала, за которым начинались настоящие постройки. Строили местные из оцинкованного профлиста, вездесущей фанеры, кирпича и всего, что попадётся под руку.
Тишина и запустение. Выжившие либо сбежали, либо затаились и ждут удобного момента для атаки.
Бугай замер и прислушался. Барабанные перепонки сильно страдали от близкой стрельбы, но сейчас функционировали без сбоев, так как регенерация сказала своё веское слово. К сожалению, глаза это почему-то касалось не сильно. Нет, он растёт, медленно увеличивается в размерах и Бугай им даже что-то видит, но в том-то и дело, что «медленно» и «что-то».
 
Снова звяканье цепей.
— Тихо, сука… — прошептал кто-то на одиннадцать часов от Бугая.
Медленно пригнувшись, он начал движение в сторону голоса. Цепь вновь зазвякала.
— Тихо, я сказал… — угрожающим тоном повторил приказ сдавленный мужской голос. — Когда всё закончится, выебу тебя палкой…