Правитель (ЛП)

— Все, что у меня есть, — это пьяный, влюбленный брат, который не может забыть женщину. Ты посмешище, чувак, и из-за тебя я выгляжу слабым. — Я бросил ему последние слова с обвинением, и он сделал шаг назад, как будто получил физический удар. Я был рад этому. По крайней мере, это означало, что он услышал меня.
— Я знаю… — сказал я, положив одну руку на бедро, а другой указывая на него: —…что где-то под этой пропитанной алкоголем жалостью к себе, которой ты предавался последние месяцы, скрывается сильный, храбрый воин. И я хочу, чтобы мой брат вернулся.
— Я здесь, — простонал он.
— Тогда покажи это мне. — Я снова толкнул его. — Перестань притворяться спящей-гребаной-красавицей. Больше не прячься в своей постели. Мне нужно, чтобы ты управлял этой страной вместе со мной.
Его голова упала, и боль от того, что я видел моего сильного брата с опущенными плечами, униженным и сломленным вот так, заставила меня захотеть, черт возьми, заорать от отчаяния.
— Ты нужен мне, Магни, — взмолился я, и мой нос дернулся от эмоций. — Ты, черт возьми, нужен мне, брат. — Мой голос сорвался, когда я произнес последние слова и столкнул наши лбы друг с другом. Меня не волновало, что у него плохо пахло изо рта после многочасового сна или что он был голый. Магни видел меня в самом худшем состоянии и поддержал меня, когда наш отец чуть не сломал меня в детстве. Он был рядом со мной в аду, когда меня учили быть безжалостным правителем, и если бы не он, я, вероятно, сошел бы с ума.
— Вернись ко мне, — повторил я грубым шепотом.
Его грудь вздымалась, и из него вырвался хриплый звук душераздирающего горя.
— Помнишь, как ты сразился с тем подонком Нилом, который пытался ударить меня ножом в спину? — сказал я, мой голос был хриплым от эмоций.
— Магни… — я сжал его затылок, все еще стоя лоб в лоб. — Ты, бл*ть, спас мне жизнь, чувак, ты помнишь? Вернись ко мне.
Его рука поднялась, чтобы схватить меня за плечо, и его влажные глаза, наконец, встретились с моими.
— Я помню, и я все еще здесь.
— Хорошо. — Мне так много хотелось сказать, но от облегчения мое горло горело от непролитых слез, и мы были мужчинами, а не слабаками, поэтому некоторое время мы просто стояли там, тяжело дыша и держась друг за друга.
— Я хочу помочь, — наконец сказал он, и маленькая искорка в его глазах дала мне надежду, что он сможет выкарабкаться.
— Тогда готовься, мы летим на восточное побережье, чтобы поохотиться на троллей. У них есть действительно уродливый парень по имени Эдвард, которого я очень хочу убить.
— Когда мы отправляемся? — спросил он, и мы отстранились друг от друга, выпрямляясь.
— Завтра утром, так что больше не пей. Мне нужен ты с острым умом, и есть вещи, которые нам нужно обсудить, и стратегии, которые нам нужно доработать.
— Дай мне час, и я встречусь с тобой в твоем офисе.
— Спасибо, — сказал я. — И, ради бога, почисти зубы, чувак, я думаю, у тебя что-то умерло во рту или что-то в этом роде.
Я не должен был удивляться, когда Магни быстро обнял меня за шею и открыл рот, чтобы тяжело дышать мне в лицо.
— Ты гребаный придурок. — Я ухмыльнулся и покрутил его сосок, чтобы заставить его отпустить меня. Да, мой брат вернулся, и мне это нравилось.
В течение нескольких дней я чувствовал себя застрявшим, и теперь, когда я готовился встретиться лицом к лицу со своими врагами, энергия придала мне сил сбежать вниз по лестнице и сразу же найти Перл в своей комнате.
— Я решил, что пришло время убраться из дома, — воскликнул я.
Перл оторвала взгляд от своей книги, и вместо того, чтобы обрадоваться этой новости, ее лицо вытянулось.
— Так кто же тогда будет моим новым защитником?
Я придвинулся к ней поближе и сел на край стола перед ней, снедаемый любопытством.
— Ты бы хотела нового защитника?
— Может быть, это Арчер? — спросила она, и это заставило меня медленно втянуть воздух, расширяя ноздри и поджимая губы.
— У Арчера есть работа, — фыркнул я.
— У тебя тоже. Вот почему ты больше не хочешь, чтобы я была твоим бременем.
 
Я напрягся, подозрение покалывало в задней части моей шеи.
— Мое бремя? — спросил я. Я использовал это слово, когда разговаривал с Боулдером. Неужели он сдал меня? Нет, наверное, просто доверился Кристине, думая, что может ей доверять. Гребаный дурак.
— Вот кто я для тебя, не так ли? Обуза? — спросила Перл, и когда я не ответил, она продолжила. — Что случилось с тем, чтобы сказать правду? Разве не ты сам говорил, что ценишь честность выше вежливости?
— Ты не получишь Арчера в качестве своего защитника, но если он тебе так нравится, я могу организовать турнир, и ты сможешь выйти за него замуж.
— Нет, — воскликнула она высоким голосом. — Я ни за кого не выйду замуж.
Я не знаю, что бы я сделал, если бы она согласилась. Вероятно, разбрасывал вещи вокруг и избил Арчера до синяков.
— Тогда позволь мне спросить тебя вот о чем, — сказал я, заставляя себя смотреть в лицо неизбежному. — Если бы тебе пришлось выбирать между мной и им, кого бы ты выбрала?
— Как моего защитника? — она спросила.
— Как твоего мужа.
Перл отложила книгу и, моргая, посмотрела на меня.
— Мне не нужен муж.
— Я или Арчер, — парировал я, пригвоздив ее своей ревностью.
— Я не буду отвечать на этот вопрос.
— Я или он, Перл, — сказал я и наклонился ближе. — Это простой вопрос, и ты любишь мысленные эксперименты, не так ли?
Перл прищурила глаза, прежде чем, наконец, ответить.
— Тогда прекрасно! Гипотетически говоря, если бы я должна была выйти замуж за одного из вас, я думаю, я бы выбрала…
— Да? — сказал я, мое сердце быстро колотилось в груди.
— Тебя. Я бы, наверное, выбрала тебя.
— Почему? — удивленно спросил я.
Перл немного поерзала на своем сиденье и облизнула губы, как делала это очень часто.
— Потому что у нас много общего.
— Например, что?
— Мы оба любим играть в шахматы, — начала она. — И мы оба понимаем ответственность за принятие трудных решений, затрагивающих миллионы людей.
— И? — спросил я, заинтригованный.
— И мы оба умны и отлично разбираемся в стратегии.
— Ты бы выбрала меня из-за моего мозга? — спросил я и откинулся назад, положив руки на стол, на котором сидел.
— Угу, но ты сказал, что никогда не участвуешь в турнирах, — заметила Перл.
— Я сказал, что пока не учувствовал, — поправил я ее.
— Почему?
— Потому что это было бы несправедливо по отношению к другим участникам.
— Но у них был бы хороший шанс убить тебя.
— Да, — засмеялся я. — Но я не беспокоюсь об этом. Я великий боец. Я бы пробился в финальную пятерку чемпионов.
Перл наклонила голову и изучала меня.
— О… — выдохнула она. — Я понимаю.
— Что ты понимаешь? — спросил я, теперь в гораздо лучшем настроении, чем раньше.
— Ты не так сильно боишься умереть, как боишься быть отвергнутым из-за другого мужчины.
— Не будь смешной. — Я усмехнулся. — Каждая женщина из Северных земель выбрала бы меня, если бы могла.
— Тогда почему ты не участвовал? Почему у твоего брата есть жена, а у тебя нет? — У Перл было то пытливое выражение в глазах, которое появлялось, когда она на что-то натыкалась.
Я пожал плечами, делая вид, что мне наскучила эта тема.
— Я сделаю это, скоро. Когда подходящая женщина будет готова к браку.
Перл подняла лицо, выглядя царственно из-за того, как она сидела с прямой спиной и поднятым подбородком.
— А если бы я была призом, ты бы тогда соревновался?
Медленная улыбка расползлась по моему лицу, когда я подумал о ее глупости из-за того, что она сделала себя уязвимой передо мной этим вопросом. О, так много грубых ответов пришло мне в голову, но что-то заставило меня придерживаться правды.
— Если бы ты была призом… — сказал я и пересел, чтобы сесть рядом с ней. — Я бы сражался, как и каждый мужчина в этом королевстве.
Мы улыбнулись друг другу, встретившись взглядами и разделив один из тех драгоценных моментов, когда меня ничто не беспокоило, и я полностью был поглощён собеседником.