Неофит

Еще один мужчина продолжал смотреть на Флетчера, тот, что сидел позади трех бродяг. Он выглядел симпатичным, но и устрашающим, его лицо, будто высеченное из камня, было изуродовано шрамом от середины правой брови и до самого уголка рта, прерывающимся лишь молочно-белым глазом. У него были тонкие усы и вьющиеся черные волосы, стянутые узлом у шеи. Судя по форме, это какой-то офицер. Длинная синяя шинель с красными отворотами и золотыми пуговицами. На стойке бара перед ним лежала черная треуголка.
Флетчер подвинулся подальше и натянул капюшон. Демон поежился и заворчал ему в ухо, явно недовольный тем, что его так долго держат в темноте. Капюшон хорошо помогал прятать его, а еще он поднял ворот рубашки, но взгляд офицера сильно беспокоил Флетчера.
Быстро заглотав остатки похлебки, Флетчер убрал полагавшийся к ней хлеб в карман. Может, лучше будет остановиться в другом трактире, подальше от тех, кто видел размер и вес его кошеля.
Выйдя на улицу, он спешно побежал прочь, поглядывая через плечо, но, похоже, никто его не преследовал. Расслабившись, он перешел с легкого бега на шаг, продолжая думать о том, как бы найти другой трактир. Приближался закат, и ему совершенно не хотелось спать под дверью.
Он с восхищением поглядывал на дома, некоторые – целых четыре этажа в высоту. Практически в каждом на первом этаже была лавка, и в них продавалась всякая всячина. У Флетчера так и чесались руки еще раз достать кошель.
Краснолицые мясники, развесившие ожерелья колбасок, с руками по локоть в крови, разделывающие мясо на куски. Столяр, шлифующий ножку стула, украшенную причудливой резьбой в виде обвитого плющом дерева. Манящий запах одеколона из парфюмерной лавки, стеклянные полки, заставленные изящными цветными флаконами.
Он отшатнулся в сторону, когда у лавки внезапно остановился экипаж, из которого вышли две хихикающие девушки, с завитыми волосами и губами, накрашенными в цвет лепестков роз. Они пошли в парфюмерную лавку, шурша оборчатыми юбками. Флетчер стоял, разинув рот. А потом ухмыльнулся и покачал головой.
– Они не для таких, как ты, Флетчер, – тихо сказал он сам себе и пошел дальше.
Его взгляд привлек блеск металла. Оружейная лавка сверкала разнообразными копьями, секирами и мечами, но привлекли Флетчера не они. А огнестрельное оружие, выставленное в обитых бархатом полках на стойке перед лавкой. Резные приклады и рукояти, выкрашенные в красный, стволы с гравировкой в виде скачущих лошадей.
– Сколько? – спросил он у продавца, не отрывая взгляда от красивейшей пары дуэльных пистолетов.
– Тебе не по карману, парень. Это оружие для офицеров. Но прекрасные, правда? – раздался низкий голос.
Подняв взгляд, Флетчер удивленно моргнул. Перед ним был гном, в этом он был уверен. Стоял на длинной скамье, так, что его голова была на одном уровне с лицом Флетчера. Без этого он был бы ростом чуть выше, чем по пояс Флетчеру.
– Конечно, надо понимать. Никогда таких красивых не видел. Ты их делаешь? – спросил Флетчер, стараясь не таращиться на гнома слишком откровенно. За пределами Корсилума гномов видели редко, а для Флетчера это была первая такая встреча.
– Нет, я просто продавец, пока подмастерьем работаю. Может, когда-нибудь, – с тоской сказал гном.
Флетчер удивился тому, что этот гном может быть подмастерьем. Со своей густой бородой и бакенбардами он выглядел слишком взрослым для этого. Цветом борода напомнила ему бороду Бердона, но ее пряди были намного длиннее и гуще, заплетенные в косички и украшенные бусинами. Волосы у гнома тоже были длинные, завязанные в конский хвост кожаным ремешком и свисающие ему до середины спины.
– Твои хозяева не ищут подмастерьев? Я немало поработал в кузне, может, пригожусь, – с надеждой сказал Флетчер. В конце концов, что еще ему делать, чтобы заработать денег в городе, где все так дорого?
Гном поглядел на Флетчера, как на дурака, но потом его лицо смягчилось.
– Ты ведь нездешний, да? – с печальной улыбкой спросил гном. Флетчер мотнул головой.
– Мы не берем к себе людей и не станем, пока не получим равные с ними права и пока храним секрет изготовления ружей. Ничего личного. Ты, похоже, хороший парень, – добродушно сказал гном. – Лучше сходи в другую кузню, не гномскую, хотя здесь таких мало. Они тоже без работы не сидят, многие солдаты отказываются покупать оружие у гномов. Но я слышал, что они сейчас подмастерьев не берут, желающих слишком много.
 
У Флетчера упало сердце. Он ничего не умел, кроме кузнечного дела, и был уже слишком взрослым, чтобы идти подмастерьем в другую профессию. Лесов рядом с городом нет, чтобы охотиться, если не считать джунгли на орочьем фронте.
– А в каких правах вам отказывают? Я слышал, что король в прошлом году дал вам право служить в армии, – сказал он, пытаясь скрыть разочарование.
– Много в каких. Закон устанавливает, сколько у нас может быть детей за год, это самое оскорбительное. Что же до службы в армии, точно, это шаг в нужном направлении. Король хороший человек, но он знает, что люди нам не доверяют, особенно – военные, из-за гномьего восстания, случившегося восемьдесят с лишним лет назад. Считают, что, когда мы докажем свою верность, пролив кровь вместе с солдатами короля, тот пересмотрит и другие законы, давая нам права граждан. Но пока что все так, как есть.
В голосе гнома зазвучал скрываемый гнев, и он отвернулся и принялся рыться в ящике, чтобы скрыть свои чувства.
Флетчер вспомнил, с каким презрением отзывались жители Пелта о законе, позволившем гномам служить в армии Хоминума. Яков шутил, что гномы ему едва яйца заденут, если у него между ног пройдут. Однако крепкие руки гнома были в толщину, как бедро обычного человека, а низкий гулкий голос исходил из широкой, как бочка, грудной клетки. Если бы Яков схватился с этим гномом, Флетчер бы не сомневался, на кого ставить. Из гномов могут получиться грозные союзники.
– Не знаешь, где здесь можно остановиться, подешевле и побезопаснее? Ты уже понял, похоже, что я новичок в городе, – сказал Флетчер, меняя тему.
Гном повернулся к нему и протянул руку. И сразу же накрыл другой рукой, пока никто не увидел.
– Вот что я знаю. Недалеко есть заведение. Трактир, где нормально относятся к гномам. Может, там тебе кто-нибудь и работу найдет. Скажи, что тебя прислал Атол. Третий поворот направо, по этой улице, не ошибешься.
Ободряюще улыбнувшись, гном повернулся к другому покупателю. У Флетчера в руке остался квадратик бумаги со штампом в виде наковальни. Улыбнувшись, он пошел туда, куда показал гном, но потом вспомнил, что забыл поблагодарить его.
Но, развернувшись, оказался лицом к лицу с оборванцами из трактира. Те просияли, узнав его. Начали угрожающе надвигаться, и Флетчер побежал, понимая, что сейчас его деньги нужны ему больше, чем когда-либо. Люди гневно глядели на него, когда он принялся проталкиваться через толпу, и даже получил затрещину в ухо, столкнувшись с хорошо одетым мужчиной, сопровождавшим юную госпожу.
Он уже почти добежал до нужного поворота, как вдруг улицу впереди перегородили два экипажа. Лошади били копытами и ржали, кучера орали друг на друга. Проклиная невезение, Флетчер свернул в переулок и, тяжело дыша, побежал дальше. Здесь хоть толпы нет, подумал он. В переулке никого не было, а лавки уже закрылись. И вдруг он остановился. Сердце колотилось в груди. Это оказался тупик.
  
Глава 16
 
Пока грабители догоняли его, Флетчер не терял времени и посадил демона себе на плечо. Тот вцепился когтями в кожаную куртку, ощущая нервозность хозяина.
– Будь готов, малыш, думаю, сейчас будет скверно, – тихо сказал Флетчер, накладывая стрелу на тетиву и становясь на колено, чтобы лучше прицелиться. Грабители выбежали из-за угла и резко остановились, уставившись на него.
– Назад, или всажу тебе стрелу в глаз. Совесть не замучит, если карманника пристрелю, – крикнул Флетчер, наводя стрелу на самого здорового из троих. Тот улыбнулся, обнажив желтые зубы.