Обещал жениться
Не желая оставлять любимого человека без надежды иметь ребёнка, Нина задумала бежать от мужа, освободить его. Тем более, что стала постоянно болеть простудными заболеваниями, аллергией, не давало покоя горло, ну, и сердце, конечно.
Стала думать – куда переехать? Было несколько вариантов, но знакомая врач посоветовала ехать… в Северный Казахстан – там, мол, здоровый климат, меньше будет болеть. Тем более, что у Нины в тех краях уже жила родная сестра Аня. Так она и сделала – приехала в Петропавловск.
Два раза приезжал за ней Виталий, уговаривал вернуться. Потом как-то по весне он там, у себя, съехал в горную речку помыть машину. Помыл, но навсегда застудил ноги, и приобрёл болезнь суставов. С морем пришлось проститься. Говорят, потом он всё-таки женился, но других сведений Нина Фёдоровна о нём не имеет – запретила знакомым сообщать о нём. Слишком больно было вспоминать о прошлом счастье.
Она стала работать в Петропавловске также на «скорой», потом – на заводе Ленина при медпункте. И хоть поклонников было море – а я забыла сказать, что Нина Фёдоровна и сейчас хранит следы былой красоты – о замужестве она больше не мечтала. Вот так из-за ложного вызова «скорой» вся жизнь человека пошла насмарку… А если проанализировать, то наверняка у множества людей какой-нибудь незначительный факт меняет жизнь кому-то в лучшую сторону, кому-то – наоборот…
А вот у сестры Анны Фёдоровны всё сложилось удачно. Она тоже всю жизнь имела отношение к медицине – была хирургической сестрой в Третьей Городской больнице, затем работала в медпункте на ТЭЦ. И сейчас она живёт с мужем, хоть ей уже восемьдесят лет. Выросли два прекрасных сына Александр и Сергей, растут внуки и правнуки. Нина Фёдоровна младше сестры на три года. Племянники, которых она помогала растить и которых знакомые принимали порой за её сыновей, тоже не забывают, помогают при случае.
А лечит она теперь только своего кота Степана, которому уже семнадцать лет, и который очень нуждается в квалифицированной медицинской помощи – у него болезнь почек. Вместе стареют, вместе болеют, вместе радуются каждому новому дню. Обе сестры большие энтузиастки цветоводства, и работу с землёй не бросают.
Вы обязательно встретите Нину Фёдоровну около магазина Океан – у неё самые красивые тюльпаны и гладиолусы.
– А что же – того забулдыгу, из-за которого вся жизнь у вас пошла насмарку, наказали? – спросила я Нину Фёдоровну с которой знакома много лет.
– Как же, наказали! Заставили заплатить ГОСУДАРСТВУ тридцать рублей штрафа… – ответила Нина Фёдоровна Воронина иронически.
На этом я и хотела закончить свой рассказ. Но вчера позвонила поздравить Нину Фёдоровну с Международным Днём медсестры, спросила её о здоровье, и вот что узнала. Ночью ей было очень плохо, пульс – сто двадцать, но она справлялась своими средствами до утра, и только тогда вызвала «скорую». Приехала кардиобригада, медсёстры замерили давление, сделали нужные уколы, сняли кардиограмму, а фельдшер… даже не подошёл. Большая величина – ФЕЛЬДШЕР!
А медсёстрам, действительно, СЛАВА!
Послушный муж
«Муж жене отец, жена мужу венец»
– Как это вы умудрились прожить с мужем пятьдесят семь лет? – спросила я свою собеседницу.
– Легко! Он был послушным… – ответила хозяйка квартиры. Я зашла отдать ей несколько фотографий.
– Раньше мы частенько встречались на разных городских мероприятиях, а теперь вас не видно, – говорю ей. – Вот уже несколько лет ношу ваши снимки…
– Так я же едва хожу, ведь мне восемьдесят лет!
– А где же муж?
– Пошёл в баню. Он ещё и в бассейн ходит! А старше меня на четыре года!
– Знаю вас почти всю жизнь, а мужа никогда не видела. Хотела бы на него посмотреть, покажите его хоть на фотографии, – говорю.
С трудом поднявшись, она взяла из шкафа с книгами пачку фотографий, и показала:
– Вот он.
– Некрасивый… – говорю. – А как вы с ним встретились?
– Я сама родом из деревни, приехала в город, устроилась продавцом, стала жить на квартире. Однажды подруга говорит: «Пойдём в гости к моему дяде». Пошли. Смотрю – дом у её дяди хороший! За телестудией на косогоре и сейчас стоит. А сын один, работает слесарем на заводе имени Куйбышева. Парню под тридцать, да и мне уже двадцать пять…
– Я не удивляюсь, что он в вас влюбился, вы – настоящая красавица! Всегда были, и даже сейчас. А вот как он вам понравился? Не то, что обыкновенный – даже некрасивый парень!
– Это ничего. К тому времени я уже поняла, что не на красоту надо смотреть, а хороший ли человек, какой у него характер? Мы сначала у его родителей жили полтора года, сын родился. Потом – отдельно.
– Я знаю, что вы – человек властный. Наверное, упражнялись и над мужем, и над сыном, и над его родителями?
– И что в этом плохого? У меня хорошо шла карьера, я работала и училась, большим человеком стала! И дома всё хорошо. А сейчас я просто счастлива, и не устаю бога благодарить, что послал мне доброго человека. Раньше муж кроме работы всё по дому делал, за ребёнком ухаживал. Бывает, посмотришь, а он стирает, сидит с иголкой – что-то подшивает сыну или нам ремонтирует одежду. Я приходила поздно… Сейчас же я и вообще без него – как без рук, без ног.
– А я думаю – пойду, посмотрю, как живут большие люди, узнаю, как начальниками становятся? У вас довольно скромно, и очень чисто. Ишь, ковёр светлый, а такой ухоженный…
– Так это муж всё по-прежнему и делает! С утра каждый день всё приведёт в порядок, пропылесосит, сотрёт пыль, приготовит. Я с ним – как у Христа за пазухой!
– А сын хорошим ли человеком вырос?
– Да, он живёт и работает в Сургуте, имеет семью, сына. Как-то звонит, говорит, что плохой сон видел, и за меня сильно беспокоится. Почувствовал! Мне и правда, операцию на щитовидке делали, но мы ему не говорили. К тому времени всё уже обошлось, и мы признались. Может быть, я и была очень властной, но прошу бога, чтобы он призвал меня раньше, чем мужа…
Некрасивая невестка
«Красота приглядится, а щи не прихлебаются»
Это у Веры Васильевны был второй блин, и он опять получился комом – первая девочка от неудачного брака родилась хромой, а второй сын, Юра, от случайного знакомства с каким-то пьющим ветеринаром, словно недоношенный – маленький. Тогда она жила в Узбекистане. Когда сын подрос, оказалось ещё – и заика. Говорить, как все заики, любил, а послушать было нечего – городил чёрт те что. При этом дураком не был. И уже с четырнадцати лет был замечен в приверженности к алкоголю…
Потом Вера Васильевна переехала, стала жить в Петропавловске. В личной жизни, как вы уже поняли, ей не везло, а вот карьерный рост наметился нешуточный – была она величиной в шестидесятые годы в нашем областном центре, вторым по значимости лицом в городе Петропавловске, важным и умным человеком! И ещё красивой женщиной.
К тому времени ей, наконец, повезло и с мужчиной. Жил в нашем городе с некоторых пор ссыльный из Москвы – Борис Викторович Сенаторов. При Сталине весь их курс из МГИМО по окончании – пятнадцать человек – за просто так был осуждён и сослан, наверное, за знание иных языков. Когда сталинщина и бериевщина кончились, его реабилитировали, и Борис с Верой Сенаторовы уехали в Москву.
Борису Викторовичу вернули шикарную родительскую квартиру на Котельнической набережной, определили на хорошую работу. Кадров не хватало, и он возглавил один из университетов. Хромая дочь Веры Васильевны стала жить с ними, а Юрку оставили с бабушкой, в Петропавловске.
Своих детей Вера Васильевна нежно любила, и когда сын влюбился в простую хохлушку, недавно приехавшую с Украины, здоровую, работящую, но некрасивую, очень порицала увлечение сына. И, даже редко бывая в Петропавловске, умудрялась вставлять шпильки в их отношения.