Золотая Кровь (СИ)
Наконец, впереди я заметил обрыв!
Меня выбросило из тоннеля, и я полетел в неизвестность, вытаскивая зайфон и в спешке подсвечивая пространство под собой. Мерзкий визг резанул по ушам. Гули! В свете фонарика я увидел просторную пещеру с высокими стенами. Здесь было десятка три гулей. Почти все безглазые, но были и другие — с костяным гребнем, тянущимся от середины лба к шее. В центре толпы возвышался самый крупный гуль — с двумя гребнями, которые начинались из области отсутствующих глаз и шли по голове до шеи.
Всё это заняло секунду-две. Когда я увидел гуля с двумя костяными гребнями, мои внутренности похолодели. Два! Очень опасный противник! Я мазнул фонариком по стене, к которой летел вперёд ногами. Прямо под ней, в полу, темнел проход тоннеля.
Гули не успели ничего предпринять — я двумя ногами врезался в стену, а затем провернулся всем корпусом и с силой оттолкнулся, выпуская из стоп ударную порцию чакры. Всё вокруг превратилось в смазанное пятно, и я, разворачиваясь спиной и прикрывая затылок руками, влетел головой вниз в тоннель. Лопатки врезались в скользкую стену, и меня на бешеной скорости понесло по узкому коридору. Позади раздался громоподобный рёв, который вскоре затих вдали, — я быстро отдалялся от пещеры.
От удара из меня вышибло дух, лёгкие обдало огнём. Голова кружилась из-за чакропотери, за шиворот набивалась слизь. На пару секунд я отключился.
Арчи! Очнись, не время!
Громкий голос Алисы заставил меня поморщиться. Я с трудом вернулся в сознание, продолжая скользить по тоннелю. Просто чудом не выронил зайфон.
Слишком опасно оставаться в таком положении, — сосредоточенно произнесла Алиса.
Я и сам прекрасно это понимал. Если сейчас вылечу головой вперёд в пещеру с гулями — мне конец. Я попытался пальцами рук и стопами замедлить движение, но ничего не получилось. Использовать узор Укрепления Тела я не мог — чакры не хватит даже на активацию. Оставался единственный вариант.
Я напитал правую руку чакрой и вынул хаси. Скорее всего, он сломается, если я воткну его в тоннель, но другого выхода не было.
Я не успел осуществить свой план. Твёрдая поверхность под спиной исчезла, вокруг заметно посветлело. Чёрт! Я быстро направил остатки чакры на укрепление тела и, пролетев метров пять, грохнулся на пол, прямо в груду белого порошка. Меня протащило метра два, прокрутило, и я, наконец, остановился.
Я лежал на спине и тяжело дышал, с трудом проталкивая пыльный воздух в лёгкие. Высоко надо мной светлел неровный потолок, полностью белый. Где я вообще?
— Кх-х, — меня скрутило в приступе кашля. Я крепко сжал челюсти, игнорируя адскую боль в груди. Нельзя шуметь! Место, где раньше было ребро, пульсировало невыносимой болью. Я был так напряжён, что, казалось, глаза вот-вот выскочат из орбит.
— Кх-х, — через мои плотно сжатые губы потекла кровь. Я кашлял, не открывая рта. Перед глазами потемнело.
Арчи, крепись! Я слышу посторонние звуки, постарайся вытерпеть, Арчи!
После слов Алисы я сдерживал кашель с двойным усердием и случайно прокусил щеку с внутренней стороны. Острый укол боли помог мне частично прийти в себя.
Приступ закончился резко, как и всегда. Я лежал на боку, глубоко вдыхал воздух вместе с кружащейся белой пылью и старался игнорировать боль в груди. Весь пол — во всяком случае та часть, которую я видел, — был покрыт слоем белого порошка. Чуть в стороне валялись кости. Много-много костей. И куда меня занесло? Я прислушался и уловил шуршание.
Попытался как можно бесшумнее перевернуться на спину. В пещере почему-то довольно светло, но мне некогда думать над источником света — всё внимание уходит на слух. Я тут знатно пошумел, ко мне могут пожаловать гости. Но… Вокруг стояла тишина, если не считать едва слышимые шорохи.
Я выдохнул, сплюнул кровь и прикрыл глаза. Как же хорошо! Всё тело ломит, но зато вокруг спокойно и тихо. Правда, запах не очень приятный — какой-то мёртвый, что ли.
Арчи, только не усни, — с укором сказала Алиса.
“Не усну”.
Я поднёс зайфон к глазам, сжимая его двумя руками, и включил экран. Так, мне написали Еспер и Эми. Чернокнижник спрашивал, не помер ли я ещё. Я набрал ему ответ.
[Арчи]: Всё хорошо, я в безопасности. Ты уже уехал в Новгород?
С предвкушением открыл сообщение Эми.
[Эми]: Ты в гульей яме? А разве тебе не рано? Ты же совсем недавно веником был. Расскажешь свою историю? Сегодня в обед пойду к Беловым, за служанкой.
Я глянул время — десять утра. Н-да. Всего часа четыре в гульей яме провёл, а, кажется, будто недели две тут ползаю, если не месяц. Так, Эми не одно сообщение написала.
[Эми]: Только не помри там. Иначе как я раскрою секрет исчезновения Ильи? Не верю, что ты его убил. Дядя Саша говорил, что ваша гулья яма довольно опасна. В ней водятся необычные виды гулей.
Я вспомнил гуля с двумя костяными гребнями на голове. Если я правильно понимаю, то его сила равна двуухому или двухглазому. И я ему не противник — сожрёт и не заметит. Интересно, а какие у него силы? Глазастые гули создают иллюзии и могут как-то влиять на мозг противника. Ушастые обладают поразительными рефлексами и скоростью. А гули с гребешками?
Последнее сообщение от Эми выглядело так:
[Эми]: Ты там живой?
Двадцать минут назад написала. Я улыбнулся. Набрал ответ:
[Арчи]: Пока живой. Держи в курсе событий о Милане.
Я отправил сообщение и задумался. Хотелось написать что-то смешное.
[Арчи]: А гульи ушки ничего так, если пожарить. Советую.
Я впился зубами в правое предплечье, чтобы не засмеяться. На непонятной глубине под землёй, окружённый костями, едва не выкашлявший пять минут назад свои полусгнившие лёгкие, я лежал и сдерживал хохот. Когда меня отпустило, я спросил Алису:
“Я сошёл с ума?”
Нет, Арчи. Это своеобразный ответ твой психики на последние события. Просто откат, не переживай.
Это хорошо. Зайфон завибрировал.
[Эми]: Дурак.
Я улыбнулся. Ладно. Тело ломило уже не так сильно. Я с трудом сел и нашарил рукой кошель. Вынул оттуда пузырёк с таблетками, которые помогали организму восстановиться и прийти в норму. Именно такими меня когда-то накормил Илья. Злоупотреблять ими не стоило — принимать их следовало не больше двух раз в сутки.
Благодаря лекарству мне полегчало. Даже лёгкие, казалось, не так болели. Я встал и огляделся. Кости. Море костей, от маленьких до огромных.
— Гулье кладбище, — одними губами прошептал я. А потом до меня дошло, что это за белый порошок. Я усилием воли сдержал тошноту, зажал рукавом нос и осторожно пошёл к ближайшей стене. Слой костного порошка под ногами слабо хрустел, и это сильно напрягало. Вдруг гули услышат?
Где-то рядом раздался треск, и я замер. Осторожно вынул хаси, медленно посмотрел в ту сторону и увидел белую птичку, стоящую на вершине небольшой горы из костей. Присмотрелся и понял, что птичка не обычная, а костяная, и в её глазницах струится туман.
Я сделал шаг. Странное существо продолжало смотреть на меня, но не предпринимало никаких действий. Я продолжил идти к стене, не ослабляя бдительности. Если птичка полетит ко мне — убью её.
Кто-то крепко схватил меня за щиколотку. Я едва сдержал крик ужаса и отскочил, с хрустом что-то вырывая. Это была белая рука, пальцы которой продолжали цепляться за мою ногу. Птичка щёлкнула и взлетела. Я отступил на несколько шагов, волоча за собой оторванную руку и крепко сжимая хаси. Из-за страха мысли путались и я не понимал, кого атаковать первым.
Птичка ещё раз щёлкнула, и я резко поднял голову. Она нарезала надо мной круги. Прямо передо мной раздался хруст, и я вновь отскочил. Что вообще происходит?! Сердце стучало у горла, я рыскал глазами вокруг и не понимал, кто пытался поймать меня за ногу.
Арчи, справа и ниже, среди костей, — подсказала Алиса.
Я разглядел покрытого белым порошком гуля. Сморщенного, беззубого, с вырванной из плеча рукой. Он едва шевелился.