Дом, в котором горит свет (СИ)

Леша ухмыльнулся.
— Когда же ты поймешь…? — многозначительно спросил он и даже вздохнул с артистизмом. Что я должна понять, уточнять не стала.
Да, Леше нравится проводить время наедине со мной, даже если я буду молчать как рыба. По его мнению, быть рядом с нужным человеком — великая привилегия, которой он лишится через пару недель.
— Почему именно через пару недель? — удивилась я столь точным цифрам.
— Творческая командировка, — ответил Леша двумя словами, и все сразу стало понятно. Он сейчас готовит новый детектив о каком-то особо опасном маньяке, держащим в страхе весь небольшой провинциальный городок. И для того, чтобы образ главного злодея был наиболее натуральным и близким к реальности, молодому писателю предложили взять интервью у некоторых узников «Черного дельфина», которые в свое время проходили по подобным делам. К слову сказать, не каждому криминальному журналисту позволяют вступить на территорию самой закрытой тюрьмы нашей страны, где содержат приговоренных пожизненно заключенных. Но с чего вдруг такая привилегия досталась Невзорову — спрашивать не приходится. Талант везде пробьет дорогу, как говориться, а в таланте Леши сомневаться не приходится. Его книги раскупают с прилавком за считанные дни.
Теперь несколько месяцев мы с ним будем видеться разве что по скайпу. Может, и к лучшему? Эдакая проверка на прочность. И тут обухом по голове вопрос:
— Ждать будешь?
Я внутренне сжалась, замерев на полуслове. Никакого подтекста, никакой тактики — сразу с места в карьер. Обрадовавшись, что у меня появилось немного времени подумать над ответом, я выскочила из машины и направилась за Тошкой. За то время, что мы с ним живем в Москве — сын повзрослел. Вытянулся в росте и научился выговаривать все звуки. Никита, к сожалению, этого не видит. Точнее, видит, но не замечает. Да и как можно заметить какие-то изменения, общаясь с ребенком раз в месяц? И если первое время Тошка скучал по папе, то сейчас редко вспоминает о нем.
Видимо, у Ника все хорошо складывается. У него там своя жизнь, семья, в которой все наладилось…
  
3.3
 
— Ура! Мороженое! — отвлек меня от мыслей о бывшем муже Антон и побежал навстречу Невзорову, который держал в руках три эскимо. Леша не ожидал такого яркого проявления эмоций от ребенка, поэтому мороженое белым пятном расплылось по черной футболке. Тошка виновато посмотрел на парня, который залихватски подмигнул, передал стаканчики мне и одним движением стянул с себя футболку.
— Ну что, поехали? — хитро прищурился он. Тоша от радости подпрыгнул и положительно замахал головой.
— А… — я попыталась подобрать слова, — раздеваться обязательно?
— Я должен ехать в грязной майке? — ответил он вопросом на вопрос.
Леша снова повел плечами — характерное движение, и я невольно залюбовалась его телом. Смуглая кожа, рельефный торс, мышцы перекатываются при каждом движении… В голове невольно возникла мысль — каково ощущать это тело в постели? Изгибаться под ним, стонать… татушку на плече в виде черного перышка целовать.
Пока мой сын бежал к машине, Леша приобнял меня на ходу и шепотом спросил:
— Нравится?
Я затаила дыхание — этот писатель- что, мысли мои читает?
— Ты о чем? — переспросила как можно небрежнее. Не получилось — в последний момент голос почему-то дрогнул.
До моего дома доехали за полчаса, ни разу не попав в пробку. Переодеться Невзорову было не во что, поэтому весь путь он ехал с оголенным торсом. Столица хоть и не имеет специального дресс-кода, все же, в отличие от провинциальных городов, не приветствует подобного неглиже, но Лешу, видимо, этот факт ничуть не смущал. Пока мой ребенок воодушевленно рассказывал о том, какую невкусную кашу подают в детском саду, я с напряжением смотрела в окно, пытаясь перебороть непонятное волнение внутри. Да что же со мной такое?!
По всем законам жанра я должна была пригласить коллегу минимум на чашечку чая, а максимум — на ужин, но общаться с ним сегодня было выше моих — для собственного спокойствия. Парень, видимо, не разделял моего желания, поэтому, когда автомобиль остановился у подъезда, он вышел из машины и выразительно посмотрел на меня.
 
— Я хочу, чтобы ты постирала мне футболку, — заявил, даже не моргнув.
— Чего-о? — меня возмутила подобная наглость.
— Не могу же я ехать домой раздетым?
О как… То есть через весь город он проехал полуголым, как будто по квартире прошелся, а тут вдруг — не может…
Тошка запрыгнул на руки к парню, и мне не осталось ничего другого, кроме как согласиться. Отбиваться от Невзорова было бессмысленно.
И когда я закидывала в стиральную машинку Лешину футболку, он вдруг стал рядом и, впечатавшись в мое тело своим, накрыл своей рукой мою руку. Я напряглась, даже дыхание задержала, но изо всех сил старалась показать, что присутствие парня на меня никоим образом не действует.
— Отпусти, — я с трудом узнала свой дрогнувший голос.
— Может, хватит от меня бегать? — Леша мягко, но настойчиво повернул меня к себе. Я сложила руки на груди, чтобы между нами была хоть какая-то преграда, но это не помогло. Бахтин наклонился, и его дыхание опалило мою щеку.
От поцелуя меня спас сын.
— Дядь Леш, пойдем со мной, я тебе робота покажу!
Когда они оба ушли в детскую, я свободно вздохнула.
Ленка, с которой мы все же продолжили общаться, после того, как я продала дом и переехала в столицу, любит повторять о том, что гормоны необходимо выгуливать. Отпустить, как собачку с поводка — и будь что будет. По ее словам, отсутствие секса в моей жизни сказывается не только на состоянии здоровья, но и на психике. Поначалу я свою невесть откуда появившуюся раздражительность списывала на авитаминоз, но позже пришлось признать, что Лена права. Мне просто не хватает мужика. Иначе почему меня кондратий хватает при виде полуголого Невзорова, который не уехал ни после ужина, ни после того, как я уложила Антошку спать?
Именитый писатель сидел на кухне и будто бы чего-то ждал. Уже одетый — его футболка благодаря современным функциям машинки выстиралась и высохла. Я остановилась в дверном проеме, разглядывая парня. Необычный — так бы я его охарактеризовала. Темные волосы торчат ежиком на затылке, уши утыканы сережками, бровь проколота, да и футболка злосчастная с детским принтом. Однако же — как обманчива внешность. Вместе со всем вышеописанным Леша очень умный, заботливый и один из самых уверенных в себе людей, которых я когда-либо знала. Забавно, раньше я таким считала Никиту. Смотрела когда-то на него и думала, что вот таким и должен быть настоящий мужчина, как он. Оказывается, настоящего мужчину характеризует ответственность за свои поступки, а не легкомысленные желания, которым с легкостью можно поддаться. Верность своей женщине и надежность для семьи, и любовь, которую символизирует спокойствие и созидание. Никита спокойным не был. Он — смерч, стихийное бедствие, извечное разрушение.
А Леша… он любит?
Шаг навстречу друг другу мы сделали одновременно. В этот раз, впервые за все время, Леша не настаивал. Не предлагал, не намекал. Он просто стоял и ждал. И когда затянувшееся молчание стало невыносимым, я протянула к нему руку. Я сделала выбор и согласилась на предложение парня, который тут же напрягся.
— Я тебя хочу, — услышала, словно запись на старой пленке, свой собственный голос. И, наступая на горло своему страху, потянулась за поцелуем. Сама.
Леша почувствовал мое замешательство, но и его одолевали те же самые желания, что и меня. Даже сильнее, потому что целовал он меня с каким-то отчаянием, будто все могло закончится в любой момент. Прижал меня к себе и прошелся по спине, задирая рубашку, создавая контраст — ладони у него были очень холодными, почти ледяными. Мое тело же будто горело, испариной покрывалось и изгибалось от прикосновений.
Либо Леша был чутким и опытным любовником, либо часто упоминаемые Ленкой гормоны взяли верх и потребовали сатисфакции за все время одиночества, но я вдруг тихонько простонала и запрокинула голову, подставляя мужским губам свою шею.