СПИРИТ (СИ)

— Мяч — первый, Чак — центр, я замыкаю, — начала, по существу, Эйни, и дальше они двинулись цепью.
— Увидишь цель, не дай ему сжать зубы с капсулой, — передал Чак коту по каналу Спирита.
— О, у вас там интересно, а можно картинку вашими глазами видеть? — оживился в машине Длиза.
— Принял, сейчас поделюсь, — отрапортовал Мяч, посылая изображение.
Слева и справа были серые стены недостроенного здания, вдоль которых тянулись трубы и электропроводка. Мяч ступал еле слышно, практически бесшумно, как и полагается кошачьему. Очередной коридор закончился очередной дверью, когда Чак положил руку Мячу на плечо. Они остановились. Они добрались.
Железная дверь была опутана заклинанием — нарушивший покой магического цикла активировал бы заполнение комнаты огнём. Это была не ловушка, это был своего рода хлыст для того, кто находился внутри. Сигнал прокусить или уронить капсулу с опасным животным.
Чак закрыл глаза. Заклинательный цикл казался простым и эффективным, словно граната на проволоке, но так было лишь на первый взгляд.
— Эйни, если я уберу эту линию, что будет? — связался с предвидящей Чак, делясь картинкой.
— Взрыв будет, — сообщила лисодевушка.
— Так, а если перекрою этот ток энергии? — предложил маг, показывая картинку через призму своего магического зрения уже всем.
— Тоже взрыв, — сообщила Эйни.
— Пам, пам, пам, — думал Чак. — Как-то он её хитро установил. А если Мяча сквозь дверь телепортировать? — вдруг спросил Чак.
Что было за дверью, он не видел из-за черной пелены, но телепортация могла и не нарушить охранного цикла.
— Что? — не понял Мяч.
— Круто, кота в неизвестность! — восхитился Длиза. — Мяч Шредингера!
— Хорош, ну! — призвал к здравомыслию всех кот.
— Взрыва нет… а нет, есть взрыв, но мяч выходит живым с пробиркой, — кивнула Эйни.
— Опять я… — смирился кот.
— Внутри трансляция прервётся, действовать будешь сам, — предупредил Чак, накладывая на кота невидимую броню, мало-ли что.
— Давайте уже, пуляйте меня к демону в пасть! — сообщил Мяч, держа наготове катану.
— На счёт «три»! — предупредил Чак. — Раз, два, три!
Мяч появился напротив лягушкоподобного зверя в маленькой комнатке без окон и всего с одной дверью. Глаза чудовища зыркнули на звероморфа, а челюсти что есть мочи сомкнулись, не причиняя пробирке с зелёным мечущимся существом никакого вреда — это Мяч вставил в челюсть монстра весь свой телекинез, чтобы удержать неотвратимость момента.
Время шло медленно, как и всегда, когда спешишь. Парные катаны ударили прямо в пасть чудовищу так, чтобы стеклянная капсула оказалась между ними, и монстр взвыл, выплёвывая в кота хрупкий предмет. Мяч отпустил оружие, поймав хрупкую вещицу на лету, а лягуха извивалась в комнате, пытаясь освободиться от мечей, торчащих из её пасти.
Идея пришла внезапно, и кот выпрыгнул из помещения, отворив и снова закрыв за собой заколдованную дверь, тем самым оказавшись снова у Чака и Эйни. Пламя с гулом заполняло комнату, но Мяч спиной удержал дверь, сквозь неплотные щели которой просачивались голубоватые язычки, а сверху поползли струйки дыма.
Чак и Эйни смотрели на Мяча как на сумасшедшего, а он счастливый и взъерошенный, весь в зелёной крови держал в обеих руках Генезис.
— Нате! — предал он пробирку Чаку.
— А ты куда? — удивился Эйни, наблюдая, как кот разворачивается к двери.
— Пойду мечи заберу, — бросил Мяч и скрылся в дыму, но не прошло и пяти секунд, как вернулся с катанами, покрытыми сажей и склизкой зелёной кровью.
— Ну, может пойдём? — развёл он руками.
— Да ты чёртов псих, — сообщил ему Длиза.
— С волками жить — по-волчьи выть. Эти двое меня от гибели сексом с чудовищем спасли как-то, теперь я в самое пекло за счастье нырнуть! Как вспомню, так вздрогну.
— Эй! Она не была чудовищем! — окликнула его Эйни, но Мяч уже бодро топал прочь из подвала легко ориентируясь почти в полном мраке.
— Да-да, давайте всех, с кем спим обожествлять! — отмахнулся кот.
— О, а что у вас в Спирите ещё и оргии? — оживился Длиза.
 
— У них, не у меня. Я чистоплотный! — отпирался Мяч.
— Ты чисто занудный, — покачал головой Длиза.
— Кот шутит, — сообщила бультерьеру Эйни.
— Вот мне повезло-то! — успел что-то напридумывать себе пёс.
Спустя двадцать минут
Тачка поднялась в воздух. Мяч ещё на земле очистил свои мечи перед тем, как вставить их в ножны. В этот раз с ним рядом села Эйни, а на её место, уступив штурвал Длизе, сел Чак.
— Эй, что ты делаешь? — пёс попытался остановить Чака, когда тот включил свой коммуникатор — прибор, который был в розыске и наверняка отслеживался.
— Верь мне, — кивнул Вульфен.
— Да, это приведёт к положительному рейтингу, — поддержала его Эйни, сверившись с предвидением. — Что бы он сейчас не сделал.
— Ало, Баб? — вызвал Чак Самалит. — У меня нет времени, соедини меня с Нулевым.
— Ты уверен? — ради проформы спросила предводительница клана волков, после чего сама заглянула в будущее и, более не тратя времени, вызвала Нулевого на видеоконференцию.
— Самалит? Чак Вульфен? — удивился Нулевой, приняв видеовызов.
Он куда-то ехал, но его местонахождение замазывалось протоколами безопасности его коммуникатора.
— Не ожидал, тебя так рано увидеть, враг.
— Смотри, что у меня есть, — Чак достал склянку с Генезисом и вытащил руку с ней через борт автомобиля.
Ладонь начал холодить ветер, который на этой высоте так отличался от тёплых потоков горячих сетей и двигателей машин там, внизу.
— Что? Ты достал его? Что ты делаешь? Ты же положительный, ты не убьёшь весь город, а может и всю планету, — удивился, улыбнувшись Нулевой, заподозрив блеф.
— Сейчас в мою сторону летят полицейские боевые машины и, если они ударят по нам ракетами, а они ударят, потому что мы не сдадимся, эта пробирка может случайно выпасть из моей руки, — как можно небрежнее произнёс Чак.
Повисла тишина, это Нулевой отключил звук, а когда звук снова появился, то он продолжил.
— Я снял тебя и твою группу с полицейского розыска, можешь больше не волноваться, что тебя собьёт боевой дрон. Ты, наверное, хочешь попросить о чем-то ещё? Например, не трогать тебя и твою команду? Но я уже обещал её Унган Апу, а клятву, данную Тирипсу… — у бойцов Спирита перехватило дыхание, настолько мощным был поток, исходящий от Нулевого, даже сквозь видеосвязь. — …я нарушить не могу.
— Изгони его из твоей тридцатки, он же тебя шантажировал. А твою клятву мы выполним. Он получит нас по твоей воле, если сможет взять, — сухо произнёс Чак. — Не пройдёт и получаса.
— Мои комплименты вашему предвидящему! — заулыбался Нулевой, обнажая несколько рядов острых одинаковых, словно гвозди, белых зубов. — Эх, Чак! Почему ты не отрицательный? Будет жаль тебя убивать, — посмотрел куда-то в сторону Хукстра.
— Сделаешь или нет? И наши действия освободят тебя от клятвы, данной шантажисту, — глубоко вдохнул носом Чак.
Его рецепторы уловили гормоны страха, Мяч и Эйни не были до конца уверены в успешности этого диалога.
— Я, Нулевой, изгоняю Т-четырнадцатого из тридцатки. У тебя есть полчаса.
Трансляция прервалась.
— И что это было? — спросил Мяч Чака. — Жить надоело? Или мы сейчас должны в логово к врагу лететь только потому, что ты так решил?
— Дай фугасную гранату, — попросил Вульфен, встречая недовольную мордочку Мяча, когда тот передавал ему МК3А2.
Маг вынул из нагрудного кармана платок, запачканный кровью — той самой, что передала ему Самалит, выдавая квест на тёмного мага — и, разжав усики, гранаты полуволк извлёк предохраняющее кольцо. После Чак обвязал окровавленную ткань вокруг взрывчатого устройства, продев платок под рычагом. Некоторое время он ещё держал гранату в руках, а потом построил канал наподобие того, что применил сегодня с переносом Мяча или во время вчерашнего боя с тёмным из другого мира.
— Дайте мне вашу силу! — обратился он к группе. — Сам, боюсь, не докину.