Студент в СССР 3 (СИ)
Лучше мне после этих слов Профа не стало, но хоть появилась некая определенность.
А сейчас я сижу в дорогом правительственном лимузине и качу на прием к Столярову. С утра у него было совещание. Какой же понедельник без него? Зато с помощью Маргариты я успел купить в местном магазине свежую сорочку и новый галстук. И сейчас такой красивый и важный поглядываю на улицы столицы через окно большой черной машины. А движуха на здешних дорогах уже есть! Случаются даже умеренные пробки.
Автомобильную революцию в этот раз решили жестко взять под контроль властей. Хотя в таком огромном мегаполисе, как ни развивай общественный транспорт и не строй автострады, проблему окончательно все равно не решишь. Построишь новые дороги — тут же вырастит число автомобилей. Прокат, каршеринг, они тоже наполняют улицы. Нужно некое радикальное решение. А лучше строить современные полисы заново, с вагонетками надземного транспорта, эскалаторами и движущимися дорожками. В старых городах такое осуществить не удастся.
Место незнакомое. Новое ультрасовременное здание в четыре этажа спряталось между старинными особняками. Мы подкатили во двор к служебному подъезду, и я направляюсь туда. Коренастый парень в костюме тут же шагнул ко мне:
— Сергей Караджич?
— Да.
— Следуйте за мной.
— Хорошо.
Крепыш больше смахивает на секьюрити. Он ловко открывает двери лифта электронной карточкой и дальше действует подобным образом. Для восемьдесят четвертого года картина впечатляющая, как и само здание и его бьющие в глаз интерьеры. Голимый хай-тек из двадцать первого века. Это же сколько сюда труда вложено?
Василий в своем большом кабинете был прост и сердечен. Хороший человек. При его возможностях загордиться и забуреть очень просто.
— Привет, привет. Выглядишь свежо! Бодрячком.
— Да меня вовремя Маргарита увела.
— Ну ты её хоть отшпилил как следует?
Строю зверское лицо.
— Вася, не твое собачье дело.
— Да ладно! У меня все прошло гладко. Домой добрался лишь к вечеру.
— Один живешь?
— Да, — Столяров махнул рукой. — Пробовал, но не срослось. В Москве слишком много хищных дамочек. В этом она не особо отличается от нашего будущего.
— Ты москвич?
— Не коренной, — Василий заливисто смеется и нажимает кнопку селектора. — Ниночка, принеси, пожалуйста, как всегда, — поворачивается ко мне и отвечает. — Я сам с Тюмени, учился в столице, а потом так и остался. Лет пятнадцать вкалывал, как проклятый. Думал куплю себе квартиру или домик на берегу моря. А тут война с хохлами, кризис, бизнес рухнул. Так что ушел в преподаватели. Благо успел небольшую норку прикупить и отложить на пречерный день.
— Война у вас раньше была?
— Не знаю, в две тысячи четвертом. Только на ноги стали вставать и за Крым ухватились. Переоценили возможности. Армия развалена, кредитов набрали. Так что огребли неслабо. Крым в труху, как и часть незалежной.
— Кучеряво. А кончилось все чем?
Столяров помрачнел:
— Точно не знаю. Какая-то гнида в Москве через несколько лет ядреную бомбу взорвала. Так что моя хрущоба сложилась пополам. Получается, здесь я оттопыриваюсь за прошлую никчемную жизнь. Все-таки там не последним был экономистом, много кого в институте консультировал. В банковской среде, биржи и правительство. И потому внутренний механизм принятия решений неплохо исследовал. Даже что-то написал в умные журналы. Но больше держал при себе.
В этот момент дверь в кабинет открылась и в дверь зашла молодая девушка. Я тут же оценил её экстерьер — роскошные каштановые волосы, длиннющие ноги, талия, бюст в меру. Смазливое личико явно не обезображено интеллектом, но глаза быстро оценили меня и подняли достаточно высоко в ранге. Смотрит на Васю преданно. Вот жучара! Отрывается он, понимаешь, за прошлую жизнь! Портит моральный облик строителя коммунизма.
— Спасибо, Ниночка. Сереж, перейдем за столик переговоров.
У Васи все расставлено по фен-шую. Обычный Т-образный стол светлых тонов. Кабинет, вообще, наполнен светом. Никакой совдеповской тяжеловесности. Легкая мебель, светло-серые стены, несколько утопленных в стены шкафчиков, и еле заметная дверь в комнату отдыха. Там скорее всего имеется санузел, душ и, конечно же, диванчик. Чтобы не пялиться на оттопыренную округлую попку Ниночки, я делюсь с хозяином впечатлениями:
— Как тебе удалось построить такое футуристическое великолепие?
Столяров ухмыльнулся:
— Пришлось изрядно потрудиться. Больше всего мешали говнюки из ЦэКа.
— Василий Петрович, — укоризненно покачала головой Ниночка.
— Извини, не сдержался. Но другим словом этих олухов не назвать.
Я также прячу ухмылку. Думаю, Вася без меня не сдержался бы от того, чтобы не похлопать упругую попку секретарши. Дьявол, подери, она и на меня влияет не в лучшую сторону. Девушка как будто излучает вокруг некие флюиды. Только ли их? Замечаю на себе её хитрый взгляд. Какой-то афродизиак использует?
— Попили они мне крови поначалу. Но и деваться им некуда. Мне нужно было современное здание со всем встроенным изначально фаршем. Кондеи, новейшие коммуникации, Моснет и прочее. В старые такое всунуть не получится, лучше планировать изначально, да и вообще за архитектурное старье в центре не держаться. Не представляешь сколько в этой столице градообразующего хлама! К черту все эти старинные особняки и церковные развалюхи! Захламили весь город. По мне или создавайте здесь музей и меняйте место столицы, или сносите к едрени фени!
Проект, как ни странно, сделали наши. Их наработки потом в Зеленограде использовали, ну ты видел. Проблемы случились в воплощении технологий. И вот тут я рогом уперся. Деньги и валюту ведь мы сами и совершенно честно заработали, почему не можем потратить на что хотим? В общем, искали по всему миру. Самых лучших. Договорились с Совмином, что наши в процессе работ также будут учиться. Тот еще геморрой, надо заметить. Строители — народ своеобразный, да еще с гонором. Я потом все их начальство специально по этажам водил. Сначала показал идеальный этаж, что немцы вылизывали. Потом наши бесконечные косяки. Дал инструменты в руки и ночь для доработки, запретив выпускать из здания. Вот после этого и советские заработали как следует. Умеют ведь, как пенделя дать.
— Лихо ты их!
— А иначе нельзя, нюх потеряют. Тут же психология концлагеря. Мля. Я вообще ни фига не понимаю, как они собираются с такими пидарасами коммунизм строить? Мало того что сами такие, так и своих детишек в подобной гнусной идеологии воспитывают. Тут уже три поколения жлобья выращено. И никто не чешется над этим вопросом. Не пришли бы мы, они бы уже страну разваливали, да и сейчас пытаются. Надолго ли силовых методов хватит? Уже стоны и протесты по всей стране. Особенно с нацокраин. Придурки провинциальные, думают, что их незалежность нужна кому-то.
Я с интересом глянул на Директора Центра Экономической Стратегии при правительстве СССР, главном политэкономическом институте страны.
— Тебя за язык еще не щемили?
— Поначалу да. Даже в прокуратуру тягали. Там такой смешной дядечка пытался мне мораль прочитать. А я ему фактами из своей биографии. Как русских в республиках резали, а бывшие партийцы богатство страны делили и наделяли себя феодальными полномочиями. Пусть лучше ими занимаются. Понимаешь, они же тут все зажрались. Людей ни во что не ставят. Пока ты их сам бульдозером не переедешь. Нет, Никитка зря их освободил от ответственности. Два поколения и нет страны. Так убрал решетку, оставь кнут!
— А что следак?
— Поплохело ему. Знает ведь, что чистую правду говорю.
Мне стало искренне интересно. Оказывается, и тут есть смелые люди.
— И?
— Без «И». Когда Романову доложили, сколько мои консультации принесли денег в казну, он тут же ввел меня в лигу неприкасаемых. Те, кому положено, знают, остальных контора отфутболивает. Хоть делом занялись. Ты не застал, а я видел, сколько слуг государевых дурью маялось и бумагу пачкали. В итоге выродились. Процентов сорок гэбистов выгнали по профнепригодности.