Студент в СССР 3 (СИ)

— Здрасьте, гости дорогие! С чем пожаловали?
Идущая рядом с Янисом эффектного вида мадам, там одних перстней и колец на пальцах где-то на кило, брезгливо взглянула на меня. А вот девушка, идущая за ней следом, оценила мои мускулы и даже сделала попытку пококетничать со мной глазками.
— Молодой человек, отойдите в сторону! Мы с важным заданием!
Вид, что ли у меня был такой непрезентабельный? Хотя руководство у археологов точно не в костюме на раскопках ходит. Вот тут Мадам ТВ совершила большую ошибку.
— Вы, собственно, кто такие? И почему находитесь без разрешения на режимном объекте? Кто вас сюда пустил?
Женщина тут же испуганно заткнулась, Кариньш открыл в удивлении рот, а я начал искать глазами милиционеров. И в самом деле, так дела не делаются! Но минута молчания не протянулась и минуту. Дамочка была оборотистой и наглой, как и положено диве из Москвы.
— Я с телевидения, нахал. И не смейте мне перечить!
«Ого! Наверное, возомнила себя большой шишкой!»
Заметно, что Кариньш в отчаянии. Ну сам и виноват. Мог бы согласовать заранее. А вот вон ребята от дела отвлекаются, а у меня всего два дня осталось. И, как назло, Якушев в отлучке. У него ребята шустрые, но не орлы. В руководители не умеют.
— Покиньте, пожалуйста, территорию раскопок. Иначе мне придется вызвать милицию, и вас уведут силой.
— Татьяна Викторовна, — всполошился куратор из обкома. Видимо, по моему взгляду усек, что вляпался в какашку по самое не балуй. — Давайте, все обсудим не здесь.
Но в этот момент огня в костер подбросил кто-то из операторов:
— Так будем снимать или как? Жарко же!
Татьяна Викторовна тут же встрепенулась и снова по привычке попыталась наехать:
— Вы кто такой, молодой человек? Мы с центрального телевидения! Понимаете уровень?
— Я Сергей Караджич, в настоящий момент замещаю руководителя археологической партии. Бог и царь в данном квадрате местности. И без моего ведома здесь ни одна мышь не проскочит.
Среди телевизионщиков послышались сдавленные смешки, Кариньш побледнел, а Мадам ТВ покраснела до корней осветлённых волос и уставилась на обкомовского сопровождающего:
— Это как понимать, Янис Лацевич?
— Сейчас, Татьяна Викторовна, — Кариньш попросил меня отойти в сторону. — Сергей, ты что творишь? Это же центральное телевидение, отдел новостей. Снимают репортаж в преддверии конференции.
Я сурово уставился на молодого бюрократа. Пусть он выше в официальной таблице о рангах, но для меня абсолютно не шишка. И он даже не представляет до какой степени.
— Янис, а ты ничего не путаешь? Не ты ли сам привозил для подписи документы? Я еще раз повторяю — это режимный объект и посторонним здесь не место. Привези мне сначала бумагу с печатью. А потом спроси меня или Якушева, когда можно снимать и в какое время наша команда свободней. Мы ведь тут не в бирюльки играем, а занимаемся государственно значимым делом. И у нас сроки. Никому не позволено их срывать. Даже столичному телевидению.
Кариньш схватился за голову:
— Ты меня под монастырь подводишь, Сергей. Это же с первого канала! И дамочка вхожа в высшее руководство. Она же нас с потрохами сожрет!
— Ничего, подавится.
Я повернулся и смерил Мадам ТВ с ног до головы откровенным взглядом. А ничего для женщины лет глубоко за тридцать. Следит за собой и одевается модно. Прическа с химией, волосы подкрашены, стиль одежды спортивно-выходной. Татьяна Викторовна в ответ гневно фыркнула, но желания спорить со мной не выказала. Если она опытный администратор, то должна понимать, что во всем есть свои границы.
— Но что о нас скажут? Что мы бюрократы и зажрались!
— Да плевать! — Янис сдулся, ведь это его косяк, но мне топить беднягу не хотелось. Потому я молча ему кивнул — Счас разберемся.
У Мадам ТВ, после того как она сняла солнцезащитные очки, оказались красивые ярко-голубые глаза. Комплимент от меня она приняла благосклонно, менее мои предложения. Но деваться ей было некуда. Документ и в самом деле получить необходимо, да и без разрешения меня и Якушева снимать также нельзя. Ну и я готов был пойти навстречу, насколько это было возможно. А Татьяна Викторовна точно не была дурой, тут же схватившись за предложенное. Так что расстались мы на позитивной волне. Эх, если бы не был свободен, то наверняка бы с ней замутил. Дама интересная! Такие и в постели занятны.
 
— Парни, делайте пока общие планы раскопок. Церкви снимите, да поля для перебивки.
Молодой оператор недовольно нахмурил брови, а его более пожилой коллега с интересом на меня оглянулся.
— А ближе?
— Ну, во-первых, вам еще нельзя. Во-вторых, что ты там снимешь на полуденном солнце? Вечером будут интервью у нас брать, тогда и заснимите раскопки крупным планом. В режимном освещении. Я кого-нибудь выделю из ребят для имитации процесса.
— Значит, не только в археологии соображаешь!
— Фотографией увлекаюсь.
— Тогда понятно. Парни, за дело! — главный оператор прикрикнул на персонал, и они с деловитым видом разошлись по полю.
Чуть позже ко мне подошел молодой усатый парень. Он с улыбкой протянул мне холодную банку с Пепси-колой.
— Слушай, Серега, а можно организовать процесс находки прямо на камеру?
Я открыл банку и отхлебнул сладкого напитка. Нет, в такую жару лучше квас. Отдам, пожалуй, девчонкам. Они падки на все сладкое.
— Сделаем.
Глаза молодого оператора загорелись:
— А что-то дорогое, редкое можно найти?
— Как тебя?
— Виктор.
Я пожал руку и покачал головой:
— Не борзей, Виктор. Вам все находки в специальной палатке во время интервью покажут. Лучше подумай, как там свет выстроить.
— Понял, спасибо!
Ну вроде как вопрос с непрошенными гостями решили. Но тут же появились другие проблемы иного рода. Девушки подступили ко мне с вопросами — Когда, зачем и можно ли сегодня закончить пораньше, чтобы подготовиться к съемкам. Парни в ответ смеялись, но что с этого слабого только на первый взгляд пола взять? В итоге часть работа осталась недоделанной. Хотя я торчал на месте до последнего, даже пропустил ужин. Черт, у меня лишь день, а знаковой находки как нет, так и не случилось. А меня который день свербит предчувствием! Жаль, неужели обманулся? Я, вздохнул, взял скребок и принялся возиться дальше. 
— Сереж, мы тебя потеряли. Там телевизионщики спрашивают.
Соколова в коротком платье на фоне заходящего солнца смотрелась эффектно. Ни фига, успели причепуриться. Помада, ресницы подкрашены, глаза подведены. Тренированные ножки аппетитно торчат снизу, а лиф сделан соблазнительно открытым. Не удерживаюсь от подколки:
— С такой красоткой хоть сразу в койку.
— А если возьму и соглашусь?
Растет девочка. Вон как глазки по-блядски сверкнули. Поднимаю обреченно руки.
— Уела! Чего им надо?
— Тебя ждут, как героя наших дней! Пошли, хоть умою, а то выглядишь как чучело.
Обреченно киваю. Раз обещал, надо выполнять.
Маринка и Света Манилова с третьего курса быстро меня умыли, причесали, надели рубашку и штаны. Последним занималась Марина. Зараза, ну вот зачем там трогать? Все мысли сразу стали совершенно о другом. И сидит на корточках, ухмыляется. Наблюдая мою эрекцию. Чёртов тестостерон! Светка лишь хихикнула и из палатки выскочила. Все они одним медом мазаны, заразы. Вот и на Татьяну Викторовну после этого я глянул излишне плотоядно. Она аж зарделась, да и, вообще, отношение ко мне резко изменилось. Видимо, напели или из-за приличной одежды выгляжу симпатичней и значимей. Ну да, меня и причесать успели и даже полить лаком. Киваю операторам, как своим. Эти уже вовсю возятся с техникой.
— Пока солнце окончательно не ушло, пойдемте на раскопки. Кирилл, образцы подготовил. Со мной пойдут, — девчонки застыли, — лишь те, кто в брюках.