Стальной донжон(СИ)

Поднявшись на ноги, Ревар махнул Кирду и оба зашагали прочь.
— Проклятье! — просипел сир Докрет, — ты слышал? Они повсюду! Нужно предупредить короля! Надо собрать войска у Стального Донжона и отбить удар этого Торальда, — несчастный рыцарь утёр покрытый потом лоб, — тебе надо бежать!
— Но как? — развёл руками парень.
— Держи! — пленник что-то бросил ему. Тропф поднял тяжёлый бесформенный кусок, обляпанный грязью. Похоже, это был ржавый обломок топора, — сбей замок! И мчись, как ветер! Обходи дороги, крадись через чащу и, может быть, ты сможешь спасти Рэдгарт!
— Хм, — парень спрятал железку в складках рубахи, — сейчас?
— Да! Давай прямо сейчас! Пока никого нет! — Докрет, морщась от боли, подполз к дверце и огляделся вокруг, — замотай его тканью, и бей со всей дури! Я посмотрю за этими поддонками!
— Хорошо, — северянин начал пробивать путь к свободе. Замок трещал под его ударами, но сдаваться не собирался. Глухие удары разлетались вокруг, но кажется, никто не замечал их.
— Давай, ещё! — подначивал его сосед, пристально выглядывая врагов.
— Пытаюсь, — простонал Тропф. Каждый удар больно отдавался в руки, острые края царапали кожу. Держать замок было неудобно, и иногда несчастный попадал по своим же пальцам, едва не вскрикивая от боли.
Наконец, что-то щёлкнуло и замок раскрылся, повиснув на петлях.
— Стой! Подвяжи его! — прошипел ему Докрет, — чтобы не заметно было!
— Но надо же бежать! — парень глянул на него.
— Не сейчас, — тот покачал головой, оглядываясь кругом, — слишком много выродков тут ходит. Но у этих ублюдков никакой дисциплины, а значит они начнут пить, а под вечер уснут мёртвым сном. К тому же, в темноте тебе будет легче проскочить мимо патрульных, если они тут вообще есть!
— Постой! — Тропф ошарашено уставился на него, — но тебя казнят!
— Да, это неизбежно, — помрачнел рыцарь, — со сломанными ногами я далеко не уйду, а тащить меня ты не сможешь! К несчастью, иногда остаётся только смириться с судьбой, — он опустил взгляд вниз, — меня обнадёживает только то, что моя смерть не будет напрасной…
— Сир Докрет, клянусь вам! — отчаянно воскликнул парень, сжав кулаки, — я клянусь, что сообщу королю Кроносу об этой армии!
— Вот и хорошо, — кивнул тот, поджав губы, — тогда они получат по заслугам!
 Глава 25. Побег 
 
Близился вечер. Два рыцаря сидели по своим клеткам, и один из них смиренно ждал своего конца.
Тропф подвесил замок так, что один лёгкий удар и дужка снова бы слетела. Ещё парень обмазал его грязью, чтобы никто из северян не заметил диверсии.
— Сир Докрет! — тихо позвал он, прижимаясь к прутьям, — в легендах, я слышал, что герои часто просят что-то передать…. У вас есть просьба?
— Нет, — качнул головой тот, слегка усмехнувшись, — я ведь не герой…
— Герой! Самый настоящий! Я расскажу о вас королю… и бардам, что слагают песни! Все будут знать о вашем подвиге!
— Главное предупреди об угрозе, а потом уже думай о песнях, — мрачно заметил рыцарь и вздохнул, — спасибо тебе. Благодаря твоим словам в моей душе потеплело!
Они замолчали. Вокруг была тишина, мелкие мошки лезли к ним через дыры в решётке. Для них это были огромные ворота. Жаль, что два пленника не могли так же упорхнуть в ночь.
Северяне гудели почти не переставая. Похоже, им удалось разграбить местную таверну и вытащить из погреба все бочки. Словно дикари они наполняли свои кружки и жадно глотали выпивку, напиваясь до бессознательного состояния. Казалось, что эти выродки вообще не видели спиртного, поэтому-то и сорвались. Вот только это было не так, просто эти бандиты вообще не знали меры.
Но вскоре что-то там в их нестройной толпе зашевелилось. Голоса Ревара и его племянников разлетелись среди домов, а ответом им были пьяные радостные выкрики. И северяне стали стягиваться к центру деревни.
— Похоже, пора! — печально заметил сир Докрет, — удачи тебе! — он повернулся к Тропфу, — ты достойный рыцарь! — его голова склонилась к груди в знак почтения.
 
Внутри несчастного парня всё рухнуло. Отчаянье охватило его, а в глазах появились слезы. Благороднейший воин попался толпе дикарей, и ничто не могло спасти его.
— Эй! — Ревар и два брата подошли к клеткам, — ну что? — начал рыжебородый, поглаживая руки, — пора начинать!
— Может, сразу обоих повесим? — усмехнулся Кирд.
— Нет, — его дядя расплылся в мерзкой улыбке, — удовольствие надо растягивать! Сначала этого ублюдка, а уже завтра… — он уставился на Тропфа, — лживую псину!
Пленники уставились на него с бессильной злобой. Казалось, их взгляды способны прожечь дыру в этом выродке. Но тот стоял, спокойно улыбаясь им.
— Бери его! — воскликнул командир северян, тыкая пальцем в сира Докрета.
Кирд распахнул клетку и схватил рыцаря за шкирку. Потащив его, словно какую-то куклу, он двинулся к толпе.
— Знаешь, — хмуро ухмыльнулся Ревар, — думаю, что нашему предателю тоже захочется взглянуть! Гард и вы двое, — он махнул ещё двум северянам, — поднимайте его, прямо с клеткой!
Трое громил схватились за прутья и подняли тяжёлую клеть. Тропфу пришлось встать и шагать, просунув ноги сквозь дно. Вслед за Кирдом, что волок сира Докрета по грязи, они приближались к площади.
Один из северян вдруг споткнулся и встряхнул всю клетку, отчего замок раскрылся.
— Что это? — Ревар подошёл ближе и взял его в руки, пристально рассматривая, — ага! Кто-то старался удрать, — хмыкнул он, пригнулся к парню и прошептал, — надо было бежать сразу, чтобы тебя нашпиговали стрелами! Закройте его!
— Проклятье! — протянул несчастный пленник. Гард притащил ещё более здоровый замок и защёлкнул его на проушинах.
— Теперь не выберешься! — рассмеялся он, отдавая ключ своему дяде. А тот отмахнулся, — дай вон тому! Пусть держит у себя! Вы двое, — командир указал на северян, — будете сторожить его всю ночь! И если отойдёте от него хоть на миг, то повесим и вас! — пригрозил он.
Те испуганно переглянулись и дружно кивнули, а затем снова схватились за клетку.
Тропф даже уже не хотел идти. Всё рухнуло. Побег провалился. Этот замок ему было не открыть, сколько не бей. Ещё и стража будет сидеть рядом. Кажется, завтра он встретит своё последнее утро.
А на площади северяне вопили пьяными голосами, встречая пленников. Клетку вытащили на чистое место, где торчали два столба вкопанных в землю, а рядом целый помост из ящиков. На помосте стоял какой-то толстяк. Весь избитый, грязный и перепуганный. Бедняга судорожно оглядывался по сторонам, будто бы не понимая, что происходит.
— Но я же отдал вам всё, что у меня было! Слышите?! — истерично заголосил он, отплёвываясь кровью, — мне сказали, что меня не тронут!
К нему затащили сира Докрета. Стоять несчастный не мог, поэтому двум северянам пришлось держать его под руки.
— Итак! — громогласно воскликнул Ревар, поднимаясь к ним. Ящики под его ногами пошатнулись, но здоровяк лишь рассмеялся, — братья! Сегодня мы потешим себя очередным чудным зрелищем! У нас гордый рыцарь, слегка переломанный! И славный парень, угостивший нас выпивкой! — он хлопнул толстяка по плечу, — к несчастью, он служит Кроносу…
— Это не так! Я простой трактирщик! — разревелся тот, едва выплёвывая слова.
— О, нет, — здоровяк сжал его руку так, что тот аж рухнул на колени, — однажды три путника-северянина пришли к тебе и попросили накормить их! И что ты ответил?!
— Нет, нет! — отчаянно завопил тот, — это было давно!
— Но ты вспомнил это! Вспомнил, как сказал, чтобы мы шли обратно в лес к остальным выродкам! — яростно завопил Ревар, — что король Кронос и его рыцари выгонят нас прочь! — он огляделся вокруг, — но теперь король окажется в западне, а один из его рыцарей болтается рядом с тобой со сломанными ногами!
— Прошу поймите! — отчаянно взмолился трактирщик, — иначе было нельзя! Кронос — кровавый тиран, беспощадный к своим врагам! Я бы хотел помочь вам, но меня бы самого казнили! Я ведь не выдал вас, помните?!