Жизнь для Смерти (СИ)

— Так ты хотел убить себя? — Повторяю я, с трудом поверив в услышанное. Крис всегда казался непоколебимым, твердым в решениях и действиях. Трудно представить себе иной расклад. Правильно говорят — сильные люди прячут сердце за семью печатями.
— Важно то, что я этого не сделал. Теперь я здесь, и ты снова рядом. К сожалению, наша с тобой связь настолько прекрасна, насколько и губительна. Иначе ни ты ни я не оказались бы здесь.
— Так это правда? Мы действительно какие-то особенные?
— Да, — подтверждает Крис, — Понимаю, тебе трудно в это поверить. Но чтобы выжить здесь, ты должна научится доверять мне.
Это не так просто. Кристофер стал вампиром. Он другой. Может сыграть на чувствах, запутать, обмануть. Что я о нем знаю?
Как хочется верить… Как отчаянно хочется закрыть глаза и доверят.
— Что будет, если я откажусь? Меня убьют.
— Возможно. Или же сделают все, чтобы получить от тебя желаемое силой?
Насилие? Я не могу поверить своим ушам.
— И ты пойдешь на это?
— Нет, — сухо отвечает вампир. Он делает глубокий вдох, потирает свободной рукой переносицу и говорит будто бы заученную фразу, — Завтра Верховный вампир проведет обряд. Это формальность для клана, но так он заявит о нас как о супругах, связанных браком остальным кланам. В последствии брака мы обязаны зачать дитя, будущего дампира.
— Ты говоришь об этом так просто?
— Учитывая обстоятельства — да. Я не могу преподнести информацию иначе.
— Как мы можем делить постель, не испытывая друг к другу чувств?
Возмущение распирает меня изнутри. Но я люблю его. Люблю даже сейчас, видя клыки, белую кожу и присутствие жажды человеческой крови. Но признаться в этом не посмею. 
— Эмили, поговорим об этом позже..
— Крис, это неправильно. Так нельзя, это принуждение.
— Неправильно пытаться скрывать истину. Ты ведь знаешь, что чувствуешь и я знаю, что испытываю к тебе. Эмили, ты отрицаешь очевидное. Проблема кроется в другом — ты не готова предать свои убеждения. Будь я человеком, ты бы смотрела на ситуацию иначе. 
— Но я…
Тишина. Я ничего не могу поделать с ситуацией, в которой оказалась. Он прав, будь Кристофер человеком, многое было бы иначе.
Сейчас же мне предлагают быть сосудом для будущей жизни. Моя роль все равно, что роль платья для свадебного обряда. В момент церемонии оно необходимо, а после можно выбросить, как старую ненужную вещь.
— В тот день, когда ты пропал, я оплакивала тебя. Долго выходила за ворота в надежде увидеть, как ты подходишь к зданию аэропорта. Но однажды перестала… Я поверила в то, что ты погиб.
— Знаю.
— Так почему не сообщил нам ничего? Если ты говоришь, что между нами есть чувства, почему не посчитал важным дать о себе знать?
— Все устроено куда сложнее, чем ты думаешь. Я сделал все, что мог.
Я вскидываю руки от бессилия.
— Да. Понимаю. Все изменилось. Ты теперь с ними, верно? А этот разговор… Все из-за ребенка, о котором говорила Лора? Я нужна только для этого?
— Ты ошибаешься…
Крис пытается приобнять и поддержать меня, но его попытка обрывается грохотом резко открывшейся двери. В комнату, ураганом, врывается Лора.
— Придется притормозить вас, голубки. Не время для нежностей!
— У тебя отсутствует воспитание, — с досадой ругается вампир.
Блондинка прыгает на кровать, сложив ногу на ногу.
— Мне велено закрыть эту дамочку. Одну, Кристофер. Понимаешь?
Вампир глубоко вздыхает, отстраняется и касается губами моей руки в знак извинения.
— Оставим ее. Пусть пока поразмышляет о жизни и смерти. Выбор предстоит такой сложный: умереть или погреться под бочком красавчика? Хм, я бы, наверное, вздернулась. Сложно решить.
— Заканчивай паясничать, — тормозит ее Кристофер, — Эми не должна такое слушать. Прояви уважение.
— При мне никто не церемонится, — огрызнулась девушка, — Я, итак, вожусь с твоей Эми больше положенного. Поэтому будь добр, не учи меня как общаться с людьми.
— Я вроде поблагодарил тебя за труды? — вампир говорит хрипло и низко, сохраняя внешнее спокойствие, — Подожди меня снаружи.
 
— С открытой дверью, — добавляет Лора, направляясь к выходу.
Кристофер раздраженно вздыхает и оборачивается ко мне.
— Нужно идти. Постарайся отдохнуть, хорошо?
Я ничего не отвечаю даже тогда, когда Кристофер касается моего лба губами.
— Доброй ночи, Эми.
Один короткий взгляд и парочка оставляет меня одну. Замок скрипит, ключ поворачивается два раза. Воцаряется тишина. Я взаперти в золотой клетке. О чем еще мечтать, казалось бы?
Богатство — это комфорт, но комфорт с нагрузкой жить среди вампиров — скорее наказание.
Бежать некуда. Я чувствую ужасную усталость. Голова и правда, до сих пор гудит. Видимо вчерашний препарат не отошел.
Осмотревшись, я нахожу ночную сорочку, заботливо оставленную для меня Лорой. Хоть зараженная и противная, но свою работу выполняет отлично.
А особенно прекрасны для, измученного уличной жизнью, человека — огромная кровать и собственная ванная с действующим водопроводом. Подарок, о котором я не могла мечтать последние годы скитаний.
Я наполняю ванну горячей водой, сижу в ней целую вечность, а после, нагая, ложусь на шелковые простыни кровати. Приятно. Может это последняя ночь на земле? Тогда хоть проведу ее по-королевски.
Вдруг завтра я стану жертвой во имя угасающего человечества? Или отдамся пороку, которого так желаю?
Я хочу быть с Крисом, но цена, которую придется за это заплатить, может быть слишком высока…
  
Глава 5. Обряд
 
В комнате Лоры нет окон. Освещение создают только красивые бра, развешенные вдоль стен. Они изящно вписываются в общий интерьер комнаты, компенсируя отсутствие солнечного света.
Да, эта комната подтверждает самый распространенный стереотип о вампирах. А еще это очень удобно, когда нужно придержать в плену человека, вроде меня, минуя сырой подвал. Вампиры решили позаботиться о моем благополучии.
От усталости я быстро проваливаюсь в сон. Рваный, беспокойный, тревожный… Несколько раз кошмары вытаскивают меня из неги бессознательного, и я просыпаюсь в холодном поту.
Так темно. Сложно понять который час, наступило ли утро или все еще ночь. Каждый раз я встаю к двери, чтобы проверить заперта ли я или может случилось чудо. Пару раз пробую открыть замок отмычкой. Бесполезно… 
Возможно, я слишком наивна, но в глубине души все еще зреет надежда на то, что Кристофер притворяется. Завтра он придет, возьмет меня за руку и скажет, что поможет бежать отсюда. А там и Сару заберем. Прежнюю, не тронутую зараженными…
Боже, наверное, у меня жар и я в бреду…
К утру все же удается нормально заснуть. Из глубокой дремы меня вырывает резкий стук в дверь. Я едва успеваю набросить на себя сорочку перед тем, как в комнату врывается Лора. Блондинка выглядит вразрез происходящему в мире кошмару. Она одета в длинное сиреневое платье, волосы убраны в пучок, а на лице свежий макияж. Зараженная бросает на меня недовольный взгляд и вместо «доброго утра», ворчит.
— Долго же ты дрыхнешь. Давай вставай, уже непозволительно поздно.
До чего неприятный голос. Ее поведение начинает действовать мне на нервы. Лора будто пытается добиться ответной реакции через хамство и грубость. Но во мне не осталось сил и желания с ней пререкаться.
— Доброе утро.
— Для кого-то доброе, но точно не для меня.
Пока Лора ворчит, я поднимаюсь с постели и спокойно направляюсь в ванную. Принимаю душ, чищу зубы, умываюсь холодной водой. На мгновение, кажется, будто сегодня обычный день из прошлого, где нет вампиров, выживания, старых затхлых домиков в лагерях спасения. Дурной сон… 
Хотелось забыть реальность. Но она напоминает о себе постоянно.
Смотря в зеркало, я вижу в отражении уставшую девушку. Под глазами синяки, на бледном лице россыпь веснушек. После солнечного лета их стало больше. Губы сухие, искусанные от тревог. Я вижу тоску серо-голубых глаз. Ресницы слегка выцвели, но на фоне бледной кожи кажутся темными. По телу россыпь синяков, ссадин, царапин и старых шрамов от бесконечных побегов. Я будто не я… Слишком давно не видела отражения в зеркале. Однако есть и приятный момент — несмотря на долгий голод, я все еще не утратила своих женских форм. Скудное питание только обточило их в нужных местах. Хоть что-то привлекательное во мне осталось. Я хотя бы не подобие скелета.