Жизнь для Смерти (СИ)

Выбора у членов группы нет. Они соглашаются, хоть и не доверяют падальщикам. Эти вампиры всегда были самыми агрессивными. Но если они вместе и до сих пор не напали, значит вполне вменяемы. Теперь понятно, почему волки изнывали на протяжении долгого пути. Падальщики второй отряд защиты для нас, но подойти ближе к людям они не могли.
Крис замечает на одной из волокуш спящую женщину и вопросительно смотрит в мою сторону. Я молча киваю.
— Ей плохо. Серьезная болезнь измучила. Джина думает, что это в голове…
— Очень жаль. Не волнуйся, я потащу волокуши с ней. Все будет в порядке, — Кристофер успокаивает меня, но во взгляде читается грусть. Может он и не думает о том, чтобы лечить Клэр, но, если он думал об этом и понял, что надежды нет?
Вампир присаживается рядом с санями, поправляет одеяла, затыкает потуже у краев. Но женщина не реагирует. Она вымотана дорогой. Осталось то совсем немного…
— Клэр, мы позаботимся о вас. Держитесь.
Отряд подготовлен. Волки, как обычно, идут замыкающими. Впереди Крис и Дрейк, я позади них с Тревисом. А следом все остальные. Но в компании оборотня я остаюсь одна недолго, поскольку Сара подтягивается уже минут через пять. Парочка снова начинает шутить и открыто заигрывать друг с другом.
Мой супруг говорил об оборотнях. Их прямой зависимости от луны и о беспокойстве по поводу ночей. Однако сейчас будто нет никакой опасности. Кристофер и Тревис идут спокойно. Видимо вампир чувствует приближение оборота так же, как и сам оборотень. На каком-то своем, инстинктивном уровне.
Поле заканчивается, впереди лес. Он не такой густой, как тот, что был до него. Повсюду растут высокие сосны стройными рядами, а дорожки между ними не усыпаны снегом по колено. Идти становится проще, но я все же очень устаю. Вероятно, исчерпан весь запас сил, ведь организм работает не только на мое выживание, но и на дитя. В какой-то момент Кристофер, как будто чувствует мои страдания, он передает волокуши Тревису, а сам направляется ко мне и с ходу поднимает на руки. Я только и успеваю, что ахнуть.
— Тебе достался эгоист в мужья, — шепчет Крис. Я крепко обнимаю его за шею, пытаясь снизить нагрузку с рук. И зря. Все время забываю, что он вампир и в мужчине намного больше сил, чем в людях.
— Вовсе нет, я так не думаю. Ты заботишься обо всех. Так делает только человек с сердцем лидера.
— Ты сильно романтизируешь мой образ, — отшучивается вампир.
За время пути Дрейк несколько раз оборачивается в нашу сторону. Он будто пытается что-то разглядеть или удостовериться в своих подозрениях. Парень с радостью подслушал бы наш разговор, если бы у его уха так громко не смеялись Сара и Тревис.
Отряд наконец-то выходит на открытую площадку, а впереди возвышаются две огромные скалы. Они чернеют на фоне синего неба с яркими, мерцающими звездами. Повсюду снежные шапки, но у самих скал чисто. Есть несколько поваленных стволов деревьев и много веток, которые сгодятся для хорошего огня. Наша дорога проходит прямо туда.
— Заночуем на входе в каньон, — командует Крис, опустив меня на ноги, — Вампиры будут дежурить сверху и в глубине каньона, волки снаружи. Это безопасное место. Каждый из вас сможет отдохнуть. Мы притащили заранее палатки и несколько теплых спальников. Ночь будет хорошей.
Волокуши с вещами для нас оставляют на расстоянии трехсот метров. Вампиры удаляются с Кристофером переговорить. Он раздает указания, и группа зараженных покорно разбредается в стороны.
Мы же разжигаем пару костров, ставим палатки и делимся на группы. Когда Крис возвращается, он предлагает мне остаться с ним. Для нас приготовлена отдельная палатка. Можно сказать — роскошь. Возможно, так вампир хочет обезопасить меня от вторжения непрошенных гостей. Или я становлюсь подозрительной.
К ужину люди готовят два котла с кашей и соевым мясом. Народ размещается у костра друг рядом с другом. Клэр тоже приходит в себя. Она даже немного расхаживается, а после занимает место на поваленном стволе рядом с Джиной.
Мы с Кристофером держимся особняком, но нам не дают побыть наедине. К месту у костра подсаживается Дрейк, прямо рядом с нами. Он не ждет, а с ходу задает терзающий его вопрос.
 
— Эмили ждет ребенка?
Нас никто не слышит. Очень шумно, все разговаривают, кто о чем. Радуются, что добрались живыми и невредимыми до первой ночевки. Наконец-то могут согреться и вкусно поесть.
Я растеряна от прямого заявления. Знаю, что беременность секрет, но Крис выглядит спокойным. Он поджимает губы, ничего не ответив.
— Значит, ты оставил ее у нас не просто так. Это твоя многоходовочка?
— Волки народ вольный, Дрейк, они пойдут за тем, кому дали слово.
— И за его отпрыском, — договаривает парень, — Ты умнее, чем мне виделось раньше. Я считал тебя хорошим парнем, местами допускающим ошибки, потому что не мог просчитать наперед. Но я ошибся. А когда увидел, как ты Эми на руки берешь, как ломанулся к ней и весь трясешься, чтобы ее не тронули, все сошлось, — Дрейк почесал лоб, задумавшись, — И то верно, нахрена волкам горстка людей. Но защита твоего ребенка — это важно.
Я пока не понимаю, он одобряет, или настроен враждебно. Только бы не новый всплеск гнева от лидера людей.
— Ты злишься? — переспрашивает Кристофер ровным голосом. Мой супруг сидит расслабленно и спокойно. Если бы не Дрейк, я бы расспросила обо всем, что случилось в эти пару дней.
— Я давно не злюсь. Устал от бесконечных войн и подковерных интриг. Понимаешь? Мы, люди, давно свалились с вершины пищевой цепи. Ползем где-то между кабанами и оленями. Поэтому, если для сохранения жизней требуется привести в лагерь беременную женщину вампира — пускай. Наверное, это твоя жертвенность так работает и благородство. Ты дал мне и моим людям надежду. Только что потом? Когда вас самих начнут травить? Ты не сможешь вытащить и себя с семьей и пару десятков выживших.
В этот момент разговор нарушают две девушки. Они с довольным видом несут для нас три тарелки с кашей. Не подумав, одна из них предлагает еду Кристоферу, затем буквально подскакивает на месте и резко одергивает тарелку, извинившись. Дрейк не долго думает и принимает вторую порцию на себя. Девушки удаляются от нас очень быстро, поймав на себе недовольный взгляд своего лидера.
— Тебе бы черно-красный плащ с высоким воротников, чтобы соответствовать образу Дракулы. Вон девчат путаешь.
Заявление парня вызывает непроизвольное желание улыбаться. Даже Крис оценивает шутку, ударив по рукам с парнем. Я расслабляюсь. Дрейк не будет скандалить, а мне нечего ему доказывать. Разберутся сами. Меня ждет еда. Голод зверский, хочется его утолить и поскорее отправится спать.
— Я думал об этом, — возвращается к беседе супруг, — Я понимаю, когда подойдет срок и родится малыш, все изменится. Поэтому мои планы сейчас не построены на простом побеге с земли Веласкес. Это ничего не даст. Ты назовешь меня безумцем, но я хочу выстроить мир между нами. Стойкий и понятный. Но любой мир достигается путем войны.
— Хочешь обосновать деревню вампиров и людей?
В голосе Дрейка слышится сарказм.
— Наша кровь лечит, ваша питает. Если будет взаимообмен, выживут все. Это разумно.
Блондин усмехается с кашей во рту.
— Да, прям так зараженные и побежали соглашаться на такие условия.
Кристофер подтверждает возражение друга ироничным смехом. Он бережно поправляет ворот моего пальто и заботливо обнимает меня, наблюдая за тем, как я доедаю ужин. Это простая перловка с солью, специями и яйцом. Но вкуснее ничего нет, когда сидишь у костра зимой и чувствуешь вкус свободы. Пусть и обманчивый.
— Друг, я ведь не планировал спасать так много людей и вампиров. Само собой получилось. Угнетенных много не только среди выживших, Дрейк. Они готовы унять свою гордыню ради жизни и свободы. Получится у меня или нет — время покажет. А пока нам остается только идти вперед, прокладывать себе дорогу. По одиночке точно рано или поздно умрем.
— Если у тебя все получится, я тебе памятник поставлю. А если подохну раньше, то ты уж не сердчай. Принеси цветочков на могилку.