Драконья академия. Ведьма (не) против целителя (СИ)

— Могу я попросить перо, чернильницу и пергамент? — учтиво спросила я у Фейской Библиотеки, оглядываясь. Здесь не было свечей, зато под самым потолком горели огоньки, которые, видимо, играли роль тех самых свечей. Один огонёк спустился ко мне и оказался до удивления похожим на светлячка. Возникла мысль потрогать его, но я решила этого не делать: не потому, что боялась обжечься, а затем, чтобы не совершать лишних движений, которые могут не понравиться Фейской Библиотеке.
— Можешь, дитя. Только помни, всё, что ты здесь говоришь вслух, и всё, что ищешь в книгах, станет известно феям, — предупредила она.
Да кто бы сомневался, что феи везде следят за студентами! Кто-то же присматривал за мной, не показываясь на глаза. Правда, втайне я решила, что всё равно его — или её — поймаю. Среди фей были как девушки, так и парни, и это никого не удивляло. Маленькие феечки же откуда-то появляются на свет! Красивая легенда о том, что они рождаются из цветов, стоит невинному ребёнку засмеяться, была всего лишь легендой.
— Мне нечего скрывать, — сказала я Библиотеке и уселась за стол, откуда было лучше видно двор академии и всю Долину фей. Студенты перестали гоняться друг за другом и начали спускаться на землю. Донеслись обрывки фраз:
— …испытать наше умение причинять боль на расстоянии?
— …этично, неэтично — главное, эффективно!
Я нахмурилась, думая о том, что чёрные, пожалуй, не менее опасны, нежели серые, вот только вели себя значительно лучше, и неприятностей в академии не искали. Недавно, как я знала, глава факультета Грайзерис вызывала своих подопечных, чтобы серьёзно с ними поговорить. Вот бы Сигвара хоть раз серьёзно нарушила правила! Тогда бы её отселили от меня. А моей соседкой стала бы, к примеру, Тимния.
С этой мыслью я обмакнула перо в чернильницу и принялась выводить закорючки на языке, известном только мне и дяде. Нашем секретном языке, немного похожем на джейлари. Когда закончу письмо, отошлю его и поищу в Фейской Библиотеке сведения обо всяких подозрительных зелёных вспышках — таков был мой план.
Спустя полтора часа я со стоном отодвинула в сторону огромную стопку книг и сжала обеими руками ноющие виски. Библиотека была так добра, что помогла мне, зачитывая иные тома вслух, но дело казалось безнадёжным. Я не одолею столько информации! И пока что тщательные поиски ничего не дали…
Передо мной так неожиданно материализовался пергамент, что я чуть не свалилась с табурета. Затем пришла в себя, схватила письмо и раскланялась с Фейской Библиотекой. Пора было уходить, я и так ей надоела!
Извинившись за беспорядок, я вместе с пергаментом убежала в коридор. Нашла укромное местечко, где не было никого, кто мне помешает. И прикоснулась к заглавной букве письма, чтобы услышать текст. Это была наша с дядей первая хитрость; вторая заключалась в том, что он тоже ответил мне на секретном языке.
— Кэрхильд, я очень рад твоему письму, — тепло сообщил мне голос дяди, и, обрадованная, я порывисто коснулась пергамента рукой. Тот не дрогнул и, передав мне привет от Замка-Артефакта и его смотрительницы, продолжал уже более обеспокоенным тоном:
— Что касается Арифании, то однажды, задолго до твоего рождения, там ранили дракона из альга Найварис, и это дело пришлось расследовать во дворце благородного альгахри Каль-Ниарвена…
Так и думала, что с Арифанией не всё просто!
— …поэтому я отправил твоё сообщение в службу квизари.
Я знала, что квизари — это драконы во дворце альгахри, которые расследуют всякие происшествия; также были проверяющие, чья обязанность — облетать все страны под покровительством альга Найварис, проверяя, не случилось ли военного конфликта или ещё чего-то, требующего немедленного вмешательства.
— Что бы там ни произошло, квизари выяснят, а до тех пор лучше, чтобы в Эльдрейни не было лишних разговоров. Держи всё в секрете. Тебе самой, Кэрхильд, лучше сторониться таких опасных дел, — голос дяди звучал сдержанно, но строго. — Помни, зачем ты в академии. Главное — учёба!
Я надулась и отдернула руку от пергамента. Ну конечно! Кэрхильд, будь осторожна! Кэрхильд, не делай то, не делай это… Дядя как всегда! А уж если он настаивает на своём, спорить с ним бесполезно.
 
— И помни, что зависит от твоей учёбы, от твоих умений, — после этих многозначительных слов пергамент рассыпался пеплом.
Я тяжело привалилась к стене, чувствуя, как накатила усталость и снова ноет голова. Да… Разумеется, я помнила о своём долге — вернуть маму и папу домой, и, конечно, никакие происшествия в Арифании не стоили того, чтобы забыть об этом хоть на миг!
Тем временем кто-то тихий и очень маленький снова подкрался ближе, чтобы подслушать, подсмотреть или ещё что — неважно. Я развернулась и, резко взмахнув рукой, запустила в сторону назойливого существа артефактом из рукава. Белым медальоном с изображением паутинной сети, который в полёте ею и обернулся.
— Пусти меня! Пусти немедленно! — запищал сердитый голосок. Крылатое создание билось в магической паутине, но только запутывалось ещё сильнее. — Что ты себе позволяешь, а на вид такая милашка!
Я наклонилась над ним и ахнула от удивления. Это и правда была фея, вернее, фей, но какой!.. С наполовину чёрными, наполовину золотыми крылышками, он походил расцветкой на пчелу — жёлтый с чёрным, только без полосок.
Пока я изумлялась, фей напрягся и… моя сеть вдруг развалилась на сверкающие нити, которые усеяли пол. Но как… Как он смог?! Это же невозможно!
— Вот тебе! — крикнул фей, показав мне крохотный язык — и тот был двухцветный! А затем вскочил на ножки, взмахнул крылышками и был таков.
А я, остолбенев, так и осталась стоять в коридоре.
  
Глава 6
 
— Если белый альгахри встанет на третье поле слева, то ему грозит опасность со стороны двух придворных сразу, — прошептала я, чтобы не разбудить храпящую Сигвару, и заглянула в условие задачи ещё раз. — Как рискнуть собственным альгахри и в то же время выиграть партию?
После ночного занятия, устроенного Рильманом, я была слишком взбудоражена, чтобы заснуть. И вместо этого решила коротать ночь до рассвета в обнимку с учебником по тейроку.
— Так, допустим, этот чёрный придворный не опасен, — ущипнув себя за губу, я уставилась на доску, стараясь соображать как можно быстрее. Игра в тейрок развивала логическое мышление и аналитические способности, поэтому мне хотелось изучить её в совершенстве. Тем более, что далеко не все белые драконы были в состоянии сыграть хорошую партию и провести комбинацию, не говоря уж о других альгах!
Я покосилась на Сигвару, мирно спавшую в своей кровати с балдахином. Во сне лицо драконессы оставалось таким же мрачным, как и наяву; кружевное одеяло, которое она натягивала чуть ли не до подбородка, сползло, чёрные волосы разметались по подушке. Интересно, каково это — быть серой? Я завидовала их дару превращений, но, с другой стороны, этот же дар мог привести к неприятностям. Как-то читала историю серого дракона, который забавы ради превратился в муху и был прихлопнут простым человеком. Об участи того несчастного книга умалчивала, но если история стала известной, то ничего хорошего с ним не сделали. Альг Грайзерис давно прославился не в лучшую сторону. И когда-то именно они начали Великую Драконью войну, в которой истребили почти весь альг зелёных. Сейчас он возрождался заново.
— Попробуем этот вариант, — я поставила белого альгахри на второе поле справа. Тотчас доска ожила, объятая огнём фигурка исчезла, а в учебнике появилась красная строка: «Не решено! Попробуйте заново».
Тьфу! Подождав, пока белый альгахри восстановится — сгоравшие фигурки «воскресали» после игры, я решила, что на эту ночь с меня хватит, и спрятала всё воинство в ящичек. Следом положила и книгу.
Академия была тиха и спокойна, и меня посетила мысль о такой же тихой и чинной прогулке по коридорам. Прошло две недели с тех пор, как меня приняли в студенты, и ничего захватывающего пока не происходило. Мне даже стало скучно.