Беды с любовью (ЛП)

Глава 1
Эмма подумывала о том, чтобы сослаться на болезнь.
Грипп. Судороги. Корь. Дизентерия. День психического здоровья. Да что угодно.
По крайней мере, ей, вероятно, следовало подождать до окончания утреннего часа пик. Или, возможно, пробраться через заднюю дверь своего офисного здания вместе с разносчиком кулеров с водой.
Но Эмма Синклер была не из тех, кто позволяет незначительным жизненным неурядицам доставлять ей неудобства.
Хотя…
Она полагала, что можно было бы поспорить, что не было ничего незначительного в том факте, что её квартира превратилась из совершенно нормальной в полностью затопленную за меньшее время, чем ей потребовалось, чтобы завить ресницы.
А что касается того факта, что в результате этой водной катастрофы всё здание обесточилось… ну, это был настоящий апокалипсис.
И всё же. Бывают вещи и похуже, чем прийти на работу с мокрыми волосами и без макияжа, одетая в ярко-розовое платье подружки невесты со свадьбы кузины, которое было единственной сухой вещью в шкафу благодаря пластиковому чехлу для одежды.
Эмма едва удосужилась взглянуть в зеркало, прежде чем выбежать из квартиры, преследуемая матерными проклятиями от своего раздражённого домовладельца. Но ей не нужно было смотреться в зеркало, чтобы понять, что её внешний вид был отчасти слишком гламурным для офиса, а отчасти напоминал уличную крысу.
Кроме того, кому нужно зеркало, когда у тебя есть такие друзья, как Джули Грин?
Эмма копалась в своей сумке в поисках пропуска, который позволил бы ей пройти через охрану в офисном здании Равенна, где она работала, когда Джули подошла к ней сзади со стаканчиком из «Старбакс» в руке, и, как всегда, с улыбкой.
— Привет, Эм… аааа, — сказала Джули, прервавшись в ужасе, когда рассмотрела внешний вид Эммы.
Эмма бросила на Джули насмешливый взгляд. — Тебе нравится?
— Я даже не понимаю, что здесь происходит, — сказала Джули озадаченным голосом. Она протянула свой стакан «Старбакс». — Вот. Возьми мой карамельный макиато. Тебе он нужнее.
Эмма начала было отнекиваться, мол, "не нужно, всё в порядке", но, подумав, приняла предложение. Её подруга была права. Она и вправду нуждалась в нём больше. Инцидент произошёл во время приготовления кофе, что означало, что у Эммы был недостаток кофеина.
Она сделала глоток, пока Джули продолжала в ужасе разглядывать вид Эммы.
— Объяснишь? — спросила Джули.
Эмма вздохнула. — В квартире надо мной произошла какая-то катастрофа с водой. Вся моя квартира похожа на съёмочную площадку «Титаника», за исключением сексапильного Лео.
Джули посмотрела на мокрые волосы Эммы. — Значит, твои волосы мокрые от грязной воды из трубы?
— Нет, — сказала Эмма, сделав последний глоток кофе Джули и передав стаканчик обратно, когда она нашла свой пропуск. — К счастью, я приняла душ до того, как прорвало трубу, и мне удалось увернуться от самых сильных брызг. К сожалению, сушить волосы было нельзя.
— Точно. Вся эта история с ударом током, — сказала Джули, когда они провели своими пропусками и направились к лифтам.
— Эм, да, но меня бы не ударило током, даже если бы я захотела, — сказала Эмма, нажимая кнопку «вверх». — Электричество отключилось.
Карие глаза Джули выпучились. — Серьёзно? Тебя затопило, так ещё и нет электричества? Всё разрушено?
— Конечно, нет. У меня всё ещё есть это прелестное платье, — сказала Эмма, оттягивая подол платья в сторону и делая реверанс. Она притворилась, что не заметила, как две девушки, которые радостно сплетничали, пока они пересекали вестибюль до лифта, тут же затихли, заметив её.
Платье само по себе отвлекало бы внимание. Мокрый пучок так же был нетипичен для шикарного офисного здания, в котором неофициальным дресс-кодом для женщин была изысканность и утончённость.
Но отсутствие макияжа делало всё только хуже. Гораздо хуже.
Не то чтобы Эмма действительно была гламурной девушкой, но у неё был явный недостаток — очень светлые ресницы, несмотря на её светло-каштановые волосы. А форма её глаз делала ситуацию ещё хуже. Они были большими и слегка приподнятыми вверх. Глаза Бэмби, как всегда называла их её мать.
  
Но без подводки и туши для ресниц она больше походила на Голлума из «Властелина колец», чем на очаровательного оленёнка.
— Знаешь, это хорошее платье, хотя и немного неуместное для работы, — размышляла Джули, пока они заходили в лифт следом за двумя сплетницами и мужчиной средних лет, болтающим по телефону. — Сексуально. Даже немного распутно. Тебе идёт!
— Потрясающе, Джулс. Распутство — это как раз то, к чему я стремилась утром среды в офисе.
— Ну тогда тебе следовало позвонить мне. У нас одинаковые размеры. Я могла бы одолжить тебе что-нибудь.
— Я воспользуюсь этим завтра, — сказала Эмма, когда Джули нажала кнопку двенадцатого этажа. — Всё, что у меня есть, в лучшем случае придётся отдать в химчистку, в худшем — сжечь. Но сегодня утром я не смогла бы проехать из Верхнего Ист-Сайда в Верхний Вест-Сайд во время пробок и при этом успеть в офис вовремя.
Двери лифта только начали закрываться, когда между ними просунулась мужская рука, активировав датчики, и двери снова открылись.
Отлично. Чертовски потрясающе.
Другая женщина застонала бы от ужаса при виде стоящего перед ней мужчины.
Эмма лишь расправила плечи, не обращая внимания на тихо произнесённое Джули: "О, Боже".
Это был он.
Мужчина был великолепен в том смысле, что заставлял женщин останавливаться и пялиться. Высокий и худощавый атлет был как всегда безупречно одет в аккуратный, идеально сшитый чёрный костюм. Сегодня без галстука, хотя он был частым аксессуаром.
Его тёмные волосы были идеально уложены, чисто выбритое лицо демонстрировало сильную челюсть и симметричные губы.
А глаза… сегодня зелёные, хотя они часто могли полыхать синим.
Но Эмме не нужно было смотреть на мужчину, чтобы знать всё это.
Она знала всё это из своих воспоминаний. Плохих воспоминаний.
Он не дрогнул при виде Эммы, её коктейльного платья с глубоким вырезом и уродливого мокрого пучка.
На самом деле, он вообще не смотрел на неё.
Ничто — ни удивление, ни даже признание, не отразилось на его лице при её присутствии.
Этот человек контролировал себя.
Всегда.
Джули сдвинулась в угол лифта, чтобы освободить для него место, и он коротко кивнул ей, прежде чем повернуться так, чтобы они с Эммой стояли плечом к плечу.
Двери закрылись, и Эмма подняла глаза на маленький экран, на котором отображался номер этажа.
Он подражал её позе, его взгляд также был устремлён на то место, где буква L превратилась в 1, а затем в 2, когда они поднимались вверх.
— Эмма, — вежливо сказал он, не глядя на неё.
— Кэссиди.
— Ты хорошо выглядишь.
— Ты тоже, — сказала она ровным тоном. Монотонно.
— Надеюсь, ты принарядилась не из-за меня? — Его голос никогда не терял своей непринуждённой вежливости.
Она даже не взглянула на него. — О, тебе оно не нравится? Я так надеялась, что необычного платья будет достаточно, чтобы ты попросил мой номер.
Лифт остановился на седьмом этаже, и Эмма и Кэссиди шагнули в сторону, чтобы мужчина в дальнем углу мог выйти. Они синхронно вернулись в прежнее положение, когда дверь закрылась.
Они по-прежнему не смотрели друг на друга.
— Знаешь, на мой вкус, это немного ярковато, — размышлял он, как будто их никто не прерывал. — Мне нравятся более сдержанные цвета на женщине. Скажем… белый. Мне всегда нравиться видеть женщину в белом платье. У тебя есть такое?
Джули прочистила горло, хотя Эмма не могла понять, это было предупреждение или смех.
Лифт остановился на 12-м этаже. Остановка Эммы. Наконец-то.
— Извини, — пробормотала она Кэссиди, выходя из лифта, её голос был приторно-сладким.