К чему приводят девицу… Дивные сны

— Прекраснейшая, прекраснейшая, прошу вас подайте! Прошу вас…
Нелика неотрывно, словно зачарованная, смотрела на серебряную монету в своей руке, затем перевела задумчивый взгляд на карлика. Тот незамедлительно протянул ей шапку.
— Прекраснейшая, прекраснейшая, дайте, дайте, — клянчил он.
Полуэльфийка с брезгливым выражением на лице смотрела на карлика. Затем она поджала губы и заявила:
— Ничего ты от меня не получишь, уродец проклятый! — бросилась бежать.
— Ты пожалеешь об этом, прекраснейшая! — тихо, но отчетливо произнес карлик.
Я сглотнула, а потом почувствовала, как кто-то потянул меня прочь. Затем пришло осознание того, что я бегу вслед за Лиссой. Оглянулась — карлики затерялись в толпе.
Нелику мы догнали довольно быстро. Ничего объяснять нам она не стала.
Когда встретились с родителями, то рассказали им о гадалке, а о карлике умолчали. Уж очень выразительно смотрела на нас полуэльфийка.
Родительницы переглянулись между собой, а тетя Ирана уточнила:
— Темно-фиолетовый шатер со звездами и две полудайны, одну из которых зовут Лейма?
— Да.
— Радуйтесь! — нахмурившись, сообщила матушка. — Вас сама госпожа Оракул приветила.
— Кто? — дружно возопили мы.
— Оракул богов. Считается, что она только избранным смертным гадает, — пояснила тетя Горана.
— Так что вам повезло! Следуйте ее советам — не прогадаете! — заявила тетушка Ратея.
— Еще были бы они, эти советы! — угрюмо изрекла рыжая. — Сплошные загадки да намеки!
— Так на то она и Оракул! — ответила тетя Ирана.
«И в чем же я слепа?» — озадачилась я.
На обратном пути в санях Нелика сидела рядом со мной, Лиссой и Тинарой. Последняя спросила у полуэльфийки:
— Ты чего ему монету пожалела? Может, это и был твой судьбоносный выбор?
Нелика выдохнула и сказала:
— Не люблю юродивых, особенно таких! Я пугаюсь и веду себя непредсказуемо!
— Мы видели, — ответила Лиссандра.
Когда приехали в Крыло, то решили отвлечься и отпраздновать смену года еще и с жителями нашего городка. Бегали, играли, катались с гор, танцевали, пели песни, водили хороводы вокруг главной елки — словом, веселились на полную катушку!
В разгар праздника капюшон шубки то и дело слетал с моей головы. И я решила не надевать его вовсе, мне и без него было жарко.
Образ сапфирового дракона время от времени посещал мое сознание. Я от него с успехом отмахивалась.
Так истово выплясывала, что захотела пить. Бежать к лотку не хотелось, я собрала с ближайшей ветки дерева пригоршню чистого снежку и с удовольствием съела его. Одной горстью дело не ограничилось!
Естественно, на следующее утро я заболела. Меня мучила боль в горле, жар и ломота в костях, а голова так и вовсе раскалывалась. Больше никогда не стану есть снег!
Нелика с Лийяной зашли попрощаться со мной, а я с унылым видом пила липовый отвар с медом. Рядом стояла тарелка с сушеной малиной. С полуэльфийкой договорились увидеться в академии, я обещала поправиться к этому времени.
Но в данный момент я лежала и злилась:
— Ну почему высший целитель лечит от смерти, а простуду вылечить не способен!
— На это не способен любой целитель, — ответила Леля, пришедшая меня навестить.
Болела я целую седмицу, но стараниями матушки все-таки выздоровела.
Радовало одно — приехавший ко мне Эльлинир уехал ни с чем. Его до меня не допустили по причине моей болезни.
Дракон снился каждую ночь, он то злился, то беспокоился. Я, мучаясь от жара, пообещала: «Потерпи, милый, уже немного осталось. Приеду в академию, и мы обязательно увидимся!»
  
ГЛАВА 13
 
Дымка портала рассеялась, и мы оказались в академии. Поспешили покинуть круг и отправились прямиком на улицу.
В передней нас встречали Конорис, Лейс и Андер. Я крепко обняла последнего.
— Ну что, как каникулы провела, подружка? — шепнул Андер и поцеловал меня в щеку.
— Может, вечером у «Мага» все обсудим? — предложила я. — И ты мне все о своих каникулах у Конориса в имении расскажешь! — выразительно поглядела на друга.
 
Андер хмыкнул и кивнул.
Первым уроком после каникул у нас было «Межрасовое законодательство».
— Солнечного утра, барышни! Сегодня мы повторим уже изученные ранее статьи законодательства и рассмотрим некоторые ситуации, в которых вам пригодится знание этих самых статей, — начал свою лекцию архимаг мир Самаэль. — Вот первая из них. Представьте, что в ночь середины лета вы гостили в Сверкающем Доле и, не удержавшись, сорвали пару листов с дерева олейника. Ваши действия в этом случае?
— Я бы их куда-нибудь припрятала и сбежала домой, — ответила гномка Рина.
— Гм… в таком случае напомните нам, сударыня Имер, какое наказание грозит тем, кто без спросу соберет листья олейника в Сверкающем Доле?
— Штраф пять золотых за каждый сорванный листок или тюремное заключение сроком от одного года до пяти лет, — мрачно изрекла гномка.
— Верно! И вы готовы рискнуть?
— Нет! — последовал четкий ответ Рины.
— Тогда какими будут ваши действия?
— Повиниться перед эльфами и заплатить за каждый сорванный лист по одному золотому.
— Все верно! — довольно улыбнулся мир Самаэль. — Вот вам мой совет — всегда поступайте в соответствии с законом.
После урока архимаг напомнил мне, что ждет меня вечером.
Во время обеда мы с иллюзионистками обсуждали прошедшие каникулы. Нелика взахлеб рассказывала подругам о празднике Смены года, проведенном с моим семейством.
— Снегири и в самом деле пели? — удивилась Сая.
— Вот это иллюзия так иллюзия! — потрясенно добавила Ланира.
— Ага! Даже у меня не получилось бы лучше! — сообщила Йена.
— Я бы посмотрела на это!
— А еще нам гадала сама госпожа Оракул! — горделиво поведала я.
— А кто это?
— Что нагадала?
— Рассказывай!
Мы с Йеной и Неликой стали повествовать подругам о произошедшем на ярмарке в Лимани.
— Вот это да! — выдохнула Элана.
— Только мы мало поняли из того, что нам нагадали, — сокрушенно заметила я.
— И что именно она вам наговорила? — полюбопытствовала Зила.
— Много чего! — ответила Нелика. — Ты нам лучше расскажи о том, как ты в ночь Смены года в компании Осмуса оказалась?
Полугномка отчаянно покраснела и смутилась.
— Так это… он сам… пришел…
— А ты его и не выгнала, — хихикнула Ланира.
— Ну не выгнала! И что? Нравится он мне! Вот! — поведала нам Зила, а затем запальчиво дополнила: — А ты сама где на каникулах побывала? Наверно, в Мейск успела съездить! Все этого бирюзовоглазого демона ищешь?!
Теперь настала очередь краснеть и смущаться Ланире. Я пристально посмотрела на нее, а девушка повинилась:
— Ну была я в Мейске и демонов видела, только его все равно не нашла…
— Эй, подруга, ты чего? — одернула ее Сая.
— Чего-чего? Не видите, влюбилась я?!
— Так ты же его толком и не видела даже! Тарнион под мороком на Арене был, — озадачилась я.
— Какое красивое у него имя… Тарнион… мм… — Ланира мечтательно вздохнула. — А глаза просто волшебные, как у сказочного принца! А голос… я просто млею…
— Ты совсем разум потеряла? — подозрительно осведомилась Нелика.
— Потеряла, — со вздохом ответила одна иллюзионистка, а другая добавила:
— Когда по-настоящему влюбляешься, то теряешь все и сразу: и разум, и гордость, и остальное!
— Ты что? — удивилась третья иллюзионистка — Сая. — Тоже влюбилась?
— Влюбилась, — призналась Йена, а потом и вовсе повергла нас в оцепенение. — Я ему вестника с признанием в любви отправила! Только не указала, что послание от меня!
— Так вот чем ты занималась, когда без нас по ярмарке бродила! — догадалась Нелика.
Блондинка виновато потупилась.
— Нет, — покачала я головой. — Определенно, любовь и безумство неразделимы!
Девочки молча переглянулись и дружно пожали плечами. Я насупилась — еще неизвестно, чем обернется это признание Йены лично для меня!