К чему приводят девицу… Дивные сны
Затем прошла в жилые комнаты. Посередине первой, самой большой, стояла давно небеленная печь. Она была почти целой. Видимо, хозяева этого дома покинули весь одними из последних. Больше в этой комнате ничего не было.
Я прошла в другую. Это была спальня, причем она явно принадлежала девице. Стены оклеены выгоревшими розовыми обоями, а на полу лежала самодельная тряпичная кукла и моток ниток. Оба предмета выглядели новыми, вот в чем была странность! Красные нитки почти не выгорели, моль тоже не поживилась ими. Я подняла куклу. Ее глаза-пуговки, казалось, неотрывно смотрят на меня. Эта игрушка была явно не простой, как и нитки. Я знала, что подобные вещи лучше всего не трогать совсем, но всем известно, что «любопытство и кошку сгубило». Рассудив, что на дворе день, а рядом тетя Ирана и воины, я подняла оба предмета. Чувствуя себя скудоумной, я перво-наперво спросила:
— Госпожа кукла, можно я заберу вас и этот клубок с собой?
Вгляделась в кукольное лицо. Мне показалось, что игрушка кивнула или это была игра солнечных лучей, пробравшихся в окно? Я поблагодарила заброшенный дом за дары и поспешила на улицу.
— Мам! — Я бежала по веси, разыскивая родительницу.
Она стояла в окружении других спутников.
— Что случилось?
— Тетя Ирана, что это? — слегка запыхавшись, спросила я, протягивая куклу и клубок.
Тетушка, озадаченно нахмурившись, приняла обе вещи. Тут же подскочили любопытные кузины.
— Где ты это нашла?
— Там. В заброшенном доме.
— Где? — настороженно поинтересовался Ждан. — Сударыня, вы знаете, как опасно заходить в такие дома? А еще вы понимаете, чем грозит такая пробежка по заброшенным весям? Дом может обвалиться, а в спешке вы можете не заметить разрушенный колодец или погреб!
— Нилия, он прав!
Я виновато опустила взор, но потом все же подняла глаза на тетушку. С воином спорить не стала, понимая, что он прав.
Тетя Ирана тем временем указала на куклу:
— Это оберег. Очень мощный. Сразу чувствуется, что сильный маг ставил защиту. Темной или черной магии я не чувствую, и похоже, что амулет принял тебя, Нилия, поэтому можешь оставить его себе.
— Оберег? Амулет? А от чего он защищает?
— Жизнь оберегает, если тебе так понятнее.
— Его же неудобно носить с собой, — вскользь заметила Лисса. — Да и по-детски это как-то… кукла!
— Возможно, что именно для ребенка и делали, — ответила тетушка. — И я удивлена, как можно было такую вещь просто бросить! Бери, племянница, пригодится!
Я молча положила куклу в свою котомку, потом подумаю, как можно ее использовать.
— А что это такое, я не знаю! — огорченно покрутила в руках клубок тетя Ирана. — Чувствую, что магическая вещица, а что именно, разобраться не могу! Ты уверена, что это было в заброшенном доме?
Я многозначительно посмотрела на нее, а маменька предложила:
— Пойдемте к Олии, покажем ей, может, она сумеет понять, что это за предмет.
— Выползня больше ждать не будем? — разочарованно полюбопытствовала Лиссандра.
— Я думаю, что это бесполезно. Слишком мало времени прошло с нашей последней охоты. Теперь корешки поостерегутся показываться на поверхности, — сказала матушка.
Рыжая расстроилась, но пошла следом за всеми по узкой тропке.
Вскоре мы вышли к знакомой избушке, родительница шепнула мне:
— Не удивляйся. Постарайся сохранить невозмутимый вид.
Я озадаченно посмотрела на нее, а затем чуть было не открыла рот. Из избушки с трудом выбралась пожилая женщина, с ног до головы укутанная в плащ, несмотря на жару. Я не сразу, но поняла, что перед нами Олия.
— Это что за старая ведьма? — тихо спросила стоящая рядом Лисса.
Матушка и тетя Ирана поспешили к Олии. Обнялись. Затем представили моих сестер. Воинов быстро снарядили в лес за дровами, а мы пошли в баньку.
Напарившись и постирав одежду, зашли в избушку. На столе стоял самовар и благоухал круглый открытый ягодный пирог.
Чуть замешкавшись на пороге, я дернула маменьку за рукав. Она спокойно ответила на мой немой вопрос:
— А ты считаешь, что моя сестра не удивится, увидев, что Олия ничуть не постарела за прошедшее время?
Я понятливо кивнула, наконец уразумев, к чему весь этот маскарад. Когда мы сели за стол, то нам тут же подали горшочки с тушеной картошкой и грибами.
Кузины подозрительно косились на Олию. Я же уплетала за обе щеки обещанное угощение, как и родительницы. Хозяйка подала к столу и свою настойку. Сестры с величайшим сомнением смотрели на напиток. Но все-таки подняли стопочки за встречу. Йена сразу закашлялась, едва пригубив настойку, да и у рыжей выступили слезы. Олия и наши маменьки прищурились, глядя на девчонок. Я вспомнила свою реакцию на этот напиток и слова Олии, поэтому поспешила пнуть ногой под столом обеих кузин. Лисса первой поняла, чего от нее ждут. Она подняла стопочку и отпила, зажмурилась, распробовала и залпом опустошила деревянный стакан. Йена, следуя ее примеру, медленно, но выпила свою порцию.
Олия едва заметно кивнула нашим родительницам. Те расслабились.
Меня разморило, но матушка напомнила мне про найденный клубок.
Я достала его из котомки. Олия протянула руку, испещренную явно нарисованными старческими пятнами. Если бы кузины и тетушка внимательнее пригляделись, то смогли бы разобраться что к чему.
Рассмотрев клубок, Олия моргнула, затем хорошенько ощупала моток ниток и произнесла:
— Вот уж не думала, что путевые клубки еще остались на Омуре. Где ты это взяла, деточка?
— В заброшенном доме по пути сюда.
— А что такое путевой клубок? — подскочила на месте Лиссандра.
Да и мы все с ожиданием смотрели на хозяйку дома, она услужливо пояснила:
— Путевые клубки когда-то использовали для путешествий. Скажешь ему маршрут и идешь за ним.
— Ого!
— И что, в любой город на Омуре мог привести?
— Мог. Такие клубки очень ценились. И неудивительно, что Нилия нашла его в заброшенной веси. Демоновы кулички в свое время основали наемники, а их потомки спустя два века покинули поселение, видимо, про клубок они не ведали, вот и бросили за ненадобностью.
— Повезло тебе! — с завистью во взгляде покосилась на клубок Лисса.
— Да. Боевой ведьме нужна такая вещь! — кивнула тетя Ирана.
— Пользуйтесь. Мне не жалко, — пожала я плечами и зевнула.
Олия посмотрела на меня и произнесла:
— Девочкам пора спать. На чердаке уже все готово, а вы, старшие, еще посидите со мной, уважьте старую! Воинам вашим на сеновале все приготовлено, попрошу домового, чтоб накормил их, а банник помыться проводит.
Пожелав звездной ночи оставшимся за столом, мы с кузинами пошли на чердак.
— И откуда только эта старая ведьма взялась? — прошептала рыжая, укладываясь на лежак.
— Никакая она и не ведьма! — запротестовала я, очень обидевшись за Олию. — Она травница, когда-то маменьку мою учила, да и судьба у нее нелегкая!
— Ты лучше скажи, — отвлекла меня Йена, — что это за дела такие с этой настойкой?
— Вот-вот, — согласилась с ней Лисса. — Ты чего нас под столом так старательно пинала?
— А вам понравился напиток? — лукаво прищурилась я.
Кузины переглянулись и поделились своими ощущениями:
— Сначала обжигает, а потом легкий терпкий вкус.
— Ага! Кажется, что пьешь само лето.
— Значит, вы, так же как и я, полюбите перворожденных. Так Олия мне в прошлый раз сказала. Вроде я правильно поняла, — отозвалась я.
— Ого! — удивилась Йена. — А что было бы, если бы мы не выпили?
— Честно говоря, я сама не совсем поняла, в чем смысл всей этой проверки, но в прошлый раз Олия сказала мне, что ее настойка такая же обжигающая, как и любовь перворожденного. А раз я ее выпила, то, значит, все у нас с ним сладится… Хотите, спросите сами.
— Погоди! — Лиссандра озадаченно свела брови. — Это что получается? У тебя все сладится с драконом, у Йены — с эльфом, а кто станет моим избранником?
— Демон, — буркнула я, досадуя, что рыжая запросто спровадила меня к дракону, может, я тоже эльфа хочу, только не Эльлинира, а другого!