К чему приводят девицу… Дивные сны

Видя мое удивленное, испуганное лицо, мир Эсмор поспешно отвернулся, отпустил меня, шумно выдохнул и сказал:
— Хорошо, что мы с вами встретились, шерра. Архимаг объяснил мне причины ваших неудач на наших уроках, поэтому я отдаю вам ваш амулет. Держите!
Магистр вынул из кармана камзола вырезанную из дерева подвеску на тонкой цепочке. Я протянула ему дрожащую ладошку. Мужчина собрался положить в нее амулет, но, взглянув на мою руку, замер, а затем довел меня до состояния полного сумасшествия. Он нежно взял мои руки в свои, пристально осмотрел их и прикоснулся к запястьям, погладив их своими сухими горячими пальцами.
— Шерра, кто вас обидел? — Теперь в голосе мир Эсмора чувствовалась сталь.
Я опустила взор и увидела на своих руках следы от пальцев Эльлинира, изрядно смутилась и попыталась отдернуть руки.
— Шерра, кто посмел вас обидеть? — повторил свой вопрос магистр, а я удивилась еще сильнее — в глубине его глаз замерцали красные искры.
В этот самый миг раздался голос Эльлинира:
— Арриен, что ты тут делаешь?
— Да вот к тебе направлялся, — сквозь зубы изрек мир Эсмор, затем странно поглядел на меня, перевел взор отливающих красным блеском глаз на эльфа и продолжил: — И эту шерру по пути встретил, а поскольку все равно собирался вернуть ей амулет, то остановил сию девицу. Держите, шерра!
Мир Эсмор, не гладя на меня, вложил в мою ладонь подвеску, ласково коснулся запястий и пошел к Эльлиниру, а я припустила прочь. И если от прикосновений эльфа меня трясло от страха и отвращения, то от прикосновений мир Эсмора по моему телу разлилась такая сладкая истома, что пришлось на лирну остановиться, чтобы перевести дыхание и успокоить бешено стучащее сердце.
В раздевальне натолкнулась на парней.
— Нилия? — первым удивился Андер. — Ты что тут делаешь в такое время?
Я ничего путного придумать в ответ не смогла, все еще находясь под впечатлением от произошедшего. Друг подал мне шубу, и я протянула руку, чтобы просунуть ее в рукав. Андер замер, схватил меня за одно запястье, затем за другое, осмотрел их и тихо ругнулся. К нам подошли другие юноши и тоже изучили мои руки.
— Это ОН сделал? — процедил Андер.
— Я сама виновата во всем! — поспешно заверила я.
— Понятно! — На скулах друга заиграли желваки. Остальные парни переглянулись между собой.
— Да все хорошо! — повторила я. — Пойдемте к «Магу», как и собирались, — попыталась я отвлечь их.
— Нилия, ты понимаешь, что это такое? — осторожно поинтересовался у меня Конорис.
— И ты уверена, что все хорошо? — добавил Дарин.
— Да. Я успела убежать.
— Как тебе это удалось? — внимательно посмотрел на меня Андер.
— Рассказывай! — велел Лейс.
Я, поколебавшись, поведала им о том, чему меня научила тетушка. Парни дружно хмыкнули.
— Молодец! Все правильно сделала! — усмехнулся Дарин.
После всю историю я пересказала еще раз. Упомянула даже про мир Эсмора, сказав, что он вернул мой амулет. Кузины дружно решили:
— К эльфу одна ты больше не пойдешь!
А Нелика выразительно глянула на Йену. Блондинка ей кивнула и глубоко о чем-то задумалась.
Выпив два бокала вина, Андер шепнул мне:
— Придет время, и я ему отомщу за тебя!
— Оставь, — устало попросила я.
— Не-а! Не оставлю! Негоже обижать слабую девушку!
— Ты бы на его месте тоже разозлился!
Андер скептически покосился на меня, но промолчал.
Ночью мне приснился мой дракон. Этот подозрительно покосился на меня, только отчего, я не поняла. И преувеличенно бодро осведомилась:
— Как ваши дела, господин Шайн?
— Хор-р-рош-шо! А твои как?
— Неплохо! Мы с друзьями рассчитываем в конце следующей седмицы отметить Праздник весны.
— Блинами угощ-щатьс-ся с-собир-р-раетес-сь?
— Да. А расскажите что-нибудь еще про Ксимерлиона, — попросила я, дабы сменить тему разговора.
Зверь ненадолго задумался, а затем произнес:
— Иди ближе и с-скажи мне для начала: тебя никто больш-ше не обижал?
Я разместилась около его передних лап и как можно более беспечнее ответила:
— Никто меня не обижал, даже мир Эсмор и тот вернул мой амулет! — После я не удержалась и поиграла с искорками на его груди.
 
Дракон недовольно ворчал:
— Дев-фчонка! Ты не ответила на мой вопрос! Что с-смееш-шь с-скр-р-рывать от меня?! Я вс-се р-равно обо вс-сем ус-знаю с-сам!
— Вы же не хотите рассказывать мне про Ксимерлиона! — парировала я.
— Что о нем р-рас-сказывать?! Выс-сш-ший дуайгар-р. Нас-следник пр-р-рес-стола! Иногда с-сам с-стор-р-рожит гр-р-раницу. Так пр-р-ринято в Р-рильдаге!
— А Кенарион? Каков он?
— Дядюш-шка твой ещ-ще с-совс-сем глупый мальчиш-шка!
— То есть от вас нужную информацию я не получу! — скривившись, констатировала я.
— Ты же не р-рас-сказываеш-шь мне о с-себе! — возмутился Шайн.
— Так ничего необычного в моей жизни не происходит! — Я спрятала руки за спиной и скрестила пальцы.
Дракон прищурился, а я внимательно поглядела на него, потому что точно такие же синие, с узким вертикальным зрачком глаза я сегодня уже видела. Призадумалась.
— Что? — насторожился мой зверь.
— Ничего…
— Тебя точно с-сегодня никто не обижал, может, тот магис-стр-р-полудемон вс-се же пр-р-ричинил тебе боль?
— Нет, — покачала я головой и вспомнила нежные и волнующие прикосновения мир Эсмора. Разумеется, я зарделась как маков цвет, а нареченный с рыком заключил:
— Нилия, ты мне вр-р-реш-шь!
— Вру, — призналась я и обняла своего дракона. Крепко прижалась к нему, ощутив громкое биение его огромного сердца. Шайн прикоснулся носом к моей макушке и попросил:
— Р-рас-сказывай…
Я подняла голову и спросила:
— А когда мы с вами обручимся во второй раз?
Зверь несколько опешил:
— Ты тор-р-ропиш-шься?
Я пожала плечами, а он повторил свою просьбу:
— Р-р-с-сказывай. — Моей щеки коснулся влажный шершавый язык.
Я решилась и поведала ему все события, произошедшие с той ночи, которую мы называли просто «й», даже рассказала о проклятии, только без подробностей. Говорила долго, эмоционально, сбивчиво, бегая по поляне перед озером. Дракон внимательно слушал, молчал, лишь изредка помахивал острой пикой на хвосте. В самом конце он выдохнул черные дымовые струйки из ноздрей и недовольно осведомился:
— Интер-р-рес-сно! Почему р-раньш-ше ни о чем не говор-р-рила?
— Это тайна…
— Тебе не кажетс-ся, что я являюс-сь заинтер-р-рес-сованным лицом? И этот эльф пос-сягает на то, что пр-р-ринадлежит мне по пр-р-раву!
— Он же не знает об этом! — резонно заметила я.
— Так с-скажи ему! — раздраженно посоветовал Шайн.
— Вы же понимаете, что тогда может случиться?! — искренне испугалась я.
— Не бойс-ся, у тебя ес-сть я! — самодовольно изрек он.
— Нет. Давайте подождем!
— Тогда я откуш-шу ему голову!
— Вы с ума сошли? Его же Йена любит!
— Вот пус-сть и выходит за него замуж!
— Я прошу вас немного подождать, господин Шайн! Пожалуйста! — взмолилась я.
— Уговор-р-рила, — с недовольной мордой согласился зверь. — Но пос-сле того, как вы вер-р-рнете венец эльфам, ты ему вс-се р-рас-скажеш-шь о нас-с!
— Всенепременно! — радостно отозвалась я. — Кстати, вы не расскажете мне о Шепчущем лесе? Только факты, а не легенды!
— Р-рас-скажу, но позднее, когда пр-р-ридет вр-р-ремя!
Я кивнула и обняла своего дракона. На душе стало гораздо спокойнее.
Утром я получила вестника от Эльлинира с искренними извинениями и заверениями в любви. Он выражал сожаление о вчерашнем происшествии и выражал надежду, что я его прощу. Йена, придирчиво изучив послание, сказала:
— Я же говорила, что он хороший!
Днем на уроке по растениеводству Эстана рассказала нам, как в домашних условиях вырастить такое важное растение, как эльфийская розга.
Одна золотистая луковица этого лечебного растения лежала на учительском столе. Магистр мир Дейс начала свой урок: