Волк среди нас (СИ)
— Нет-нет-нет, — остановила я его, положив руку ему на плечо. — Остановимся на зайке, но только не переусердствуй. Кстати, ты рассказывал мне о городе чистокровных на Аляске, о своей родине, и даже обещал показать мне его. Ты что, забыл? — решила перевести тему. Обещал же, и уже как неделю не говорит об этом. Я не прочь, посмотреть на ночь длинной в месяц. Как-раз таки сейчас она там и длится. Северное сияние и все такое.
— Сразу же, как только закончим начатое, — это он о ритуале. — Раньше, никак не получится. Другие заметят что мы с тобой незаконная пара. Это плохо.
— Я думала, что тебе наплевать на то, что думают о тебе оборотни, — пробурчала я.
— То полукровки, а то чистокровные, — посмотрел на меня Леон, когда мы свернули на знакомую улицу. — Мне бы не хотелось поводов для обсуждения. Ведь другие сочтут что я не могу справиться со своей парой и давно отошел от корней. Если брат узнает, то умрет со смеху. Он и так-то считает меня слабохарактерным, — если он слабохарактерный, то боюсь представить какой его брат.
Ну, это много объясняет. Камнем преткновения является моя упрямость и несогласие, я бы даже сказала страх стать избранницей волка. Ведь на самом деле я больше боюсь даже не укуса, а всего остального.
— Ясно, — все что смогла вымолвить я. Лучше сейчас закрыть свой рот и не развивать эту тему.
— Согласилась бы ты, и тогда бы угрозы уже не было.
— Угрозы?!
— Я могу отгонять от тебя людей, полукровок и даже чистокровных, если таковы здесь будут. Но если кто-то из чистокровных посмеет поставить тебе метку до меня, то… — протянул Леон, не без злого выражения лица. — То будет плохо. Будет сложно это исправить. Поверь, лучше уж со мной, нежели в огонь.
— Чего-чего? В огонь?
— Это отрывок из какой-то пьесы. Мама читала нам с братом. Это было…давно, — мм, как интересно. — Там главный герой говорил своей жене, девушке…не помню, — запутался Леон и было забавно наблюдать за тем как он морщит лоб и вспоминает. Люблю когда он запинается и уже не выглядит таким безупречным со всех сторон. — Но думаю, суть ты поняла. Лучше поспешить и тогда я на всех правах буду тобой команд… Нет, я хотел сказать что ты просто будешь в безопасности.
— Мм. Стой-стой. Я не поняла, — задумалась я, садясь боком. — То есть, если меня укусит кто-то другой, то тебе резко станет на меня наплевать?
— Нет, — сухо ответил хищник, даже не взглянув на меня.
— Мне в общем-то все равно, — не было мне все равно, но на такой сухой ответ, это в самый раз. — То есть, я в одночасье стану для тебя…грязной? — Леон вновь коротко взглянул на меня, но ни слова не произнес. Так не похоже на него. Неужели, и вправду? Нет, я не хочу чтобы меня кусал кто-то другой. Вообще не хочу укусов. Но если бы пришлось выбирать между ним и кем-то другим, то я бы с легкостью сделала выбор.
Я так и не получила ответа на свой вопрос. Вроде бы общались все эти дни регулярно и многое узнали друг о друге, но всё же есть огромная пропасть между нами. Перепрыгнуть её, я просто не смогу. И видно построить мост может только этот злосчастный укус. Чтоб его!
— Встретимся вечером? — как ни в чем не бывало спросил Леон, когда мы остановились около моего подъезда.
— Где? — холодно спросила я.
— Где угодно. Можно у меня. Ну, чаю попьем. Фильм посмотрим, — не получится у него заманить меня в свое волчье логово. Потом же сам скажет, что знала на что шла. И я к счастью знаю, поэтому не пойду. Но всё же, чуточку ему подыграю.
— Что за фильм?
— Какая разница, — нахмурил брови оборотень, проводя пальцем по моему плечу. Ткань вообще не спасает. Под таким взглядом до обнаженки недалеко. — Он будет идти фоном, — так я и знала, но спасибо за честность.
— Неа, — качнула я головой. — Мы так не договаривались.
— Стоило попытаться, — пожал он плечами и совершенно нормально отреагировал на отказ.
Легкий поцелуй на прощание вошел в привычку. Главное вовремя разорвать его. Было пару тех случаев, когда он первым разрывал поцелуй, но это всего лишь пару раз. Но в этот раз, этот момент был нарушен моим братом, который вышел из подъезда. Скорее всего увидел нас в окно. Сейчас они с Леоном не такие уж и друзья, и как бы это не переросло в нечто худшее.
— Алекс! — выскочила я как ошпаренная из машины и побежала к брату, едва не оставив клок своих волос в руке Леона. — Что-то случилось?
Да ясное дело что случилось. Его жуть как накаляют наши встречалки-провожалки. Он уверен в своем предположении, что я полностью примирилась со своим новым положением.
— Случилось. Иди домой. Мне надо с твоим ромео поговорить, — чего это он мой? Я еще не решила что мне с ним делать. — Давай. Я сейчас приду, — нервозность так и исходила от него.
— Ну что ты? — положил мне руку на плечо чистокровный, который успел появиться за моей спиной. Улыбки ему не занимать. — Мы просто поболтаем. Я вечером позвоню, — провокационно меня приобнял и надо было видеть лицо брата.
Я согласилась лишь потому, что решила постоять за дверью и подслушать этих двоих. Кивнула им обоим и отправилась за дверь. Несколько секунд спустя прислонила правое ухо к холодной двери и начала проверять слышимость.
— Что, доволен? — услышала я язвительный тон брата. — Ты правда думаешь что нет способа избавиться от тебя? Теперь я вижу какая это утопия. Ты не имеешь права забирать её человеческую жизнь. Думаешь, если ты единственный чистокровный в городе и все тебя боятся, то тебе все можно? — Алекс вышел из себя и мне волнительно. С каждым днем мне кажется что у Леона все меньше и меньше терпения к нему. Но если он что-то сделает брату, то я безвозвратно поставлю ему мат. — Ты, сукин сын, не имеешь права трахать мою сестру и вкручивать ей в уши свою чушь. Хреново воздействие, будь оно проклято.
— Кончай, опошлять наши отношения с Виолой, — раздался злой голос Леона, хоть и сдержанный. — Я бы мог вообще тебе ничего не объяснять, ведь все что мне надо — при мне. Виола сама этого хочет. Я знаю это, — не думала, что он так уверен в этом. Я бы могла сейчас выйти и начать спор, но не стану этого делать. — Я не стану злиться на твои слова и придавать им значения. Думай, что хочешь.
Ну да, видимо мое согласие на испытательный срок закрыло ему глаза на всё другое.
— Это не меняет того, что началось это против её воли, — прорычал на него брат. В один момент я даже не узнала голос брата. Не знала что он способен на такой тембр. — Ты забавляешься с ней, будто она игрушка. И отлично знаешь, что если тебе захочется, то сможешь избавиться от нее в любой момент.
— Давай кое-что проясним, — тихо и устало произнес чистокровный, но мне посчастливилось это услышать. — Я не трахаю твою сестру. Я её люблю.
Глава 26. Шипы ранят нас, но как я могу наказывать за это цветы
Должно быть, я ослышалась. Нет, я не могла. Ведь сказанное я услышала четко, а последние слова он особенно выделил. Не рано ли он заговорил о любви ко мне? Да, два с половиной месяца назад мы встретились в первый раз, после этого был перерыв, чуть позже большие скандалы, а тишь да гладь всего две недели длится. Когда успел то? Неужели, у них так обострены эти чувства? Так странно, что об этом первым должен был узнать мой брат, а не я. Мне то в лицо, он точно этого не сказал бы. Наверное потому что знал, что не услышал бы того же взамен. А это так больно отдавать любовь, а самому оставаться пустым. Он верно поступил, что не сказал. Наверное. Это я стараюсь быть мудрой, но девичья половина меня, говорит мне о том, что я эгоистка которая хочет услышать всё до мельчайшей детали, а на его слова лишь отшутиться. Черт, что он вообще во мне нашел?!
Я могу мучать себя размышлениями сколько угодно, но этим только сведу себя с ума. Оказывается, это жуть как волнительно. Не стал бы он брату пыль в глаза бросать, для его спокойствия. Он отлично знал, что Алекс ему не поверит, но все равно сказал это. С одной стороны, ненавижу его за его тягу и любовь ко мне, ведь всё это положение, в которое он меня поставил, делает меня связанной по рукам и ногам. А с другой, как я могу наказывать его за это, даже словесно? Сначала выбор сделал волк, а все остальное оно само собой приложилось, получается. Если он всё-таки не врет. Леон рассказывал, что есть волки в его клане за севере, которые всю жизнь живут со своими женами и не питают к ним ничего такого, что может называться любовью. Сдается мне, что у нас совсем другая история. Или я просто хочу в это верить, дуреха. Стою тут с прижатым ухом к двери, да фантазирую.