Меня учит Смерть. Том II – Первый курс (СИ)

Ну, я и не ожидал иного. И это просто означает, что мне нужно идти дальше, на второй слой.
Покосившись на фигуру, возвышающуюся над миром, я тихо выругался. Чем ниже слой, тем реальнее он будет, да?..
Но чем дольше я тяну — тем ближе он будет к миру живых. Выбора нету.
Прыжок на второй слой; по ушам ударил раздражающий звук — будто белый шум — а вместо уже знакомой тьмы я увидел лишь алое зарево и ещё больше дыр, ведущих напрямую в Преисподнюю. Существо теперь можно было разглядеть в деталях — огромный тип, похожий на прямоходящего льва, с густой гривой волос и жестокой пастью, сжимал в лапах длинный, покрытый металлическими шипами хлыст.
И, похоже, меня эта тварь тоже увидела.
— ТЫ!!! — взревело существо, поразительно быстро для такого роста приближаясь ко мне; я разглядел, что на твари надет кроваво-алый фрак с золотыми аксельбантами. Неожиданно. — ТЫ ЕЩЁ КТО ТАКОЙ?!!
— Могу спросить о том же! — покосившись на демона, я попытался преодолеть барьер. Бесполезно… или не совсем? Радужная плёнка как будто стала тоньше, прогибалась под моей рукой чуть пластичнее… не хватало совсем немного!
Удар!! Хлыст с шипами — каждый шип размером с мою ладонь — просвистел как будто совсем рядом… и в то же время в другой реальности; тварь попыталась ударить меня, но не смогла преодолеть другой барьер — тот, что защищал её от меня.
Это игра в обе стороны. Чёрт… похоже, если я шагну на третий слой, то смогу выйти… а он сможет добраться до меня. Он быстр и чертовски силён.
— Я Клоуторн!!! — ревел лев во фраке. — Великий Дрессировщик!!! Я герцог восьмого слоя! Отвечай, кто ты такой⁈
Я молчал, оглядываясь. Можно было бы уйти в другую сторону, попытаться выйти где-то ещё… но дыры в реальности останутся, они не подчинены физическим законам пространства. Он достанет меня в любом случае.
— Так это ты — приспешник Аббадона, мальчишка⁈ — прорычал Клоуторн.
— Иди нахрен! — бросил я в сердцах, беря в одну руку серп, а в другую — трофейный пистолет Михаила. Что-то подсказывало мне, что сейчас-то он мне пригодится.
Итак, мне нужно на третий слой. Но как только я появлюсь там — тварь кинется на меня. Мне нужно быть очень, очень быстрым и точным.
На старт…
Внимание…
Переход — и выстрел! Не дожидаясь, пока Клоуторн атакует первым, я нажал на курок, и зачарованные пули устремились к цели.
Впрочем, Клоуторн тоже времени зря не теряет; заметив, что я делаю, он рванул вперёд, замахиваясь хлыстом. Выстрел, ещё выстрел!.. Сколько у этого пистолета вообще зарядов? Я целился очень примерно — благо, не попасть в эту исполинскую тушу было той ещё задачкой со звёздочкой. Как там Михаил говорил, выстрелы этими пулями ослабляют связь с Той Стороной? А если он весь на Той Стороне?
Там, куда попадали зачарованные пули, расцветали яркие золотые вспышки — и, похоже, они сильно не нравились демону. Отлично! Второй рукой я запустил в его серп; вот один из выстрелов попал ему прямо в глаз, и Клоуторн, взревев, схватился за него…
Достаточно ли этого, чтобы его убить? А хрен его знает. Кажется, нет, но это хотя бы выиграло мне фору в несколько секунд, и я кинулся к барьеру, попутно включая Рассинхрон…
Резкая боль в груди; кажется, Рассинхрон опоздал на долю секунды. Пролетев прямо через барьер (тот порвался, точно паутина), я вывалился с той стороны и кубарем покатился по чёрной потрескавшейся почве.
Упс. Адреналин в крови кипел в таких количествах, что я даже сразу не заметил, что он меня… кха… зацепил.
— Ха!.. — проревел Клоуторн, одной рукой всё ещё держась за глаз — а второй раскручивая хлыст. Второй удар я ощутил сразу — боль была поистине адской, и неудивительно; шипы прошлись прямо по моим груди и животу, раздирая плоть на части. Во все стороны брызнула кровь, а затем я понял, что смотрю на свои собственные кишки…
— Кха! — я закашлялся кровью; в глазах быстро темнело. Ну вот и… всё? Наверное, моё везение не могло длиться вечно…
Хотелось бы верить, что Аббадон возьмёт мою душу и отправит её в хорошее посмертие, как и обещал. Но, скорее всего, он даже заметил мою смерть не раньше, чем через пару дней. Верно ведь? Демоны сейчас заберут меня в Ад, а Аббадон даже не почешется об этом — ему, похоже, похер.
  
Вот только… если кто из демонов меня и заберёт, то это будет не Клоуторн. Я не собирался дарить ему такой роскоши.
Сцепив зубы, я заставил себя не обращать внимания на дичайшую боль в каждой клеточке тела и поднял руку с пистолетом. Выстрел! Выстрел! Выстрел! Серп поймать, серп запустить, снова поймать…
Каждый выстрел с золотой, до боли в глазах яркой вспышкой вырывал из тела Клоуторна куски мяса; я целил в голову, и, несмотря на темноту в глазах, попал все три раза из трёх. Тварь била меня в ответ, но я уже не ощущал боли — лишь что-то расплывчатое, отдалённое…
…серп прочертил очередную параболу, довершая то, что начали пули — Клоуторн рухнул вниз; половина его черепа была начисто снесена, и теперь тело медленно растекалось в чёрную жижу. Оглядевшись, я понял, что из дыр глядят тысячи мелких бесов — но не решаются подойти ко мне.
Кха-ха. Даже сейчас. Даже… когда я умираю. Они меня боятся.
Бойтесь, твари.
Пистолет и серп выпали из моих рук; темнота усиливалась.
Что ж. Я сделал это; я замочил главгада, того самого Дрессировщика, который устроил эту атаку. Уверен, после его смерти нападение захлебнётся, а значит, живые выстоят. Живые, к которым я себя уже и не относил.
Теперь я хотя бы умру не зря. Жаль, не успел отправить сообщение Отделу…
Я выдохнул; воздух продирался через пробитые лёгкие с болью. Странно, почему я ещё жив? С такой-то раной?
Я глянул вниз. Ого!.. Вывороченные из моей груди рёбра и наполовину вырванное сердце?..
Нет, я определённо уже должен был умереть. Что происходит?
Да и темноты в глазах почему-то поубавилось…
— Кхе-кхе, — заметил знакомый голос Аббадона, и мой учитель появился рядом, сжимая в руке что-то, напоминающее маленькую золотую шкатулку.
Я с удивлением воззрился на него.
— Кажется, я как раз вовремя, — Смерть улыбнулся. — Ученик.
  
Глава 26
 
Я дышал.
Обычно человек не замечает этого процесса — но только не в моём случае. Когда у тебя разорвана и выворочена половина внутренних органов, наружу торчат все кости, открыта грудная клетка, и воздух проходит сквозь пропоротые сломанными рёбрами лёгкие, даже маленький вдох ощущается как…
Наверное, это и сравнить-то не с чем.
Мы со Смертью находились на первом слое; я сидел, привалившись спиной к стене Немёртвого, и тихо скрипел зубами. Адреналин схватки уже утих, и мне было невероятно больно…
Аббадон, насвистывая, смешивал что-то в двух фляжечках — с таким видом, будто занимался любимым хобби в свободное время. Наконец, закончив, он протянул мне одну из фляжек.
— Пей, — велел он.
Я, кое-как шевеля рукой, взял сосуд, отхлебнул — и тут же закашлялся.
— Что это за гадость… — выдавил я.
— Гадость, не гадость, а тебе нужно зарастить твои раны, — справедливо заметил Смерть. — Филактерия не даст тебе умереть, но будет очень неудобно так и ходить живым пособием по анатомии.
— Кха… — с болью выдохнул я. — Ну, знаешь, ты не очень-то торопился. Ещё самую малость — и филактерия уже была бы не нужна.
— Угу, угу, — с саркастическим видом поглядел на меня Аббадон. — Разумеется, ученик, как же ещё. Было бы намного лучше, если бы я всю прошлую неделю отвлекался на тебя и все твои мелкие проблемки, и в итоге не успел бы с филактерией вообще.
Я хотел было что-то ответить, но, подумав, заткнулся. Пожалуй, как бы там ни было, он прав… а я — жив, пусть это и ощущается крайне болезненно.
Опустив взгляд, я наблюдал за тем, как медленно, по капле, зарастают мои раны, как встают на место кости. Эликсир, из чего бы Смерть его не нахимичил, уже запустил процесс, но займёт он явно много времени.
Вокруг была всё та же неразбериха и суматоха — но сам бой закончился, и то, что сейчас происходило, являло собой лишь его последствия. Здесь, на первом слое, туда-сюда сновали призраки, облачённые во что-то, вроде костюма химзащиты, с символом Башни на нём; они посыпали оставшуюся от убитых демонов чёрную жижу… чем-то. В мире живых происходило ровно то же самое, только там этим занимался наконец-то прибывший Отдел. Выжившие помогали раненым, кто-то накрывал и уносил тела погибших в мире живых, кто-то помогал освоиться на первом слое их же душам. Метрах в двадцати от нас Ингрид что-то рассказывала Альтову.