Меня учит Смерть. Том II – Первый курс (СИ)

Она как будто намеренно липнет ко мне. Не сказать, чтобы Юми мне так уж не нравилось, но это выглядело… странно. И, похоже, её волнует то же, что и всех прочих: что я успел увидеть на Той Стороне, когда побывал там?
А вот чёрта с два. Об этом я собирался молчать.
Тем более, что мне и самому было что выяснять. Кажется, где-то в коридорах университета я видел Ингрид. Вот только сама она, мелькнув вдалеке, вовсе не поспешила ко мне. Напротив, сразу исчезла.
Подозревает она что-нибудь насчёт меня? Или я уже накручиваю себя, и она просто на нервах из-за всего и сразу?
Сегодня я собирался если не узнать это наверняка, то, по крайней мере, начать расследовать.
* * *
Ингрид тупо уставилась на своё отражение в зеркале.
Пока весь город праздновал Хэллоуин, ей было совсем не до праздника.
Прав был Миша. Прав. Всё летело к чертям, и зря они вообще это затеяли. Прав был Миша…
И где он теперь?
Мёртв. И совершенно непонятно, что с ним случилось. Дочь сказала, у них в Отделе никто ничего не знает — ходят только совершенно безумные слухи, один причудливее другого. Живые и мёртвые агенты Отдела гадают, что произошло с их начальством — и только бодрый старик Альтов сразу взялся за дело, временно возглавив «осиротевшее» отделение.
Вот только она понимала, из-за чего погиб Миша. Что бы это ни было — оно пришло за ним из-за их плана.
Ингрид даже пыталась в ночь на Хэллоуин вызвать дух своего покойного партнёра по заговору. Пыталась по всем правилам, со знанием дела — как-никак, она Охотник со стажем и ректор Немёртвого, кому, как не ей, разбираться в таких вещах!
Но душа Михаила не откликнулась. А это значит, что её нет на Той Стороне — либо она не свободна. Забрана кем-то, будь то демон или некротическая сущность, или привязана к какому-то предмету, или что-то ещё в этом роде.
Собраться. Ей нужно собраться и продолжать делать то, что они делали, только теперь в одиночку.
Рука Ингрид крепко сжала рукоять меча. У неё есть цель, чёрт побери. Вернуть в мир живых сына. Если ради этой цели ей придётся умереть самой — она не дрогнет, как не дрогнула, отправляя на смерть других.
Начались пары; коридоры наконец-то опустели. Вот и ей пора.
Пора заняться делами, которые больше нельзя откладывать. По крайней мере, Альтов не уехал из города — он задержится тут на неделю другую. И если у неё не получилось вызвать Михаила при помощи хэллоуинского ритуала — что ж, остались ещё другие варианты, различные средства. Она вызовет его, хотя бы на пару минут. Она узнает, что пришло за ним и что его убило. И тогда поймёт, что ей делать дальше.
* * *
Первые две пары пролетели незаметно. Это была даже немного ностальгически — просто сидеть на паре и просто учиться, как будто неделю назад ничего не переворачивало мою жизнь и не бросало в бурлящий водоворот событий.
Мы с Юми сидели на крыше Немёртвого. Наверное, только здесь и можно было укрыться от назойливых желающих расспросить меня. Я жевал сэндвич, запивая соком, а Юми сидела в телефоне, одновременно успевая и со мной болтать.
— Как думаешь, — заметил я, — сколько времени должно пройти, чтобы от меня отстали? Неделя, месяц?
— Не знаю, — покачала она головой. — Никогда не была сенсацией, прости.
— Но ты же лучшая охотница своей префектуры, или что там…
— Это мои родители лучшие охотники! — поправила она с гордостью в голосе. — А я просто одна из лучших студентов. Но к отличницам так не цепляются, как к тем, кто вернулся с того света, правда же?
Я поглядел на неё.
— Ты тоже поэтому со мной тусуешься, да?
Лучше спросить напрямую, чем ходить вокруг да около.
Юми рассмеялась.
— Если я скажу, что нет, ты мне не поверишь? Ладно-ладно, конечно, мне интересно! И в первый раз я пришла к тебе именно поэтому. Но ты клёвый, честно! Мне нравится с тобой… как ты сказал… тусоваться не только из-за того, что ты был там…
Она улыбнулась мне невинно-обезоруживающей улыбкой.
— И я знаю то, чего не знают они — ты не всё забыл.
  
Да уж, после вчерашнего это стало очевидно.
— У меня… есть причины не рассказывать об этом, — кивнул я. — Просто поверь.
— Верю! — с жаром поддержала она. — Верю, что когда ты будешь готов — сам всё расскажешь! А пока я буду хранить твои секреты… О, гляди!
Она развернула ко мне свой телефон.
— Наше вчерашнее приключение, — заметила она.
И действительно — на экранчике была статья о вчерашнем происшествии в парке, на концерте Гаруспика. Ну да, ну да — трудно было ожидать, что всё это пройдёт незамеченным.
— Гарустик сказал…
— Гаруспик, — поправил я. Русский язык девушки был почти идеален, и даже акцент ощущался едва-едва, но всё-таки иногда она сбивалась.
— Гаруспик, — кивнула Юми. — Он сказал, что видел молодого парня, который вырвал микрофон из его рук и спас всех — но не разглядел его лицо. Ещё сказал, что хочет поблагодарить его и вручить награду, так что пусть он откликнется. Пойдёшь?
— Вот ещё, — фыркнул я. — Чтобы стать из сенсации — двойной сенсацией?
— Вчера это не очень тебя волновало, — в голосе Юми прозвучал лёгкий укор.
— Вчера была опасность для людей, — возразил я. — А я — охотник. Вот твои родители прошли бы мимо?
— Ты студент, а не охотник, — возразила японка. — Ты первокурсник.
Я пожал плечами.
— Мы с тобой оба чуть сильнее, чем обычные первокурсники, и оба это знаем.
Она кивнула.
— Но Немёртвый — не лучшее место, чтобы это обсуждать, — подытожил я.
— Да? Почему? — не поняла Юми.
Я неопределённо поморщился. Не говорить же ей здесь и сейчас, что Кольт оставил тут где-то своих «жучков», и я понятия не имею, кто это и что.
— У стен есть уши, — коротко заключил я. — Может, нас даже сейчас кто-нибудь слушает, так что закроем тему.
— О! — Юми распахнула глаза почти до европейского уровня. — Так вот что это было…
— Было? — не понял я. — Было… что?
— Слышала, — махнула девушка рукой, указывая куда-то вниз. — Утром, перед началом пар. Мне надо было зайти в к ректору, насчёт документов. Я подошла к двери, а там ректорша и её секретарша, говорят, засекли каких-то шпионов, выкинули их с территории Немёртвого…
Мои глаза загорелись. Чего-чего⁈
— А потом ректорша ещё сказала, что её нельзя сегодня трогать и что она надеется, что это не повторится, — вспомнила Юми. — Потому что днём, после обеда, она будет занята, и никому нельзя заходить в её кабинет и даже стучать. Сказала, ей нужно провести ритуал и нельзя нарушать порядок.
— А потом?..
— А потом я постучала и вошла внутрь, — заключила Юми. — И они замолчали.
Ладно. Пусть Юми и странная, пусть и цепляется ко мне как репейник к бродячей собаке — нельзя не признать, что она получше многих других, да и польза от неё есть. Что ещё за шпионов могли здесь поймать? Неужели каких-то посланных Башней духов? А может, Альтов решил, что не хочет полагаться на меня одного, и заслал кого-то ещё?
И какой-то ритуал. Днём, после обеда! То есть, уже прямо сейчас, вот-вот!
Я допил сок.
Кажется, на следующую пару я немного опоздаю.
* * *
Ингрид вздохнула и снова оглядела предметы на столе. К новой попытке ритуала вызова всё готово; осталось дождаться, пока закончится перерыв и в Немёртвом снова воцарится тишина.
Можно, конечно же, было провести ритуал дома. Но, во-первых, там дочь, которая может увидеть лишнего — и это куда хуже, чем если что-то не то увидит дурочка-секретарша или какой-нибудь невовремя вошедший декан. А во-вторых, Немёртвый это Немёртвый. Здесь само здание пронизано таким количеством магии, что любой вызов пойдёт намного лучше, сильнее.
Нужно только попытаться, и всё получится.
Тихо вздохнув, Ингрид вышла в приёмную.
— Ирочка, — строго взглянув на секретаршу, вновь напомнила она. — Вы помните, о чём я вам говорила с утра?