Меня учит Смерть. Том II – Первый курс (СИ)

— Трещина не закрывается! — Юми добавила что-то по-японски, судя по интонации, какое-то колоритное ругательство. — Почему? Я же разрушила конструкт!
Она рубанула катаной, но призрак быстро и невесомо нырнув вниз, уходя от удара — а затем, распахнув пасть, завыл и бросился на неё.
— Без понятия! — заорал я в ответ, пытаясь врезать ему. — Мы ещё не проходили ритуалистику! А твои родители…
— Они воспитывали меня как охотника, а не как мага! — следующий удар Юми наконец-то пришёлся по цели, и тварь завыла от боли — но в щель просочились ещё сразу две. — Я не знаю, почему она не закрывается!
Александра! Она узнала свечи, она сказала, что читала «Основы ритуалистики». Значит, одна должна…
— Свечи и книга — не основное! — та уже метнулась куда-то вглубь стеллажей, и голос доносился оттуда. — Закрыть ритуал может только тот, кто его начал!
— Нет… нет… — бормотал Герман, растерянно глядя по сторонам. — Это духи шестого слоя… они не должны были… какая-то ошибка…
— Откройте дверь!! — визжали девочки, пока Матвей, сползая по стенке, пшикал себе в рот из ингалятора для астматиков.
Дурдом, блин. И Аббадон, кажется, не на связи. Вот бы сейчас было его явление, всем на радость…
Новый удар по призраку пришёлся прямо в цель; как я и надеялся, того отбросило на Ту Сторону, на первый, а то и второй слой — как тогда гопников в подъезде. Самостоятельно вернуться духи, кажется, не могли, но пока трещина открыта — они ведь будут продолжать переть!
— Ритуал!! — я метнулся к Герману, но сразу двое духов набросились на меня сверху, и мы все втроём покатились по полу. — Прерви ритуал!!
Пальцы одного духа лезли мне прямо в глаза, стараясь их выцарапать; другой размахнулся, чтобы ударить когтями в грудь. На Юми рассчитывать не приходилось — она со своей катаной отмахивалась сразу от троих — но как раз в этот момент я ощутил под пальцами рукоять.
Наконец-то.
Один удар серпа прошёл сразу сквозь двух призраков, превращая их в ничто.
— Огонь!! — орал Герман (впрочем, во всём этом шуме трудно было различить отдельные слова). — Книга!!
Ой-ой. Пока мы отвлеклись на призраков, скатерть и правда загорелась.
— Спасите её!! — Герман пытался встать и броситься к огню, но у него не выходило. — Она бесценна! Это рукописный текст 17 века!!..
Бесценная книга волновала меня не столько, сколько угроза пожара. Мы в подвальном помещении, и дверь, похоже, заперта… интересно, зачем Герман её запер?
— Закрой!! Трещину!! — подскочив к нему, Юми помогла ему подняться.
— Я пытаюсь! Но не могу сосредоточиться! — голос Германа дрожал. — Я теоретик, а не…
— Закрой трещину! — поддержал Юми и я, отправляя в небытие одного призрака за другим; я буквально кружил вокруг трещины, чтобы уничтожать духов, как только они появятся — но они всё лезли и лезли оттуда.
— Книга! — Герман метнулся к пылающему огню. — Спасите книгу!!!
…шквал белой пены вырвался из огнетушителя. Александра выскочила из-за стеллажей с ним наперевес и принялась заливать им скатерть, свечи и книгу — или то, что от неё осталось.
— Круг! — заорала она. — Он у тебя в голове! Просто разорви его!
— Я-я знаю, я не могу сосредоточиться… — Герман тут же метнулся к куче пены и принялся рыться в ней. — Не могу… зная, что книга может быть уничтожена…
— Осторожно! — Юми толкнула его в последний момент, и Герман снова отлетел в сторону, Юми — в другую; призрак пронёсся прямо у него над головой и встретил свой конец от моего серпа.
Наконец, трещина, висящая посреди комнаты, замерцала — и исчезла; под потолком носилось сразу пять призраков, завывая и сшибая книги с полок.
…спустя минуту всё было кончено; я опустил серп и перевёл взгляд на разорённую комнату. Юми медленно поднималась на ноги. Александра тяжело дышала с огнетушителем наперевес. Герман с отчаянием рылся в куче белой пены. Остальные наконец-то замолчали, но всё ещё не рисковали отходить от двери.
Да уж. Сходили в книжный магазинчик. Поучаствовали в весёлом шоу на хэллоуинскую тематику. Да чтобы ещё раз!..
  
Даже в выходной расслабиться не получается, блин.
— … этого не должно было… — Герман моргал, доставая из пены почерневшие клочки, некогда бывшие книгой. — Что-то пошло не так… Трещина не должна была прорваться…
— Знаешь, — заметил я Юми, помогая ей встать, — наверное, было бы лучше, если бы мы взяли в качестве приза большую мягкую игрушку.
  
Глава 17
 
Ощущать себя живым было… странно. Весело, и в то же время немного страшновато.
Макс вспоминал это ощущение впервые — впервые за то время, что он был мёртв. Как же круто снова дышать и всё такое!..
— Знаешь, раньше я ходил на хэллоуинский фестиваль, — заметил он Владлену, возвращаясь от палатки с двумя стаканчиками тыквенного латте в руках. — Ну, когда был жив. Но тогда всё смотрелось и чувствовалось совсем иначе.
— Ага, — Владлен принял у него один из стаканчиков и жадно отпил. — Как будто совершенно… другой опыт.
Макс тоже отхлебнул из стаканчика. Мммм!.. Ощущать вкус напитка — невиданная роскошь. Как же ему не хватало этого там, в мире мёртвых! Никакого сравнения с унылым вейпом из ладана.
Он огляделся по сторонам. Стенды, палатки, столики, сцена в центре парка, где уже ставили оборудование. Хорошо!.. Стемнело уже часа полтора-два назад, но вечер только начинался; фестиваль будет шуметь чуть ли не до утра. А главное, у них с Владленом времени в мире живых — просто завались!
Всё благодаря его другу.
— Чувак, — он снова покачал головой, глядя на Владлена. — Как же ты всё-таки был великолепен! Спас всю Башню в одиночку.
— Ерунда, — рассмеялся Владлен. — Они сами придурки. Кто им виноват, что корпорации уже двадцать лет, а они до сих пор не озаботились наймом нормальных юристов?
— Думали, что в мире мёртвых юристы ни к чему?
— Думали-думали, ага. Ну вот и додумались до того, что одна маленькая диверсия парализовала работу Башни на несколько дней и лишила их почти трети сотрудников.
Да уж, шумихи было много. Всё произошло лишь несколько дней назад, но событий и суматохи было столько, что казалось, прошла уже целая вечность с тех пор.
Всё началось с конверта. Простой конверт из плотной бумаги, без надписей или марок — его принёс в офис Башни какой-то новичок из тех, кого набрали недавно, одновременно с Владленом и Максом. Заявил, что к нему на улице подошёл какой-то тип в чёрном и попросил передать в Башню, лично руководству. Как он ещё сказал?..
Ах, да. «С приветом от Аббадона и напоминанием о некоторых старых счетах».
Неизвестно, кому хотел адресовать его тот «Аббадон», кто бы он ни был — настоящему руководству, сидящему не в офисе, а в той самой Башне (куда новичок, конечно же, не имел доступа), но попало оно в офис, к главе отдела. Тот отдал его своему начальству, то отослало ещё выше, и где-то в этой цепочке кто-то зачем-то решил конверт вскрыть.
И началась паника.
Конверт раскрылся, и бумаги хлынули оттуда — не одна, не две, а целый нескончаемый поток. Как те письма из камина в первой части «Гарри Поттера», они вырывались из крохотного конверта, валили и валили, летали и кружили по помещению, пока начальство орало от ужаса.
Это действительно были напоминания о старых счетах. Юридических счетах с печатью Смертельной Канцелярии на них.
Среди бумаг были штрафы за нахождение на чужом слое. Были повестки, предписывающие призраку явиться на третий или второй круг Ада. Были ордеры на депортацию, были уведомления о нарушении… словом, целая бесконечность разнообразной бюрократической писанины, в считанные часы заполнившей собой всё здание, а затем вырвавшееся за её пределы.
К счастью для «верхушки», в настоящую Башню письма так и не попали — не смогли найти дорогу. Но вот по другим офисам Башни и прочим её зданиям разлетелись быстро.
И что здесь такого, скажете вы — подумаешь, бумажки кружатся, что они могут сделать?