Меня учит Смерть. Том II – Первый курс (СИ)
Он исчез, я же бросился к кровати и поспешно накрылся одеялом. По словам Смерти, если он подберётся слишком близко к курьеру Мариуша — сработает защита и спугнёт его, поэтому моя задача — снять защиту.
По счастью, всё и правда выглядит несложно. Амулет на груди, подобраться поближе и сорвать его — вот и всё.
Под одеялом было жарко; я ощущал себя волком из «Красной Шапочки», к тому же у меня зачесался нос, но я стоически терпел. Просто подпустить человека Мариуша поближе, сорвать защиту. Смерть наблюдает из Цитадели, и как только это произойдёт, он появится здесь…
Дверь комнаты распахнулась; я поднял голову. Наверное, мне нужно изобразить старика, да?
— Наконец-то! — недовольным тоном проворчал я. — Где вас черти носят? Я за что деньги платил, за то, чтобы вы опаздывали?..
— Тихо, — заметил один из вошедших, пока второй занимал позицию у окна. — Меньше шума, Степан Илларионович, лежите и не пикайте.
Я удивлённо заморгал. Стоп. Это же те призраки, которых я видел у своего дома!
И у салона гадалки тоже были они…
— Вы ещё кто такие? — вырвалось у меня. — Где человек Мариуша Златара?
— Работает Отдел по борьбе с некротическими прорывами, господин Бельский, — сообщил второй, усатый и коренастый. — Операция по поимке опасного преступника, советую не мешать нашей работе.
— Очень надеемся, что человек Мариуша Златара появится с минуты на минуту, — добавил первый.
Глава 2
Всему в этом мире есть предел, в том числе и удивлению. Когда ты девятнадцать лет кряду живёшь обычной, не слишком счастливой и ничем не примечательной жизнью паренька-сироты, а затем на тебя за два дня вываливается столько всего — в какой-то момент лимит будет превышен.
Оказался посреди заговора, едва не был убит сначала тёмной тварью, а потом инструктором? Встретил Смерть и вернулся с того света? Демоны, призраки, полёты на конях-скелетах? Всё это обрушилось на меня в кратчайший срок, как подарки из чёрного мешка какого-то очень извращённого деда Мороза.
Поэтому я не удивился появлению двух призрачных оперов, которые ворвались в помещение, сообщая о поимке опасного преступника. Совершенно не удивился.
Нет. Я охренел. А это, знаете ли, совсем другое чувство.
— Какого… — наверное, мне бы следовало отыгрывать мёртвого старикашку, желчного начальника ЖЭКа, но реакции застыли, и я лишь тупо лупал глазами, глядя, как двое призраков занимают позиции — усатый у двери, безусый у стены.
— … а что, Демьян Спиридоныч, — заметил безусый, косясь на меня с каким-то презрительным прищуром. — Может, уберём отсюда дедка-то?
— Ни в коем разе, Иван Петрович, — усатый с предельно серьёзным видом покачал головой. — Старик — наживка в этой рыбалке; уберём его, и рыбка может уплыть, почуяв, что её не ждут.
О чём это он, интересно?
— Весьма болтливая наживка, замечу, — поморщился безусый. — И к тому же наипервостатейнейшая буржуазная дрянь. Может, если не убрать, то хотя бы заткнуть?
А-а-а, так вот почему этот тип в кожанке так недовольно смотрит на меня! Кажется, призрак пришёл откуда-то из тех времён, когда слово товарища Маузера было сильнее других.
— По-позвольте! — наконец, вырвалось у меня; я немного взял себя в руки, и теперь пытался не оплошать, от всей души отыгрывая роль наипервостатейнейшей буржуазной дряни. — С какой стати… то есть, по какому праву вы ворвались в мой дом, командуете здесь и обсуждаете меня так, будто я не нахожусь в одной с вами комнате⁈ Вы нарушаете мои права!
Так, нужно аккуратнее. Эти двое работают на Отдел; более того — если память меня не подводит, то именно эти двое уже дважды выходили на мой след. Чёрт, один из них (эх, знать бы, который!) тайком «проводил» меня через пол-города, а я этого даже не заметил!
Я старался соображать быстро и холодно. Людей, работающих на Мариуша Златара — много, если провалимся сейчас — Смерть просто найдёт ещё одного. А вот шанс немного вызнать что-то о своих врагах дорогого стоит.
Надо разговорить их, пока держится маскировка… причём как-то так, чтобы они не «убрали» и не «заткнули».
— Твои права, дядя, тебе разъяснят в Отделе, — шагнул ко мне чекист в кожанке. — Что-то непонятно?
— Вот пусть Отдел у себя и командует! — искренне возмутился я. — Вы ворвались в мой дом, чёрт побери! У вас хоть есть обыск? Удостоверения? Откуда я знаю, вдруг вы никакие не отделовцы, а простые налётчики!
Если возмущаться так, как это делал настоящий Степан Илларионыч — орать про заплаченные деньги и качать права — то меня быстро сбагрят куда подальше, как это с настоящим Илларионычем сделал Смерть. А что, если упирать на законность? Старые чекисты уважают правила и порядок.
Или нет.
— Налётчики⁈ — бесцветное лицо чекиста слегка посерело (будь он живым, пожалуй, это был бы пунцовый оттенок. — Ты кого налётчиком назвал, контра недобитая?..
Он двинулся ко мне с явно нехорошими намерениями — но в этот момент второй нахмурился и махнул рукой, останавливая его.
— Макаров. Не надо.
— Чего⁈ Да он нам всю засаду сорвёт…
— Во-первых, без него «рыбка» не появится, — твёрдо пояснил усач. — Во-вторых, «рыбка» может появиться тут с минуты на минуту, и вряд ли ты хочешь устраивать шумные разборки.
— Да какие разборки! Плазменная клеть, и вот он уже лежит на кровати в виде аккуратного тихого тельца…
— А в третьих, — с нажимом произнёс усатый, повышая тон, — нравится тебе или нет, но гражданин Бельский задал совершенно законные вопросы.
Макаров фыркнул.
— Гражданин Бельский, — усатый повернулся ко мне, — я приношу вам извинения за неприятную ситуацию, но дело важное и срочное. Вы можете помочь поймать опасного преступника, а можете воспротивиться, и тогда мы поступим так, как предложил мой товарищ.
Он вынул откуда-то из-под длиннополого пальто удостоверение с печатью Отдела. «Севостьянов, Демьян Спиридонович, уполномоченный оперативный следователь…»
— Может быть, для вас это дело и важное, — ворчливо заявил я, привставая на подушках. — Но при чём тут я? Разве я не имею право принять гостя в своём доме? Не имею право выставить из него тех, кого я не приглашал?
— Мы предоставим все необходимые ордера после операции, — Севостьянов покачал головой. — Сейчас просто нет времени…
— Может, вам бы стоило озаботиться этим заранее? — стариковским тоном съехидничал я. — Зачем мне помогать вам, особенно в ущерб себе?
Вот так. Я не соглашаюсь на все их слова — это вызвало бы только недоверие — но выгляжу договороспособным, уважающим закон, а главное — я задал ключевой вопрос: что мне будет за помощь?
Поторгуемся. Потянем время.
Интересно, пронеслось у меня в голове, а что там Смерть? Смотрит сверху за этой комедией положений и охреневает так же, как и я? Или для него это житейское дело?
— В ущерб себе? — Макаров презрительно фыркнул. — Ты, дед, не знаешь, на что подписался и за что отвалил Златару краденные деньжищи!..
— Попрошу без оскорблений! — прикрикнул я. — Я честный работник ЖЭКа, никогда в жизни не воровал и в смерти тоже воровать не собираюсь!
— Да? А особнячок-то ты на какие шиши отгрохал?.. — завёлся с пол-оборота Макаров.
— Тише! — Севостьянов махнул рукой и нервно пригладил усы. — Во-первых, Степан Илларионович прав, не надо оскорблений…
Я только оскорблённо хмыкнул.
— Во-вторых, прав мой сослуживец, — продолжал Севостьянов. — Что бы ни обещали вам Мариуш Златар и его люди, за что бы вы им не заплатили — получите вы совсем не это. Так что в ваших же интересах помочь нам поймать мошенников.
— С чего я должен верить вашим словам?
— Сведения Отдела…
— Не знал, что Отдел имеет юридическую силу и в мире мёртвых, — снова съехидничал я. — Думаете, раз я только преставился, то ничего не знаю? Ни про Башню, ни про что другое…
Сыщики переглянулись.
На самом деле я не знал, насколько законны действия Отдела на первом слое, и откровенно блефовал. У них мог быть договор с Башней, или холодная война и раздел территорий, или демонстративное невмешательство в дела друг друга…