Антология советского детектива-37. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
Тут следует пояснить, что материалы по мошенничеству в фирме «Слово и дело» Паромов получил в четверг, а в пятницу уже был подготовлен проект приказа начальника ОМ-6 о создании оперативно-следственной группы, в которую наряду со следователем вошли оперативники из ОБЭП и ОУР — Кулешов Александр и Сидоров Андрей, а также эксперт-криминалист Попов Олег. Оперативники и криминалист были молоды, горячи и, несмотря на постоянную загруженность, рвались в бой. Особенно активен был лейтенант Кулешов, жизнерадостный и улыбчивый паренек двадцати трех лет со смазливым смугловатым личиком и умными, вдумчивыми глазами и хорошо подвешенным языком — явная погибель девичьих сердец. Впрочем, и остальные парни ему в данной области ни в чем не уступали. Паромов искренне радовался, что в опергруппу вошел молодой сотрудник Кулешов, а не «опытный» по стажу службы капитан милиции Сенин, пустобрех, горлопан и лодырь, каких поискать.
Кулешову, как наиболее заинтересованному лицу — мошенничество в сфере экономики всегда относилось к прерогативе ОБЭП — поручили вызвать повестками сотрудников фирмы для допроса в качестве свидетелей. Время в повестках было расписано не только по часам, но и по минутам: старшему следователю не терпелось как можно больше свидетелей допросить.
Майор милиции Василенко Геннадий Георгиевич, на которого, как на заместителя начальника по оперативной работе было возложено общее руководство оперативно-следственной группой, подводя итог первому совместному совещанию по данному преступлению, направляя Кулешова в фирму, иронически напутствовал:
— Ты у нас самый молодой, а, значит, самый рьяный — тебе — флаг в руки. Не мне же или Паромову, на самом деле, повестки разносить… У нас кроме этого других дел по самую завязку, — делал он понятливый жест рукой у своего горла. — А с эти первым поручением не справишься — знать, быть тебе на гражданке. Красный трактор давно ждет…
Присказка о «красном тракторе» стала неотъемлемой частью милицейского юмора заместителя начальника. Когда-то, по молодости, когда и он был еще зеленым оперком, и ему что-то подобное не раз говорили. Но тогда на гражданке действительно тракторов, в том числе и окрашенных яркой красной краской, было предостаточно. Теперь же, в эпоху всеобщей растащиловки и падением производства, сократилось и количество тракторов. Но присказка о «красном тракторе» по-прежнему была жива.
С той поры, когда Паромов и Василенко, работая в Промышленном РОВД, познакомились, прошло немало лет. Василенко заметно посолиднел. Он и в молодости был коренаст, а теперь стал еще более кряжист и матер, раздавшись не только в плечах, но и в поясе, выработав с годами уверенную, вразвалочку, как у моряков, походку, а в голосе — постоянный иронический подтекст. Его лобные залысины проявились еще внятней, но глаза смотрели по-прежнему молодо и задиристо, как и в годы юности. И как в юности он был скор и остр на язык. Причем, его остроты и колкости стали еще острей и язвительнее. Впрочем, все это, а также разница в служебном положении, не мешала ему и Паромову даже при соблюдении субординации оста-ваться друзьями.
«Отеческое» напутствие заместителя начальника по оперативной работе возымело действие: Кулешов не только вручил повестки, то есть выполнил чисто механическую работу, но и проявил инициативу. Проведя разведопрос среди работников фирмы «Слово и дело», а также ряда окружающих ее организаций и предприятий, он выяснил, что аналогичная попытка, только на овладение товарно-материальными ценностями на сумму в пятьдесят миллионов, имела место и на соседнем предприятии АО «Курсктара». Там также мошенники попытались действовать под прикрытием мифической фирмы «Дефис» и подложного платежного поручения с атрибутами все того же Курского филиала Бизнесбанка. Однако, менеджмент «Курсктары» оказался более профессионален, в эйфорию от выгодной сделки не впал, а решил проверить по телефону факт поступления в банк на счет «Курсктара» обозначенной суммы.
— Ну-ка, Галя, — забирая у «представителя» фирмы «Дефис» бланк платежного поручения и обращаясь к молодой сотруднице, приведшей в бухгалтерию «солидного клиента» и оттого сияющую румяным личиком, сказала бухгалтер Людмила Ивановна, проработавшая пару десятков лет в данной должности, — позвони-ка в банк, проверь, поступили ли деньги и перечислены ли они на наш счет. Знаю я этих банкиров, не напомнишь, месяц будут прокручивать, чтобы «пенки» себе снять…
В словах бухгалтера не было подвоха, только выработавшаяся за годы «перестройки» устойчивая недоверчивость к банкам. Действительно, банковские служащие не раз и не два «баловались» прокруткой чужих денег. Но речь Людмилы Ивановны, произнесенная обыкновенным деловым речитативом, заставили «клиента» быстренько ретироваться из помещения бухгалтерии под предлогом срочной нужды в туалете. Он еще, извинясь и конфузливо улыбнувшись, с явным кавказским акцентом, на который все присутствующие в бухгалтерии дамы обратили внимание, поинтересовался, где туалет. Ему объяснили, как отыскать мужской туалет, и «клиент» спешно вышел. А, выйдя, так больше и не возвратился в помещение бухгалтерии… Младший менеджер Галя, или, точнее, Галина Семеновна Верстакова, дозвонившись до филиала банка, выяснила, что никаких денег они от фирмы «Дефис» на их счет не получали и не перечисляли. И, вообще, такого клиента как фирма «Дефис» никогда не видели и не слышали. После этого на лице Гали какое-то время не было заметно жизнерадостного румянца, а все сотрудники бухгалтерии АО «Курсктара» облегченно вздохнули. Товар фирмы на сумму в пятьдесят млн. рублей был цел и находился на своем месте, в складских помещениях, а не в руках жуликов. Кроме того, в качестве трофея в бухгалтерии остался и «подлинный» бланк подложного поручения, а не его ксерокопия, как это случилось у их коллег из фирмы «Слово и дело». Работники бухгалтерии сразу в милицию о данном факте не сооб-щили (по-видимому, не только из-за того, что на радостях от благополучного окончания вражеской аферы забыли, сколько из-за все нарастающего вала правового нигилизма и стремления держаться от правоохранительных органов как можно дальше — у каждого в ту пору было, что скрывать от глаз милиции). А по истечению некоторого времени вообще забыли о самом факте за другими ответственными делами. Только, слава Богу, бланк подложного платежного поручения удосужились сохранить. Его-то Кулешов, недолго раздумывая, и изъял при полном соблюдении необходимых процессуальных норм, в присутствии понятых и в оставлении руководству АО «Курсктара» копии протокола выемки. А также не поленился допросить пару сотрудниц бухгалтерии АО «Курсктара» в качестве свидетелей, помня не только наставление начальника КМ ОМ-6 Василенко, но и устное поручение следователя, давшего указание на сбор любой информации по делу и ее докумен-тирование.
Впрочем, в милиции инициатива всегда наказуема. Когда Кулешов принес «добытые» им документы на «стол» своего непосредственного начальника — старшего лейтенанта милиции Кононова, то тут же получил от него нагоняй.
— Понимаешь ли ты, садовая голова, что втягиваешь отделение и отдел в очередной «глушняк»? — Повысив голос, багровел Кононов. — У нас закрытие квартала на носу, а ты с очередным «глухариком» пожаловал: «Здрасьте, я ваша тетя!» Тут за тот, что имеем, драть будут хлестче сидоровой козы, так нет же, ты еще с одним лезешь. Причем, сам, по собственной воле и инициативе. Ведь не тебе отдуваться придется, а мне… Или ты уже начинаешь «копать» под меня, так тебе еще рано…»
Потом, чуть успокоившись, понимая несерьезность своего разноса, учиненного подчиненному, посоветовал: «Деваться некуда. Неси собранные материалы и эту про-клятую «платежку» следаку, да попроси его, чтобы новый эпизод отдельным делом не возбуждался, а рассматривался в рамках уже возбужденного «висяка». Иначе быть нашему отделению в попе по самую макушку по итогам квартала».
— Шурик, что ты такой смурной, — встретил недоумевающим вопросом Паромов молодого оперативника в пятницу вечером, когда тот пришел в его кабинет, чтобы передать собранную им информацию, вещественное доказательство и составленные им протоколы. — А ведь с утра был таким живчиком… жизнерадостным, веселым…