Сказка старого эльфийского замка (СИ)
— Сентиус, Горчик, вы окна хорошо щитами прикрыли?
Второе его обращение было к тому мальчишке, которого он в последнее время везде за собой таскал. Его любимый ученик и маг видно из сильных, но тоже недоучка, раз имени нового не получил пока.
— Горчик, иди, держи дверь, а ты, как обычно, защищаешь принца, и если дела станут совсем плохи уведешь его в донжон!
Кай окинул взглядом залу, которая сейчас, почему-то, показалась ему просторней и гулче, чем он привык ощущать ее в обычные дни. Так, что они имели? Пять магов, это включая мальчишку-недоучку и самого Влада, десятка полтора Волков Катенара и человек восемь оборотней родни. Еще простые гвардейцы, которых, похоже, еще меньше чем двуликих. Тай, стоящий пятерых, и Ричард — он сильный тренированный воин. В общем-то, и Рой такой же, но вот его бы король отправил к дамам в башню… если б конечно, была хоть малейшая надежда на то, что брат подчинится приказу. Но, вряд ли — Кай это понимал прекрасно, а потому неуместные сейчас споры с братом заводить не стал. Так, еще есть Викториан, который тоже мечом махать умел неплохо, но вот зим-то ему сколько… Ну, и сам он — Кай, от которого, как не прискорбно сознавать, пользы никакой, а вот проблем много…
«— Как там Беляна?» — ставшая уже привычной за последние полчаса мысль опять прокралась в разум. И так же привычно придавлена напоминанием, что он, отсылая Светла в башню, велел ему проследить, что бы про нее не забыли. Старый слуга все исполнит, он обязательный и верный, и точно знает, в отличие от многих, что эта женщина безмерно дорога королю.
А старая эльфийская башня, составляющая, как и положено центр замка, была не прошибаема ни для потомков создателей ее, ни для человеческих магов, по крайней мере, так утверждал Архимаг. И дверь ее была неподвластна ни огню, ни тарану. Так что, можно было считать, что находящиеся там дамы и слуги, будут в ней в безопасности. Хотя, конечно… как там все обернется дальше? Король окинул взглядом немногочисленных защитников замка и удрученный собственными мыслями покачал головой. Но надежда на то, что Мэрид, если победит, не станет воевать с закрывшимися там женщинами, все же была. Но вот кроме них в Семье есть еще и дети, и где бы они сейчас не были — в поместьях или столице, вот их участь пугала Кая уже сейчас.
Но дальше печалиться и впадать в скорбные мысли королю стало недосуг — время пришло, и нападающие принялись ломиться уже в сам замок. Первый удар в дверь громыхнул с ужасной силой, прокатившись подобно грозовому раскату под потолком забранной в камень залы, и встревоженный его мощью Владиус кинулся в холл. Но не успел он добежать до высокой стрельчатой арки, что соединяла залу с ним, как раздался новый громоподобный удар. И вот его дверь уже не выдержала — даже с того места — возле дальней от входа стены, где сейчас сидел король в своем кресле, было видно, как вместе с дубовыми поломанными досками пролетел откинутый магической волной и мальчишка волшебник.
Архимаг, видя это, попытался перекрыть проход в саму залу, но толи он был слишком широк и высок, толи времени для создания такой защиты не хватало, но первый из вошедших в холл рыцарей смел ее одним движеньем. Каю, ничего не понимающему в магии, было лишь видно, как не успевшая толком затянуться пелена, пошла трещинами и обвалилась невесомыми осколками.
Владиус отступал, держа лишь щит перед собою, а вперед выступили те немногие гвардейцы и оборотни, что находились в помещении. Маги же держались возле своих нанимателей, заключив и их, и себя в нечто едва видимое простым человеческим глазом, напоминающее кокон. И Архимаг, подойдя к нему, тоже растянул свой щит во что-то подобное над ними.
А в залу втягивались рыцари. Строем, как перед турниром, они продвигались слаженно, бухая по каменным плитам закованными в металл ногами. Впереди шествовал тот, с черным камнем на грудной пластине… как гусь перелетный впереди косяка… да, сравнение получилось шальное, но почему-то именно оно пришло на ум королю. А тот, доведя свой «косяк» до середины залы остановился и стал снимать шлем, который украшал птица с распахнутыми крыльями. Ага, хотя это наверно сокол или коршун, или еще какой хищник, но, похоже, именно эта деталь подспудно и навела Кая на мысль о гусе. Ну и, пожалуй, величавое шествование…
Да, конечно, не время хохмить и шутить… но, что уж приходит в голову — то приходит, и лучше так, чем страх и паника, или нечто подобное, что хотел вызвать в них Мэрид своим таким появленье. И — да, это был он. Неужели Кайрина с ним в сговоре?! А вот это уже было больно.
— Ну что, родственнички дорогие! — в тот момент глумливо усмехнулся зять, обводя всех, кто был в зале торжествующим взглядом победителя. — Не ждали меня?!
— Но Мэрид, чего ты добиваешься? — спросил Викториан. — Ты даже не наследник? Ты всего лишь муж сестры короля!
— А ты, старина Вик, оглянись вокруг! Ничего не заметил? Вот если я всех, кто находится сейчас в этом зале, уберу с дороги, то кто сразу встанет на первую ступень трона?! Моя жена и мои сыновья!
— Но Кайя женщина и это не в традициях человеческих королевств, а твои мальчишки даже татуировки Семьи не имеют! — это уже в разговор вступил Ричард.
— Вот уж проблема ее нанести! — хохотнул Морельский, — А традиции можно и изменить! Я хотел все сделать тихо — тихо убрать принца, как когда-то мой отец устранил его, — все в зале обмерли, а этот поганец так же в издевательском тоне продолжал: — Потом ты, — он кивнул в сторону Кая, — раз уж оказался таким живучим в детстве, с горя бы помер. Аследом и вы бы ушли постепенно. Или ты Рич думал, что случай с твоим первенцем случайность?
Ричард, зарычав, кинулся к нему, но его же маг и один из оборотней вцепились в своего господина и не дали тому ступить за круг щиты.
После мысли о Кайе и тут же последовавших за ними словах Мэрида о действительной причине смерти отца, все остальное звучало для короля, не то чтобы не важным, а как бы отголоском уже. Он посмотрел новым взглядом на зятя. Да, все такой же любитель покрасоваться, но вот ни легкомысленности, ни привычной дурашливости в нем уже нет, и даже привычная вроде насмешка, что так и сквозила в его словах, была теперь высокомерной и вызывающей, а не легкой и дружелюбной. И еще какая-то не присущая ему ранее властность появилась теперь в его поведении.
А в это время, пока Кай рассматривал «нового» Мэрида, к тому подошли две фигуры в черном, какой-то парнишка с наглой улыбкой и пара здоровенных оборотней, похоже, Кабанов.
— Ну что, начнем потихоньку, — и Морельский взмахнул рукой.
В то же мгновение в зал потянулись мертвяки. Нет, эльфийские мертвые воины в латах, пока так и стояли вокруг своего хозяина и его людей, а в арку устремились обыкновенные умертвия… если, конечно, ходящие и вступающие в бой мумии вообще могли кому-то показаться обычными. Они шли довольно уверенно, переставляя негнущиеся ноги, и совершенно не боялись меча. И первый же гвардеец, что попытался проткнуть такую, сам был разорван напополам.
Кай передернулся от такого зрелища — это не походило даже на бой с оружием, где два или более противников сражаются на равных и побеждает тот, кто ловчей! Это же смотрелось, как что-то ненормальное, но невыразимо жуткое! Тем более что именно это умертвие, когда-то явно было женщиной — эльфийкой. Лицо ее совсем не сохранилось и черты его разглядеть было нельзя, но вот уши похожие… да, демон знает, на что они были похожи… торчали сквозь редкие свисающие пряди острыми почерневшими краями по бокам головы. И платье ее, хоть и побитое тленом, до сих пор было цело и волочилось за ней шлейфом, давая понять, что было сшито когда-то из розоватого шелка и золой парчи. Впереди оно было оборвано острой костью колена, кто-то видно рубанул, но перешибить не смог, и теперь она шла, выкидывая в дыру ногу в туфле с волочащейся подошвой. А руки ее, тоже лишь потемневшие кости и посеревшая плоть, сверху укрывали золотящиеся ошметки рукавов, а снизу обтекали кровью.