Окровавленные руки (ЛП)

Слишком много воспоминаний.
— У меня дело закончилось раньше, чем планировалось. Думал, я приду вас всех удивить.
— Кстати, как только ты смог уйти после того, как я был замешана в ограблении? Я ухмыльнулась, и он ухмыльнулся мне.
— Полное совпадение, — солгал он. — Я хотел бы знать, что они сделали по этому поводу. Нашла ли их полиция?
Отец фыркнул.
Ах, вот откуда у меня утонченное поведение.
— Я подозреваю, что ты знаешь об этом больше, чем мы, — засмеялась мама.
— Тебя не спрашивал, — сказал дядя, подняв брови к Маттео. Я тоже повернулась к нему лицом, наблюдая, как он поставил свое бордо на стол, сделав щедрый глоток.
— Это было обработано. — Он пожал плечами, и мой отец замер за столом, восприняв это как еще одно подтверждение того, что Маттео опасен.
Мама смотрела на Адама так, словно ожидала, что он будет протестовать, потребует информацию о том, как это было сделано. Но Адам лишь на мгновение задумался, прежде чем обратить внимание на лежащее перед ним меню.
— Хорошо, — пробормотал он. — Приятно видеть, что кто-то здесь хоть на что-то способен.
Испуганные глаза мамы перевели взгляд с меня на Адама и, наконец, остановились, когда мой отец прочистил горло.
— Думаю, я возьму лазанью, — пробормотал он, и на этом разговор закончился.
Я повернулась к Маттео, меня охватила паника.
Какого хрена он имел в виду, что об этом позаботились?
Он покачал головой, показывая мне, чтобы я пока придержала язык.
На этот раз я послушала.
Я прислушался и выпила еще вина.
Мне не нужен был алкоголь. Мне нужно было быть дерьмовым, чтобы справиться с этим адским ужином.
  
Восемнадцатая
 
Сэди
Пальцы замерли над клавиатурой телефона.
Могла ли я действительно сделать это с ней?
Ответ был проще, чем должен был быть.
Я могла бы, и я бы.
Айвори слишком застряла в своем маленьком мире, чтобы понять, что у нее на крючке двое мужчин. Она не могла просто зарыться головой в песок и притвориться, что их не существует, в то время как она добавила еще одного мужчину.
Надеюсь, это будет именно то, что ей нужно, чтобы вытащить голову из задницы.
Я набрала первый номер, отбрасывая стопку, когда раздался звонок.
— Что? — прохрипел голос Дюка на другом конце линии.
— Айвори идет на свидание, — выпалила я, решив говорить громче. Я знала, что Айвори разозлится, если узнает, но я всегда делала все возможное, чтобы защитить ее.
Даже от самой себя.
— Я же сказал тебе, я не хочу слышать об этом дерьме, — рявкнул он и чем-то хлопнул. Несомненно, какие-то металлические отходы в его магазине, когда он работал над своей яростью.
— Это не с Маттео. Это кто-то другой. Ты должен пойти, остановить ее от какой-нибудь глупости. Она не видит тебя таким — это просто неестественно после того, как ты был твоим другом в течение многих лет, так что ты должен заставить ее Увидимся таким образом, если ты хочешь, чтобы это куда-нибудь ушло.
— Это один из тех грандиозных жестов, о которых всегда говорят женщины? — он вернулся с улыбкой в голосе.
Металл перестал лязгать, и я знала, что он обдумывает это.
— Грандиозные жесты, подойди к моменту Иисуса. Просто подними свою задницу на Indulgence. — Я повесил трубку, дав ему десятиминутную фору, прежде чем я набрал номер, который Шрам был слишком готов дать мне.
— Белланди, — сказал голос на другом конце провода.
— Маттео? — Я спросила.
— Кто это? — Его голос стал напряженным, и я понял, что ему нечасто звонят женщины. Это меня порадовало.
— Сэди. Я думала, тебе будет интересно узнать, что я помогла Айвори улизнуть сегодня ночью. Шрам сидит внизу, совершенно не обращая внимания на то, что она вышла и взяла такси.
— Что? — прошептал он, и этот голос был угрожающим.
— Я сижу в ее комнате, притворяюсь ею, чтобы выиграть ее время, но тебе, наверное, стоит отправиться в Indulgence.
— Какого хрена она делает в моем клубе? — Его голос стал низким, угрожающим, и я забеспокоилась о парне, который был на свидании с Айвори. Я убедила себя, что все будет хорошо. Я предупредила его, чтобы он не был обидчивым.
 
— Она на свидании, — засмеялась я, вешая трубку. Он зазвонил, когда он перезвонил, и я проигнорировала его, чтобы сделать еще один глоток вина Айвори. Когда внизу зазвонил телефон Шрама и я услышала, как хлопнула входная дверь, я подумала, как легко было бы отвлечь их внимание и снова выкрасть ее, если возникнет необходимость.
Я спрятала эту информацию на случай, если она нам понадобится.
  
Девятнадцатая
 
Маттео
Я не знал, о чем, черт возьми, думает Айвори.
Разве я не уточнил, что убью любого мужчину, который к ней прикоснется?
И все же я сидел в своем “Aston”, проклиная пробки, пытаясь добраться до нее со встречи, которая заняла меня позже, чем мне хотелось. Я усмехнулся, мысль о том, что Айвори бросит мне вызов, пойдя на свидание с другим мужчиной, безумно думать. Никто другой не осмелился бы, но если бы она прояснила одну вещь этим маленьким трюком?
Дело в том, что я был слишком нежен. Дал ей слишком много времени, чтобы приспособиться к реальности моего возвращения в ее жизнь.
Это изменило бы.
Вступает в силу немедленно.
Завтра к тому времени у нее уже не будет никаких сомнений в том, что я имел в виду каждое слово, когда говорил ей, что она моя. Каждое слово, когда я объяснял, что никогда не отпущу ее.
Наконец, подъехав к клубу, я бросил ключи камердинеру, вылез из машины и, не сказав больше ни слова, зашагал прочь. “Aston” был несущественен по сравнению с Ivory с другим мужчиной.
— Мистер Белланди? — спросил мальчик, немедленно замолчав, когда я не удостоил его взглядом. Мои вышибалы распахнули двери, и я пробрался в свой клуб, не обращая внимания на сотрудников, борющихся за мое внимание.
Мне было плевать на кого-то из них. Мои глаза сканировали танцпол в поисках моего маленького ангелочка-девианта. Люди толпились на полу, что, по общему признанию, было кошмаром для Айвори, даже если она не была с другим мужчиной с самого начала. Пульс тел был слишком сильным, и Шрам не смог бы защитить ее, если бы он не был практически на ней. Я увидел огромного человека, стоящего на страже у стены. Проследив за его взглядом в центре зала, мое сердце остановилось, когда толпа расступилась, открывая моего ангела.
Я на мгновение замер, когда она запрокинула голову и рассмеялась чему-то, что сказал мужчина напротив нее. Он чудесным образом танцевал с ней, не прикасаясь, что мне показалось странным, учитывая, что металлическое изумрудно-зеленое платье Айвори выглядело нарисованным. Это оставило ее ноги обнаженными, их длина выделялась из-за туфель на шпильках, которые она носила. Изящные бретельки вели к овальному вырезу, под которым скрывалась красота, которую я знала.
Я зарычал, вздрогнув, когда Шрам ободряюще коснулся моего плеча.
— Он ни разу не прикоснулся к ней, — признался он, и искренность в его голосе застала меня врасплох. Что-то во мне освободилось, зная, что мне не нужно убивать человека на глазах у Айвори.
Даже я знал, что это может быть слишком много на том этапе наших отношений.
Но это не спасло бы моего Ангела от гнева, который она навлекла на себя.
Особенно когда Дюк появился в ее пространстве.
  
Двадцатая
 
Айвори
Я слишком давно не танцевала.
Когда-то мне это нравилось.
И тогда я стала статистикой. Одна из миллионов женщин, оказавшихся не в своей тарелке в опасной ситуации с мужчинами, которым было плевать на слово «нет».
С тех пор я не танцевала.
Не могла доверять мужчинам или доверять своему безрассудству.
Все изменилось в тот день, когда Маттео ворвался в мою жизнь, хотя именно я вломилась в его дом. Он был самым безрассудным поступком, который я когда-либо могла сделать, не алкоголь, льющийся через мой организм, или то, как музыка заряжала меня энергией, когда я двигалась под ее звуки.