Окровавленные руки (ЛП)

— Уходи, — сказал он ей. Она скользнула глазами по мне, прежде чем, казалось, передумала и убежала из ванной.
Я сглотнула, повернувшись лицом к мужчине, который прошел прямо в дамскую комнату, как будто ему здесь самое место.
— Ты случайно не понял, что это женский туалет? — прошептала я, и он запрокинул голову и рассмеялся. Жаль, что в нем было что-то не так, потому что, если бы не это, он был бы привлекательным. Не сексуальный на уровне Маттео, но красивый сам по себе. Золотистая кожа и темные волосы, он был воплощением высокого, смуглого и красивого. Даже когда он подошел ко мне ближе, вникая в мое дело, пока я не оперлась обеими руками о стойку. Он поднял одну руку, нежно провел пальцами по моей скуле и внимательно наблюдал за контактом. — Так изысканно. Я вижу, что привлекло его к тебе.
Я снова сглотнула, изо всех сил отдергивая голову от его руки.
— Маттео не обрадуется, узнав, что ты прикоснулся ко мне, — прошептала я. Несколько часов назад я бы сказала, что это преувеличение, но, увидев, как он реагировал на мужчин, даже смотрящих на меня, я не могла быть так уверена.
— Думаю, что нет, нет, — ухмыльнулся Адриан. — Это часть веселья, понимаешь? Хотя я полагаю, что мы сами по себе вдоволь повеселимся. Я должен был убедиться, что ты знаешь, что я заинтересован и готов рискнуть гневом Белланди, если это означает, что ты вознаграждение.
— Это лестно, — фыркнула я. — Но боюсь, мне это неинтересно.
— Ах, милая. Как мило, что ты думаешь…
Он замолчал, когда дверь распахнулась, и яростная энергия Маттео наполнила ванную комнату, когда он ворвался внутрь. Человек, которого он называл своей охраной, последовал за ним, выглядя раздраженным, но и разозленным.
— Убери руки от моей женщины, — прорычал Маттео. — Или я удалю их для тебя.
Адриан отступил назад, подняв руки, как будто он был невиновен.
— Мы только разговаривали, Белланди, — успокоил Адриан с ехидной ухмылкой.
— Она не существует для тебя. Пронеси это через свой гребаный череп.
Адриан ухмыльнулся ему в ответ, и лицо Маттео стало совершенно диким.
— Это не то, в чем ты хочешь меня проверять, Риччи.
Адриан не произнес больше ни слова, направляясь к двери, но остановился достаточно долго, чтобы подмигнуть мне, прежде чем уйти. Маттео выругался, сжав руки в кулаки.
— Шрам на ней. Круглосуточно, — приказал он охраннику. Он кивнул, повернулся и вышел из ванной, казалось, довольный выполнением своих обязанностей, как приказал Маттео.
— Ты в порядке?
Маттео повернулся ко мне, его руки обхватили мои щеки. На мгновение отвлеченная тем, как хорошо они себя чувствовали — особенно по сравнению с тем, как противно побежали мурашки по моей коже, когда Адриан прикасался ко мне, — мне потребовалось слишком много драгоценных секунд, чтобы отстраниться. Мне нужно было, чтобы он не прикасался ко мне. его руки были на мне.
— Я в порядке, — кивнула я, глубоко вздохнув, чтобы прийти в себя. Это было неплохо. Он едва коснулся меня. Это было совсем не так, как в прошлый раз.
Я была бы в порядке.
Маттео изучал меня, вздыхая от того, что видел на моем лице. Взяв меня за руку, он повел меня обратно к столу. Мы устроились, и наша еда последовала за нами в течение нескольких минут. Я изо всех сил старался успокоить трясущиеся руки, вдыхая укрепляющий воздух в легкие. Бокал вина на столе оказался слишком заманчивым, чтобы его игнорировать, и я изо всех сил старалась не пролить его на платье.
— Он прикасался к тебе, Ангел?
Низкий рокот Маттео должен был напугать, но по какой-то причине в тот момент он не был тем монстром, который преследовал меня в кошмарах. Он мельком показал мне мальчика, которого я любила, фальшивого мальчика, которого никогда не существовало, позволив ужасной загадке мужчины ускользнуть.
— Ничего слишком серьезного. — Я изо всех сил старался изобразить ободряющую улыбку. Он не прикасался ко мне каким-либо образом, который должен был бы травмировать, но, учитывая мою историю — учитывая то, как я реагировала на прикосновения незнакомых мужчин — это было слишком.
 
Будучи с Маттео, мое тело уже было туго натянуто, задержавшись на краю какой-то скалы, с которой я точно знала, что никогда не позволю себе упасть. Сделать это значило бы снова пасть от разбитого сердца. — Ты потрясена.
— Не каждый день напористые мужчины зацикливаются на мне.
Я скривила губы в слащавой улыбке, почти надеясь, что он клюнет на приманку и прекратит это сочувственное, почти заботливое действие.
Мы оба знали, что это ложь, когда все было сказано и сделано.
— Ты можешь сказать мне, знаешь ли. Что бы это ни было…
— Можем ли мы, нет? Пожалуйста? Что бы это ни было, это не твое дело.
Он уставился на меня так, будто хотел возразить, прежде чем, наконец, склонить голову в кивке.
— Очень хорошо, милая моя. Расскажи мне о своем блоге.
Я вздохнула, даже не пытаясь скрыть свое отвращение к тому, что он так тщательно изучил меня.
— Что тут сказать? Это блог. Я выкладываю рецепты и фото своих блюд, люди их пробуют и любят. Я зарабатываю в основном на рекламе, но также на некоторых партнерских программах и тому подобном. Ты знаешь, я использую так и так клеймо шпателя и получай от него откат.
— Похоже на умный способ заработать больше денег. Распространен ли блог о еде?
Я склонила голову в раздумьях.
— Они не редкость, во всяком случае. Ты можешь найти их по всему Интернету, но не все получают от них постоянный доход. Все зависит от того, насколько ты полон решимости, и если это твоя работа, тебе даже интересно, если честно.
Официант принес салат капрезе, ни разу не взглянув в мою сторону.
Я почувствовала угрожающее рычание в своей груди, потому что того, что Маттео вел себя как дикое животное, было недостаточно, но, видимо, мне тоже нужно было. Я взяла вилку и проигнорировала самодовольную ухмылку Маттео, когда он повернулся к официанту. В этом было что-то настолько дикое, что я не могла винить беднягу, когда он в спешке убежал.
— Ты всегда такой территориальный на всех свиданиях? — спросила я, проткнув кусочек помидора и засунув его в рот без предисловия. Легкая морось бальзамического бальзама приятно брызнула на язык.
— Я не встречаюсь, — ответил он, подняв бровь. — Я даже не вывожу женщин на публику, так что было бы трудно быть территориальным. Кроме тебя, я не могу вспомнить ни одной женщины, которую я бы возражал против того, чтобы она уводила в постель другого мужчину, как только я покончил с ней.
Мой рот был всего в нескольких дюймах от бокала с вином, но, к счастью, я еще не сделала этого глотка.
У меня было чувство, что я бы выплюнула его на весь стол.
И моя еда. Это было бы непростительно.
— Ну, это, гм, интересно, — я запнулась. Как отреагировали на такое признание?
Он усмехнулся моему дискомфорту, делая глоток своего вина. Наблюдать, как работает его горло, пока он глотает жидкость, не должно было быть афродизиаком. Оказалось, что буквально все в Маттео кричало о сексе. Это было очень неудачно. — В моей жизни нет никакой пользы от женщин. Мне не особенно нравится общаться с ними, и мне определенно не нравится, что они рассматривают меня как талон на еду.
— Тебе просто нравится трахать их, а потом отбрасывать в сторону? Думаю, некоторые вещи никогда не меняются. — Я прошипела слова, наблюдая, как челюсти Маттео сжались от ярости.
— То, что я сделал с тобой, совсем не похоже на то, что я сделал со всеми женщинами, которые заполнили пустоту в твое отсутствие. Я знаю, тебе будет трудно поверить, но я сделал то, что должен был сделать в то время. Однажды, может быть, ты поймешь. Но не сравнивай себя с другими. Ты не такая, как они.
Я сглотнула, проведя языком по зубам после того, как положила вилку, покончив с салатом капрезе.
— А чем я отличаюсь? Только потому, что я девственница?
— Ты другая, потому что ты что-то значишь для меня, потому что ты значила для меня все.